Таня просила не выходить на перрон, потому что не могла сказать определенно, будут ли ее провожать или нет. Поэтому с бьющимся сердцем сижу на ее месте и ожидаю, когда выйдут пассажиры и войдут новые. И вот, в проходе появляется она: женщина, которая так много мне доверила, которой я доверил очень многое, с которой мы много раз провели ночи виртуального секса и общения, а сегодня нам предстоит вместе провести реальную ночь. Какой она окажется, эта ночь? Сможет нам помочь? Унесет все прочь?
Таня оказалась миловидной женщиной, чуть ниже среднего роста, довольно полной комплекции, сероглазая, со светлыми короткими волосами, не достающими до плеч, в дорожной одежде: джинсы, куртка нараспашку, под ней свитер, обтягивающий огромную, не менее шестого размера, грудь. За ней шла маленькая девочка с косичками, сжимая в руке баночку «Фанты».
У меня рот растягивается до ушей в приветственной улыбке, поднимаюсь с места, но здороваюсь на «Вы», не забывая, что могут быть провожающие или знакомые.
- Здравствуйте! Очень приятно, я DD.
- Привет! – бросает она мне небрежно, будто вчера только виделись. – Помоги вещи разместить.
Но успеваю увидеть, когда приподняв сиденье, впихиваю туда баул, ее заинтересованный и оценивающий взгляд.
- Нет, пакет туда не клади, там еда. Ты ужинал… - и с секундной заминкой, - или нас ждал?
- Вас ждал, - тихо отвечаю я. – И фрукты купил, как ты просила, виноград и персики.
- Молодец! – ничуть не остерегаясь ушей своей дочки и четвертого пассажира, отвечает Таня. – Я тоже для тебя кое-что купила. Вернее для нас с тобой.
- А что? – я удивлен, ничего я у нее не просил. – Но в любом случае спасибо!
- Потом скажу, - улыбается она мне в первый раз, смотря мне в глаза. И как будто солнце озарило тесный закуток плацкартного вагона, стою с умиленной ответной улыбкой, рот до ушей, хоть завязочки пришей, и не понимаю, что она говорит чуть погодя.
- Что ты говоришь? – переспрашиваю.
- Я говорю – садись, чего стоишь? – Таня садится на свое место, хлопает ладонью рядом с собой. – Не стесняйся, будь как дома, но не забывай, что ты в гостях у … (называет фамилию тогдашнего министра путей сообщения, не помню, Якунин был тогда или кто другой).
Улыбается под нос пожилой пассажир, сидящий напротив нас рядом с ее дочкой, бывший весь вечер молчаливым статистом нашей пьесы.
...Поезд трогается, люди начинают свое движение по проходу в сторону туалета и обратно, проводница проверяет билеты у новых пассажиров, выдает им белье, во многих «купе» и боковых «купешках» шуршат пакетами, разворачивают еду, приступают к ужину.
- Ты не будешь переодеваться? – спрашиваю у Тани.
- Нет, - отвечает она. – Я всегда так в поездах еду. – И обратив внимание на мой «парадно-выходной» вид. – А ты? Ты что, из самой Москвы так и ехал, в костюме и галстуке?
- Не хотел тебя в затрапезном виде встречать, - честно отвечаю я.
- Я в джинсах и свитере и буду спать. А ты?
- Я расскажу тебе сказку и буду охранять твой сон.
- Это было в интернете.
- Я в интернете и в жизни – тот же самый человек. А ты?
- А я? – она задумывается и бросает взгляд в окно, на пролетающие мимо перелески и поля, столбы и насыпи. Поезд набрал высокую скорость, стук колес воспринимается сплошным грохотом, и благодаря этому можно не опасаться, что сидящие напротив маленькая девочка и пожилой мужчина услышат нашу беседу. – А я даже и не знаю, какая я настоящая, для кого я живу и для чего мы все это затеяли?
- Не переживай, Таня, все будет хорошо! – утешаю ее, видя, что почти слезы навернулись ей на глаза, и сам прилагая усилия, чтоб не растрогаться. И на несколько секунд накрываю своей ладонью ее руку. Первый наш телесный контакт…
- Где твои фрукты? – обращается ко мне после ужина. – Пойдем, поможешь их помыть.
Пока Таня стоит в тесноте туалета, занятая важным делом – помывкой фруктов так, чтобы они помимо воды и ее рук, ни с какой частью грязного санузла не соприкоснулись, и затем перекладывает в чистый целлофановый пакет, который я держу наготове стоя в дверях, я решаю в уме сложный вопрос: является ли ее предложение вместе помыть фрукты (ведь логичней было бы попросить дочку помочь) намеком на какие-то слова тет-а-тет, или даже действия, или вообще ни о чем интимном не говорит?