– А почему ты не просишь искать с тобой?
Логичный в целом вопрос Барри, признаться, ввел меня в небольшой ступор.
– Даже и не знаю, – смутилась я, сверху упала капля воды, и я невольно передернула плечами, – ты и так мне помог, а я привыкла как-то рассчитывать на себя, – скрывать что-то от мутанта, читающего мысли, довольно глупо, а еще Барри невольно вызывал доверие: не помню, когда я последний раз говорила настолько откровенно с кем-то малознакомым. – Я не могу жаловаться на жизнь, особенно учитывая, что у вас тут творится, мы с родителями жили вполне в достатке, разные времена, конечно были, знаешь, но всегда на хлеб без излишков хватало. Но меня старались радовать, и всегда хотела отплатить тем же. И старалась на максимум, а может, мне это просто нравилось — добиваться успеха, побеждать. И нравилась независимость.
– И ты никого и никогда не просишь о помощи? – Барри заинтересованно понаклонял голову из стороны в сторону.
– Прошу, но мне не нравится быть обузой, понимаешь. А ты и так помог.
– Я люблю помогать, – признался мутант, и эта откровенность в обмен на откровенность подкупала. – Поэтому и пошел в искатели. Ты приносишь что-то своим, они не скажут благодарности, но я вижу, что они довольны. Это опасное дело. А если возвращаешься ни с чем и тебя не прогоняют обратно, знаешь чувство, как будто горькую хекку съел.
Что такое хекка я не знала, а вот чувство вполне себе представляла. Эх, жаль у меня ничего с собой нет: сумочка в родном мире осталась. Разве что серьги, но это простая бижутерия. Подойдет? Я вопросительно посмотрела на Барри. А тот почему-то ответил укором, смешанным с непониманием во взгляде.
– Серьезно? – переспросил он. – Тебе предстоит сейчас искать зомби, надеяться на то, что он тебя не съест, как-то запомнить дорогу до Града, а ты думаешь, что отдать мне?
Женская логика плюс широта души русской — то еще ядерное сочетание. В ответ я лишь развела руками, а Барри хлопнул себя лапой по лбу.
– Потом расскажешь, что значит «русской душа», – вздохнул он, причем очень тяжко, и направился вперед. – Идем, я помогу найти зомби, – кивнул он.
Хм, ну тут-то я пожалуй и возражать не буду.
5. Барри и другие обитатели мира
К тому, что жизнь сложная, Барри уже привык, да и другой он так-то особо и не знал. Но когда сложное подсовывает, точнее в буквальном смысле роняет на тебя с неба, нечто еще более сложное — это уж совсем подстава.
Людей он, конечно, раньше видел, но таких нет. Пока человеческая девушка лежала без сознания, он немного погулял по ее подсознанию — дабы убедиться, что всё в порядке. Лизе он об этом, конечно, не сказал потом: она и так от его телепатии невольно дергается, да и куда уж больше человека шокировать. Но нашел в ее подсознании много интересного — Лиза явно была не отсюда. Там, где она жила, было лучше: зомби, магов и пришельцев видела только в кино. А Барри про кино только слышал — и то, скорее, сказками для детей считал.
Но вот вопрос — что же с ней дальше делать: мутанты такую не примут: шерсти у нее нет (точнее есть, но только на голове), рук, ног и глаз — всего по два, даже кожа светлая. И не любят они людей, не объяснишь же всем, что другая она.
Барри морально подготовился к тому, что его испугаются. А когда не испугались, морально начал готовиться к тому, что будут просить о помощи. Но и тут Лиза «подвела», а Барри как-то уже настроился, хоть и сам точно не знал, как помочь сможет. Но к счастью, решение нашлось. И шагая в поисках зомбовампа, Барри почему-то чувствовал себя до неприличия счастливым. И когда запахло гнильем и разложением — радостно сообщил об этом Лизе.
***
«Мозгии! Тьфу, опять», – зомби вздохнул так, что чуть не потерял челюсть. Но боли он давно не чувствовал, а потому не сильно расстроился. Кряхтя, он принял сидячее положение из лежачего, с хрустом развернул руки-ноги в нужные стороны.