Не смешно.
В школе Агата училась “вполуха” и вовсе была бы двоечницей, если бы… В семье ее угораздило родиться самой что ни на есть непростой. Единственная дочь, старшая внучка, мать – Великая ведьма, владелец огромной строительной компании, отец – блестящий офицер, единственный наследник, альфа, глава рода, бла-бла-бла, все дела. Родственнички все как на подбор: могущественные, талантливые, великие. Можно было особо когти и не рвать, все и так давалось ей слишком легко и просто. Захотела бы – и родня пристроила бы ее в теплое местечко, а то и вовсе обеспечивала до скончания веков.
Первый в своей жизни взрослый поступок Агата Гессер совершила, поступив в Академию. Да, было непросто: сцепив зубы, занималась, зубрила, готовилась. Это был просто прорыв, подвиг. Что ж теперь, прозябать ей на бабкинских грядках? Ну уж нет.
У нее есть вполне определенная цель: выбраться из этого мира и вернуться домой. Вот только где искать ей теперь этого несчастного, или несчастную – которым предстоит стать жертвами ее благодетельства? Что дарить?
Ох, как же ей надоело уже сидеть на месте!
Елки зеленые, огород вылизан — ни травинки там, ни былинки. Грибов из леса притащено столько, что лет на десять хватит. Тигрица их несколько дней потом резала и на нитку нанизывала. Бабкина изба была вся в грибных бусах. И не только изба, грибы были повсюду, даже на заборе. Кстати, забор системы «частокол обыкновенный деревянный» Агата старушке тоже обновила. Чем не подарок ценный? Впрочем, сама понимала: не то. Коза, несколько корзин ягод, уничтоженное гнездо с осами (вот это дело Агата смело засчитывала за подвиг), вымытый дочиста домик, кажется, никогда раньше подобного блеска не видывавший. Но это все было не то, мелочи какие-то. Нужно было настоящее дело. Поэтому когда бабуля за завтраком начала расспрашивать, каким оружием ее прожорливая гостья владеет (ну да, Агата — девушка крупных статей и отменного аппетита), тигрица смекнула, что вот оно, то самое, ради чего она в этот мир угодила. Что нужно делать? Сразиться с драконом? Освободить принцессу? Уничтожить циклопа? Поймать жар-птицу?
Но бабка смотрела умильно, крошила пальцами бублик и говорила полную ерунду:
— Я уж старая, Агатушка. Раньше могла хоть за тридевять земель пешком дойти и вернуться, да ещё по дороге пару мужиков… в смысле, две корзины грибов набрать. А теперь устаю быстро, ноги болят и голова кружиться начинает.
Агата знала, что бабка нагло врет. Вчера эта «беспомощная старая женщина» гонялась по лесу за сбежавшей козой. Мало того, что она ее догнала, так ещё и кабанчика в процессе умудрилась поймать. Маленького такого, полосатого. Принесла, заперла в сарае. Сказала, что мясо в хозяйстве лишним не будет. Обалдеть просто! И ведь бабка — чистый человек. Это оборотень любого кабана догонит, но чтобы старушка — да где это видано?
Впрочем, у бабуси тут хозяйство: грибы сушатся, коза доится, поросёнок растёт. Конечно, она никуда не уйдёт.
— Сестра Васька у меня на другом конце леса живет, до неё четыре дня неспешного пути. А я ведь давно ей обещала травки всякие отправить да натирку от радикулита. Вот я смотрю на тебя, лапушка моя, и думаю: девка ты справная, сильная. Топор возьми да и иди напрямик через лес.
— Только топор? Хороша же я буду: связка травок, баночка с мазью и с топором наперевес.
— Еще будет письмо. Без него она на порог тебя даже не пустит.
То есть она вот серьезно сейчас про топор?
На лице у Агаты изумление проступило так явственно, что старуха поспешно добавила:
— Дам с собой провизию, мяска сушеного, овощей, хлебушка, травок, огниво и котелок.
— Оружие?
Бабка вдруг перестала прикидываться веселенькой милой старушкой, о чем-то задумалась, полыхнула злым взглядом на Агату.
— Есть немножечко. Дам тебе ножичек.
Выложила на стол какой-то убогий нож в кустарных ножнах из толстой замши. Агата поглядела: не слишком острый, не особо и большой. Ну, зайца выпотрошить можно или грибы срезать, а как оружие — совершенно бессмысленно.
— Ты топор покажи, не больно-то нравится мне твое убожество. Да, и самое главное: плата.
Бабка поежилась, доставая из-за сундука у стены сверток кожи.
— Два золотых.
— Э, нет, бабусенька. Что там ты про козу говорила? Купила в деревне ее за золотой? Это я буду рисковать своей шкурой, бегать по лесам, где грибники почем зря все теряются, за две козы?