– Эй! – оклик Мосса вернул из приятных воспоминаний в день сегодняшний. – А знаешь, – продолжил он, убедившись, что я обратила внимание, – я бы тоже не прочь развлечься и поближе с тобой познакомиться, – и тут же опять подмигнул (да сколько можно!). – Даже не буду возражать, что Ученый послал тебя присматривать за нами, да, шпионка, – расхохотался парень, словно сказал нечто мегасмешное. – Ты ему потом доложишь про наши развлечения, а?
Я едва качнула головой, ничего не ответила и мысленно порадовалась, что уже дошли до столовой.
– Ученый поручил мне помочь вам адаптироваться, – мягко произнесла я, открывая дверь, – показать всё здесь.
Я прошла и показала им на ближайший стол, приглашая сесть. Китти на этот раз не вышла, так что пришлось самой идти за едой. Кухонка встретила окутывающим приятным ароматом свежей сваренной каши. Дымящаяся кастрюля ждала на плите, но Китти не было. Наверно, решила не попадаться им пока на глаза.
Вздохнув, я взяла тарелки и положила первые порции. Стоило вернуться с ними в общий зал, как Мосс отметил, что они тут уже заскучали. Ох, лучше бы я сейчас корпуса тряпкой мыла, честное слово.
…
Ну хотя бы они все всё съели. Видимо, после вчерашнего поняли, что травить их не собираются. А вот на выходе из столовой нас встретил Тим-тим, рядом с ним красовались ведра с водой, подобие швабры и таз с тряпками. А, уборка.
«Сама ж про нее думала, – прозвучало в моем разуме, – мне показалось хорошей идеей».
«Ты просто не хочешь, чтобы они приближались к остальным. Параноик», – с легким укором мысленно ответила я.
«Да», – подозрительно смиренно, точно издеваясь ответил Тим.
– Эмм, а почему вы молча стоите и смотрите друг а друга? – осторожненько спросил Мосс, а я только сейчас поняла, насколько такое реально смотрится странно. Что ж, с другой стороны, как там говорится: неважно, что про вас думаю люди, главное — что они тратят на это свое время.
***
Дни потянулись своим чередом. Новенькие продолжали держаться обособленно, но все поручения выполняли безропотно. Я всё еще продолжаю склоняться к мысли, что им нужно побольше времени дабы освоиться, Тим-тим всё еще продолжает параноить. А паранойя — это дело заразное, поэтому Уно недавно улучшила «защиту» около сарая. Там раньше несколько кустов рядышком у дороги росло, ну так: веточками сухонькими трепыхались. Но Уно над ними посидела, пошептала, те ввысь и пошли. Лола такое как увидела – руками всплеснула и тут же Уно на грядки погнала: урожай улучшать.
Я же, вздохнув, обогнула кусты.
– Привет, – поздоровалась с подковылявшим к «окну» Зе. – Прости, что редко навещаем.
– Ничего страшного мадам, живые могут слишком испугаться меня, – сегодня его голос звучал на радость бодро. – Как у них дела?
– На вид обживаются, но, – я невольно вздохнула, – Барри как-то сказал, что они всё еще не могут принять нас, в смысле местных. Он слышал в их мыслях нечто вроде: на такой базе и мутанты. Но я тоже поначалу, попав сюда, не доверяла, опасалась и прочее, рассказывала им об этом, но, кажется, они не очень мне верят.
– Думаю, они видели слишком многое, чтобы во так сразу довериться, – заметил Зе, – больше, чем ты, мадам. – Без укора заметил он. – Ты ведь попробуешь с ними подружиться?
– Пытаюсь, да, но Гейб меня пугает, Нора холодна и смотрит на меня, словно я в чем-то виновата. А Мосс, – тут я просто махнула рукой, – я ему недавно не выдержала, сказала, что у меня парень есть. Он долго смеялся.
– Но ты ведь не сдашься? – с хитринкой уточнил Зе.
Я благодарно улыбнулась. Сдаваться — ни за что. Я уже позвала новеньких на вечерний матч: мяч гоняют командами и пытаются за линию его перекинуть. Как оказалось игра, про которую мне как-то рассказывал Барри, в разных вариациях была популярна в этом мире. И последнее время все часто собираются в бывшем бассейне и устраивают соревнования. А остальные, кто не играет, - зрители. В общем, я решила: показать, что ничто человеческое нам не чуждо – лучший способ завоевывать доверие.