– Марк, вы ведь знакомы с Кэнди? – спросил Стив после того, как все уселись.
– Знаком. Привет, Кэнди.
Ли выжала улыбку, чувствуя себя невероятно глупо оттого, что она знает, что Марк знает, что нет никакой Кэнди. Но раз уж все закрутилось, так почему бы не насолить ему немного?
– Я так и не дождалась твоего звонка, Марк, поросенок этакий, – капризно заметила она.
– Я был занят, – хмуро отозвался Колсон, зато фэбээровец расцвел улыбкой.
– Любая девушка сто раз слышала эту дежурную фразу. – неумолимо продолжала она. – Мне показалось, у нас было нечто особенное.
Агент ФБР торопливо поставил бокал и уткнулся в салфетку.
Стив откашлялся и решил разрядить ситуацию.
– Знакомьтесь, – сказал он. – Это Уильям Шекспир.
– Очень приятно. – Кейт кивнула. Руки она скрестила на груди, твердо намереваясь избежать рукопожатий. Руки с отличным, хоть и неброским маникюром могли выдать ее гораздо быстрее, чем лицо.
– Уильям Шекспир? – Марк улыбнулся. – Должно быть, ваши родители увлекались поэзией?
– Нет, с чего вы взяли?
– А этого джентльмена зовут Джейк Донелли, – торопливо продолжал Стив.
Последовал новый обмен приветствиями, после чего Стив спросил:
– А не выпить ли нам?
«И побыстрее!» – хотелось крикнуть Ли.
Она вообще-то редко искала успокоения в спиртном, но мысль о том, что она протрезвеет, находясь в столь немыслимой ситуации, почему-то наводила на нее ужас.
– Вы работаете в компании Стефани? – повернулся к ней Донелли.
– Да. Полдня, – отозвалась она.
– Ах вот как. Тогда понятно, почему я вас не видел сегодня в офисе.
– Наверное... А что выделали в офисе? Вы тоже будете у нас работать?
– Нет. У меня несколько другой род занятий. На данный момент я пытаюсь решить, нужно ли арестовать вот этого парня. – Он ткнул пальцем в Марка.
– Как, прямо здесь? Вы собираетесь арестовать его вот так – в баре после ужина?
– Мне важно было знать, что именно он предпочитает на ужин. Вы можете узнать о человеке очень много, если как следует изучите его кулинарные пристрастия.
– Ясненько. – Ли почувствовала острое желание выпить и отчаянно замахала официантке. – А в чем именно его обвиняют?
– В отмывании денег.
– Я невиновен, – вмешался Марк.
– Кто тебе поверит после того, как ты заказал на ужин роллы по-калифорнийски?
– Но это свидетельствует лишь о том, что мистер Колсон очень любит авокадо – и не более!
– Неправда! Это также свидетельствует о том, что ему нравится Калифорния. Но мы-то в Виргинии!
– А что, это незаконно – испытывать симпатию к одному штату, а жить в другом? – поинтересовалась Ли.
– Да, если это влечение заставляет его нарушать закон.
«Боже, мы разговариваем как персонажи театра абсурда, – одернула себя Ли. – Или как герои «Алисы в стране чудес». Интересно, кто тут Шляпочник?»
Она краем глаза взглянула на Кейт: та слушала безумный диалог с открытым ртом. Но Стив, к вящему удивлению сестры, был абсолютно невозмутим: словно они вели нормальную светскую беседу.
– Думаю, надо предоставить слово обвиняемому, – заявила Ли, надеясь положить конец странному разговору. – Я придумала хороший вопрос, который сразу же покажет: виновен он или нет. – Захлопав ресницами – не слишком сильно, чтобы не потерять контактные линзы, – она повернулась к Марку и со всей возможной серьезностью спросила:
– Когда речь идет об экспорте апельсинов, чью сторону ты принимаешь?
– Мне больше нравятся те, что из Флориды, – невозмутимо отозвался Колсон.
– Вот вам! – торжествующе воскликнула Ли.
Агент, усмехнувшись, извлек из кармана тот самый блокнот и принялся делать заметки.
– Значит, его деятельность распространяется и на Флориду, – меланхолично заметил он.
