Честно говоря, зная, что на Берлин отведено всего несколько часов, я заранее настроилась ничего от него не ожидать. Что покажут, то и замечательно. Берлинская стена, Бранденбургские ворота, Унтер-ден-Линден. Ну хоть Кафедральный собор не утаили, и на том спасибо. А дальше, естественно, очередное кафе, рекомендованное гидом.
— Обедая под открытым небом, вы можете любоваться видом на знаменитый «Остров музеев», — сообщил напоследок Алекс.
Я сжала зубы и не разрешила себе спросить, нельзя ли нам пока туда смотаться. Но тут дала слабину Настя.
— Это ведь здесь Пергамский алтарь? — прерывающимся голосом спросила она, несвойственной ей бойкой рысью подбегая ко мне.
— Да, — подтвердила я (напомню — я добросовестно готовилась к поездке). — В музее Пергамон. Там вообще много всего, только времени нет.
— Я мечтала о нем с самого детства. То, что мы совсем рядом, — это судьба. Ты знаешь, как туда пройти?
— Конечно, не знаю. Откуда?
Настя вихрем рванула к Алексу, оттеснив от него толпу галдящих дам, и решительно потребовала:
— Алекс, как нам побыстрее пройти к музею Пергамон? Отъезд через полтора часа? Мы уложимся.
— Девушка, ну какой Пергамон? Вот кафе, а рядом замечательный магазин сувениров. Кстати, всем рекомендую. Лучшие сувениры в Берлине, и совсем недорого. А до вашего Пергамона только дойдете, заплатите — и через полчаса обратно. У вас что, деньги лишние?
— Как туда добраться? — яростно прошипела моя подруга, и даже мне вдруг стало страшно. Я не только крыс боюсь, змей тоже. Так вот, Настя умудрилась произнести короткую фразу, словно озвучивала в каком-нибудь мультфильме черную мамбу — кажется, именно они наиболее ядовиты?
Алекс проявил благоразумие, быстро объяснив, куда идти. Подруга схватила меня за руку и поволокла. Вообще-то она ориентируется еще хуже меня, а я — очень и очень плохо. Но сейчас ее словно вела магическая сила. Я опомниться не успела, как с меня уже требовали восемь евро. И если учесть, что дешевый обед, по словам Алекса, стоил двенадцать, цена не показалась мне чрезмерной. Тем более, я с трепетом отношусь к античности, хоть и не помешана на ней так, как Настя. Все замечательные слепки в московском Музее изобразительных искусств не дают такого впечатления, как подлинник, про который знаешь — его создали греки во втором веке до новой эры. Я понимаю, тут трепет чисто эмоциональный, и я не отличила бы алтарь от хорошей копии, но это не мешало мне с упоением, даже с головокружением рассматривать знаменитый бордюр, на котором боги боролись с титанами. И вот в момент, не побоюсь этого слова, катарсиса я почувствовала мощный удар в позвоночник.
Я молча упала. Молча лишь потому, что лишилась голоса. Зато подруга моя заорала, словно резаная, что не помешало ей упасть рядом. «Застрелили наркокурьеры, но хоть Пергамский алтарь посмотреть успела», — молнией пронеслось у меня в голове. Однако смерть не спешила. Наоборот — я почувствовала, как меня пытаются поднять. Это делала служительница, быстро тарахтя по-немецки.
Я встала. Спина болела, но крови не было — значит, меня не застрелили.
— Привет! — радостно проорал рыжий тинейджер, от избытка энергии подпрыгивая на месте. — Привет! Я тебя догнал!
— Я заметила, — возмущенно сообщила я. — Кто тебе позволил сбивать взрослого человека с ног? Где твоя мама?
Про то, где второй близнец, спрашивать было ни к чему — он бегал вокруг нас, громко и на редкость противно завывая.
— Кто сбивал? Никто не сбивал. Я просто не успел затормозить. Макс, где мама? А я Тема, поняла? Я Тема, он Макс. Спорим, ты нас не различишь? А как ты думаешь, если со всей дури врезаться в эту каменюгу, она разобьется? Спорим, что да?
— Не смей! — ужаснулась я, попытавшись собственным телом загородить Пергамский алтарь, — затея бессмысленная, учитывая протяженность шедевра в сто тринадцать метров.
Настя, с кряхтением потиравшая плечо, встрепенулась.
— Это музей, — сурово известила она. — Каждый экспонат стоит огромных денег. Чтобы расплатиться, вашей матери придется продать ваши мобильники и компьютер. И новых она вам больше никогда не купит.
— Врешь! — возмутился Макс, даже притормозив от гнева. — Вот спрошу у мамы, она вам скажет! Мама, ты где?
Близнецы рванули куда-то, а мы с подругой потрясенно посмотрели друг на друга. Катарсис, увы, остался далеко позади.
— Надо же, — вздохнула я, — не одни мы захотели в Пергамон. Кстати, пора обратно. Опоздания нам Алекс не простит.
— Очень странно, что Лидии понадобился Пергамон, — мрачно заметила Настя. — Странно и подозрительно. Мне кажется, она просто пошла за нами. Как ты думаешь, зачем?