– Чушь, – прошипел АррГхрЫть, – мы забрали столько зомби, – тут он щелкнул пастью, явно что-то осознав. – Если честно, – уже без былой уверенности продолжил пришелец, – мы с ними не разговаривали. Эта вылазка была моей первой самостоятельной. Раньше я посещал город только в составе отряда, и мы сразу хватали зомби. До Зе я не общался ни с кем из них, даже и не думал, что так можно.
– Вы их хватать, а потом? – поинтересовалась Уно.
– Перемещали на спецбазу, там сразу сдавали командирам. Но где эта база, я тебе не скажу, – как-то запоздало вспомнил он, что перед ним «враг».
– Мне и не надо, – съязвила Уно.
– О, да, вы же не сбиваете наши корабли-разведчики! – для хладнокровной рептилии АррГ заводился крайне быстро. Ящер тут же упер руки в бока и развернулся к ней, дыша громко и так, что было видно, как двигаются, то расширяясь, то обратно сужаясь, ноздри.
– Вы… сбивать... наших Дра! – отрывисто, чуть ли не выплевывая каждое слово прокричала Уно. А малыш Дра-Драк, сидевший у нее на плече, пронзительно запищал и забил крыльями.
Ой-ой, не-не, вот только этого нам сейчас не хватало!
Я и Барри, не сговариваясь, тут же встали между ними: он ближе к ящеру, я — к магичке.
– Ребятки! – взяла я на себя роль посла-переговорщика. – Вообще от ваших разборок так-то местное население еще сильно пострадало, – не преминула укорить. – И мы уже поняли, что в этом мире что-то неладно. Вы хотите выяснить, что. Я и Барри хотим найти безопасное место. Поэтому мы все бредем неизвестно куда.
Да уж, как-то не очень прозвучало, если честно. Однако АррГ фыркнул и пошел дальше. Уно обижено сложила руки на груди, но тоже пошла. Драк-Драк выпустил из ноздрей небольшую струю дыма и, поерзав, вновь уселся спокойно. Выдохнув, я прижалась к руке Барри.
– Нашла логика — это отсутствие всякой логики, – улыбнулась ему. – Эй, – вид у него такой понурый, так хотелось приободрить, – мы с тобой найдем себе гнездышко. Град не Град, неважно.
И даже если этот мир окончательно рухнет, с ним рядом мне не страшно.
«Лиза, – как-то подозрительно тихо прозвучало в моей голове, – и тебе ничего не страшно? Совсем-совсем?»
«Это было бы не нормально, – также мысленно решила ответить я, понимая, что Барри не хотел, чтобы остальные слышали наш разговор, видимо счел его слишком личным. – На самом деле, чего я только не боюсь, – продолжила я. – Но зачем об это задумываться.. Страх — это важное составляющее выживания, базовая эмоция, которая советует избегать многих глупостей. К примеру, ходить одной в незнакомом районе ночью».
«Но со мной тебе не страшно. Это значит, что ты можешь совершить глупость?»
В глазах Барри появился странный блеск, а скулы прочертились от напряжения, он вздохнул, а я начала догадываться, что несколько иное он имел в виду, когда спрашивал. И что разговор этот — скорее уж, интимный. И тут же помотала головой. Ох, милый мой, ну что у тебя в мозгу творится!?
«Я… переживаю… – в коем-то веке его мысли звучали отрывисто и столь напряженно, что казалось, это чувство передается и мне, – ты боялась тех мужчин. И я … вдруг я тоже … напугаю тебя».
На этот раз пришла моя очередь вздыхать.
«Их боялась, – я постаралась вложить в мысли, эмоции максимум спокойствия и понимания. – А тебя — нет. Разве что в первые несколько секунд знакомства. С тобой я добровольно, понимаешь, – мысли текли рекой, спокойной, но быстрой: то, о чем так сложно говорить вслух, про себя шло легко и непринужденно, выбегая из глубин сознания, как ребенок из дома в солнечный день. – И да, я понятия не имею, что и как у нас будет дальше. Но я точно знаю, что не боюсь. И это значит, что от одних глупостей ты меня защитишь, а на другие я с тобой готова...»
Вышло путано, но, надеюсь, он понял.
Барри слегка улыбнулся, прищурился от солнечного луча пробежавшего меж деревьев по его лицу. В этот момент он казался самым нежным, милым и обаятельным. Да он такой и есть. И знаешь, Барри, не в наших традициях нормального мужика отпускать, мы вообще за мужиков держимся, это, правда, не всегда хорошо, в общем, иногда всё сложно, но за хорошего точно держимся. А то что ты синенький и с шерсткой — ой ли, ну бывает, что. У всех свои недостатки. Я вон тоже наверняка «обросла» за это время.
Он покосился на меня уже лукавым взглядом, заулыбавшись сильнее. А солнце сверкнуло так ярко, что я невольно чихнула. Минутку! Мне кажется, или лес закончился?
***
Так оно и было, мы вновь вышли на открытое пространство. Плохо: тут особо спрятаться негде. Впереди на нас смотрело поле: местами зеленое с молодой травой, местами блеклое, серое, местами с выжженной землей – словно лоскутное одеяло, сшитое из разных, наспех подобранных кусочков. Деревья разбросало по одному — по два, то тут, то там.