Само собой, это была шутка, но Ли желала, чтобы последнее слово осталось за ней. А потому быстро спросила брата:
– А вы какие апельсины предпочитаете, Стефани? Калифорнийские или из Флориды?
– Вообще-то я люблю папайю.
– Ага! Офицер, – Ли схватила Донелли за рукав, – арестуйте этого... эту даму. Она подозревается в контрабанде папайи с Гавайских островов!
– А я обожаю лосося, – подала голос Кейт.
– То есть мой приятель не работает на территории округа Колумбия, а потому наверняка либерал!
Тут подошла официантка, выслушала заказы и ушла. Джейк продолжал что-то писать в блокноте. За столом повисло напряженное молчание.
Никто не мог придумать, что сказать, и потому официантка, неожиданно оперативно доставившая выпивку, была встречена как гонец с добрыми вестями. Каждый вцепился в свой стакан и поторопился хорошенько глотнуть.
Опустив изрядно опустевший бокал, Ли воззрилась на агента ФБР и потребовала:
– А теперь объясните, в чем смысл шутки.
– Шутки? – Он смотрел на нее с недоумением.
– Вы такой же агент ФБР, как я – принцесса Монако.
– Я показывал вам значок и удостоверение.
– Точно. Значок был красивый и блестящий. Таких полно продается в любом игрушечном магазине.
– Не стоит злить человека, работающего на серьезную правительственную организацию, – заметил Стив.
– Покажи мне того, кто там работает, и я буду с ним предельно вежлива.
Ли вдруг сообразила, что они с Кейт опять оказались в центре внимания. Мужчины, хоть и пребывали в разной степени опьянения, сумели повернуть шутку против них и теперь внимательно наблюдают за реакцией противника.
Как так получилось? – мрачно размышляла она, без улыбки глядя на Джейка.
Ведь этот тип с блестящим значком даже не пытался задавать Марку вопросы. Выпитое шампанское мешало мыслить логически, и девушка почувствовала растущее раздражение. Они просто достали со своими играми в шпионов.
Тем временем Джейк полистал свой блокнот и вопросительно взглянул на Стива:
– Помнится, мисс Смит, вы упоминали, что Кэнди Деверо несколько... как же это? Минуточку, вот я тут записал: «не то чтобы неполноценная, но несколько заторможена».
Стив и Кейт одновременно поперхнулись выпивкой. У Ли просто потемнело в глазах от ярости. Она готова была стукнуть кого-нибудь – только не могла решить, с кого стоит начать. И ведь этот негодяй прав, черт возьми. Она совсем забыла, что должна притворяться тупой куклой. Ай-ай-ай, именно агент Донелли и должен был попасться на удочку – раз остальные уже давно в курсе того, что мозги у Кэнди и Ли общие.
– Что такое «неполноценная»? – спросила она, округляя глаза и медленно, очень медленно (чтобы не поддаться искушению швырнуть) опуская бокал на стол.
На этот раз Марк едва не захлебнулся коктейлем. Откашлявшись, он принялся объяснять:
– Ну, это такой банковский термин... слово, которым называют не слишком богатого клиента.
Ли одарила его милой улыбкой. Мерзавец еще и издевается! «Преднамеренное убийство». Ей не миновать подобного приговора, если она пробудет в этой компании еще немного.
– Надо же, я прежде никогда не слышала этого слова, – пробормотала она, решив добавить яркости в картину собственной тупости.
– Правда? – Марк насмешливо смотрел на девушку. – С трудом в это верю, учитывая твой богатый послужной список. За несколько лет ты сменила множество мест работы.
Черт, она опять прокололась. Это было ужасно обидно. Должно быть, он наблюдал за офисом Торндайка, когда тот проводил с ней собеседование. Возможно, именно тогда он и понял, что Ли и Кэнди – это один человек. Черт его знает, как он смог это определить, ибо, глядя на себя в зеркало, Ли не видела между персонажами ни малейшего сходства. Нужно выяснить, как он догадался. Кроме того, хорошо бы наконец прояснить вопрос с этим парнем Донелли – он агент ФБР или нет?
– Мистер Колсон, можно мне поговорить с вами отдельно – всего минутку? Давайте отойдем к бару.
– Вы не собираетесь помочь ему смыться? – спросил фэбээровец, улыбаясь и становясь еще привлекательнее.