Темноволосый, выругавшись, дернул за наручники, приказывая АррГу следовать с ним на переднее сидение. Тот только успел увидеть, как Ученый с полным страдания видом, прихрамывая еще сильнее отходит от кузова. Барри остался сидеть, склонившись на Лиз.
– Без шуток, чтоб, – приказал Темноволосый, усаживая АррГа на переднее сидение, сам сел за руль.
– Кто еще тут шутит, – сквозь зубы буркнул ящер.
***
Машины уже давно уехали, но Уно не могла заставить себя сдвинуться с места. Ярость и гнев клокотали, желая вырваться. Она злилась и на напавших, и на себя. Неизвестно даже на кого больше.
Ученый сидел на бревне, обхватив руками голову и ни на кого не смотря. Лола тихо всхлипывала, прижавшись к Тим-тиму.
Зе бродил по поляне с потерянным видом: веревку с ноги ему не составило труда снять – добрая мадам не слишком сильно затянула узел. Зе, как увидел чужаков, сразу на помощь решил идти, вот только шел очень медленно.
У остальных вид был не менее понурый.
Малыш Дра-Драк, до этого мирно спавший под автобусом, медленно ходил по поляне и жалобно пищал, словно понимая: что-то случилось — и с надеждой зовя Лизу, АррГа и Барри.
Наконец Дра-Драк подошел к Уно и потерся о ногу. От этого простого, незатейливого движения накативший ступор спал.
Уно размашистым шагом подошла к Ученому.
– Как дойти до них? – прямо спросила она.
– Вначале нужен план, нас мало и у нас практически нет оружия, – глухо произнес он.
– Ты не понять, – перебила Уно. – Я пойти в одиночку.
– И что ты будешь делать, когда придешь? – зло поинтересовался Тим, встревая в разговор. – И как добираться будешь? – злость сменилась досадой.
Уно качнула головой, медленно подошла к автобусу и замерла у зеркала заднего вида, как будто то должно было дать ответ. Затем резко сорвала надоевший балахон, оставаясь в приталенных штанах и серой плотной рубахе с шнуровкой: черты лица стали мягче, глаза больше и выразительнее, а еще фигура: талия вновь ставшая тонкой, округлые бедра, прочертившаяся небольшая грудь. Уно выдохнула и взяла на руки Дра-Драка.
– Я изменилась, – прошептала она, потираясь подбородком о голову дракончика. – Но магия стала сильнее. – Уно крепче обняла Дра-Драка, по щекам покатились слезы, и зашептала. – У нас есть выход, малыш, есть… Только помоги мне.
32
Ох-х, как же голова гудит, а во рту пересохло как в пустыне в самый жаркий день. Темно — абсолютно ничего не видать. Я даже не сразу поняла — что не темно, это глаза у меня закрыты. Но открывать их не хотелось. Да так и проще будет покопаться в памяти.
Итак, к нам приехал вражий джип, а в нем вражины с неадекватными требованиями. Вражинами, по закону подлости, оказались мои старые знакомые Джонс и Билл. Как увидела их — чуть не поплохело. А уж от требований… Вот интересно, откуда у них такие познания о магах. Допустим, могли их и драконов видеть. Но, по-моему, все равно слишком много знали.
Так. Потом АррГ героически выдал себя за мага. Ему и поверили — так-то похож. Тем более он давно уж в обычных вещах: рубашечке, штаниках ходит: как мы на базе обжились, все свои шмотки инопланетные снял, Ученый из них даже какие-то микросхемки повынимал.
Ох, ящер, чтоб тебя, кошки твои покусали. И злюсь от переживаний, и понимаю.
А потом… Я помню звук выстрела. И внутри что-то обожгло…И голос Барри то ли вслух, то ли в моем разуме. Он просил не оставлять его.
Я почувствовала, как становится тяжело дышать: Барри, где ты? И резко распахнула глаза: надо мной был серый потрескавшийся потолок, в руку воткнуты иглы от капельницы, и сама за запястья ремнями привязана к больничной раскладушке. Тела своего не видела — прикрыта покрывалом. Вокруг ни души. Рядом одинокая пустая табуретка, за ней капельница, на потолке болтается выключенная лапочка, а на серой стене решетчатое окошко с тусклыми стеклами не хотя пропускает свет.
Попыталась позвать хоть кого-то, но изо рта выдавился лишь слабый стон. Веки как назло потяжелели, зазывая обратно в сон, нет-нет, не хочу. Нужно о чем-то думать, хвататься за мысли. Барри, АррГ, остальные. Как они? Что с ними сделали? Хвататься за…
…
Какие-то расплывчатые образы, кто-то крепко обнимает меня, а я шепчу, как соскучилась. А потом окутывает темнота.
Все-таки я вновь провалилась в сон – осознаю это даже раньше, чем просыпаюсь. И лишь затем медленно открываю глаза. Увиденное не радует абсолютно: над моей койкой, сверкая лысиной возвышался Билл.
– Доброе утро, красотка, – первым делом ухмыльнулся он. – Старуха тебя как надо подлатала. Слышал, даже простуду подлечила. Как самочувствие?