– О яйце.
Ася щелкнула пультом и загадочно улыбнулась:
– Это наш шанс!
Глава 2
Это действительно был шанс. Отличный шанс для каждой из них.
Сидя за круглым обеденным столом на Кутузовском проспекте и, не сводя глаз с экрана ноутбука, молодые женщины с неподдельным интересом изучали поступившую в прессу информацию о пропаже яйца Фаберже, а заодно уже тогда в уме делили миллион на троих. Они вновь и вновь разглядывали фотографию дорогостоящего экспоната, раз за разом перечитывали интервью с капитаном полиции Курочкиным, в котором тот излагал материалы дела. И каждая из них думала о своем. Эльвира о том, как сможет без труда погасить три кредита за раз. А после вновь отправится в Тайланд, в любимый монастырь Ват Бухарам, где наконец прочистит свой третий глаз, который в последнее время стал что-то плохо видеть. Альбина же мечтала о скромной, небольшой «однушке», площадью всего-то в сто квадратных метров, из окон которой откроется прекрасный вид на Кремль и его обитателей. Ну а Ася… та сгорала от желания найти пропавшее яйцо, вернуть его владельцу и добавить это громкое дело в свой послужной список, после чего, по её мнению, клиентов в детективном агентстве станет хоть пруд пруди.
Вот таким виделось для молодых женщин их ближайшее будущее. Но смогут ли они осуществить задуманное?
Закинув ногу на ногу и постукивая острыми, покрытыми темно-вишневым лаком, коготками по поверхности деревянного стола, Эльвира с уверенностью заявила:
– Считайте, миллион уже наш!
Женщины тут же обратили на нее свои заинтересованные взгляды.
– Ты в этом уверена? – заерзала от нетерпения Альбина, которой очень хотелось поскорее стать обладательницей новеньких зеленых купюр. – Неужели у тебя есть план?
– Естественно, – вздернув подбородок, бросила брюнетка. – Тут делов-то минут на пять.
Ася с Альбиной переглянулись.
– Я смотрю, вы забыли, кто ваша подруга… Сейчас раскину карты Таро, и сразу будет ясно, кто похититель и где искать его.
– Ой, как интересно! – заверещала от радости Альбина. – В твоей дамской сумочке есть даже карты?
Не вымолвив больше ни слова, брюнетка потянулась к своей сумке. Дамской, конечно, сложно было её назвать. На вид это был то ли старомодный ридикюль, похожий на те вещицы, которые в середине прошлого века носили наши бабушки, то ли небольшой чемоданчик с металлическим добротным замком. Но с кожаной с заклепками «косухой» и лосинами в обтяжку эта сумка смотрелась, мягко говоря, странно.
– Вот и вы, мои любимые, – с нежностью в голосе произнесла Эльвира, аккуратно доставая из ридикюля колоду потрепанных карт. – Цены вам нет. Век уже служите и ни разу не подвели.
С этими словами она приложила колоду к своему сердцу, закрыла глаза и начала бубнить себе что-то под нос на неизвестном для окружающих языке.
– С ней все в порядке? – с беспокойством прошептала Альбина, обращаясь к бывшей сокурснице. – Похоже, она...
– Тише! – приоткрыв один глаз, разозлилась Эльвира. – Дайте же мне войти в транс. Или вы не хотите найти яйцо Фаберже?
В комнате воцарилась полная тишина.
Никто из присутствующих не проронил ни слова, дабы не мешать медиуму –экстрасенсу узнать правду о загадочной пропаже. Ася поглаживала свой живот, чтобы успокоить малыша, который шевелился в утробе. Альбина уткнулась в айфон, взглядом сканируя цифры на счетах в мобильном банке. Каждый из них был погружен в собственные мысли и больше не обращал внимания на странное поведение приятельницы.
– Все! – внезапно воскликнула Эльвира, отчего молодые женщины сильно вздрогнули. – Я готова.
Ловким движением экстрасенс раскинула карты на обеденном столе и склонилась над ними, словно коршун над своей добычей. Она внимательно рассматривала цветные картинки, и выражение её лица постепенно менялось.
– Что-то здесь не так... – нахмурилась Эльвира, отчего у неё на переносице появилась неглубокая морщинка.
– Что?! – в один голос выпалили приятельницы.
Эльвира откинулась на спинку стула и запустила руку в кудрявые волосы, размышляя над карточным предсказанием. Затем вновь склонилась над картами, прищурив свой левый глаз, который при тусклом освещении торшера казался устрашающе-черным, и только потом произнесла: