Богатый незнакомец
На дыбе нагая, из плеч вырывает суставы,
Вишу, под ударами рвется спина!
И сыпет с ухмылкой палач - соль на раны,
Надрался веселый скотина хмельного вина!
А ведь я не просто рабыня, а царская дива,
Правительница, и земная сестрица богов!
И если страдаю, то значит, страдаю красиво,
Не выскажу страха, пред жутким оскалом клыков!
К ногам моим босым кусок раскаленный коснулся,
Дымок опаленный щекочет брезгливо ноздрю!
За что я отдала невинную царскую юность!
За что так страдаю, никак рок судьбы не пойму!
Но воины-девы я знаю, спешат на подмогу,
Мечами крушат злобных монстров, бросая зло в грязь!
Знай, густо мы трупами мерзкими стелем дорогу,
Ведь с нами могучий воителей с мужеством князь!
Противник попятился, вижу дерьмо, отступает,
Жестокий палач, ты в бою не король, не мастак!
Разрушенное зацветет, вишней в Мае,
Кто портил и жег все получить в пятак!
А что еще есть лучезарней и краше Отчизны,
Что выше её, и призванье простейшее честь?!
За что я готова отдать, до конца годы жизни,
Кому перед боем молитву святую прочесть!
Конечно, такое есть слово, оно драгоценно,
Сверкает лучисто, алмазов светила затмив!
Ведь Родина - это понятье любви - совершенно,
Оно, безгранично включая вселенский весь мир!
Ведь ради её не стонала, от боли на дыбе,
Сломаться принцессе подлунного мира - грешно!
Поклонимся низко Отчизне-святыне,
Снежок дома выпал и стало белым, как бело!
Теперь моё слово к грядущим потомкам,
Не надо вам трусить, победа всегда настает!
От всех супостатов останутся только обломки,
И вылетят зубы открывшего жадный свой рот!
ОТЧИЗНА - СОЛНЦЕ!
Тот подлый лжец, кто говорить о том,
Что будто бы Отчизна это просто пыль!
Что главное во всем - охота за рублем,
И нужно по течению судьбины плыть!
Но не такой солдат, страны Священной Русь,
Ведь для него война первейшее призванье!
Приказ царя простой: сражайся и не трусь,
Не испугает смерти ледяной дыханье!
И космос это то, что знает человек,
Дано ему летать и покорять пространство!
Сначала робкий старт, затем крутой разбег,
В галактик миллионы будет царство!
Остановить нельзя, хоть кровь течет рекой,
Война между людей, с дурным безумьем!
Охота отдохнуть, пирог съесть заливной,
И полежать в траве под сладким ульем!
Но счастье где наедешь, не в небе, ни аду,
Оно всегда с тобой, и вместе с тем далече!
Ты ищешь в небесах - избранницу звезду,
Чтоб сердце сохранить в священной сече!
Но Родина и есть, и солнце, и луна,
Она как дивный глаз - твой покровитель!
И если нужно, то порвись, хоть до пупа,
Ох, до чего тонки и рвутся жизни нити!
Россия навсегда, для всех народов ты,
Как океан, в котором плещет счастье!
Величье красоты, и дерзость и мечты,
И тот огонь любви, что не угаснет!
. ГЛАВА ? 1
По асфальту звонко цокали высокие каблучки. Красивая, стройная девушка в коротком платье, шествовала по улице Москвы. Чувствовалось дыхание теплого мая. Дети уже плескались в фонтанах, чьи бриллиантовые струи сверкали на солнце. У Теодоры Домино было отличное настроение. Она только что сдала экзамены и завершила третий курс обучения на юридическом факультете МГУ. Как хорошо отдохнуть от учебы, и проехаться куда-нибудь на юг. В Сочи!
Теодора очень красивая девушка лет восемнадцати, с прекрасной, спортивной фигурой, блондинка с чуть вьющимися, золотистыми волосами. Загорелая, с идеальными пропорциями. Она выглядит очень сексуально, и обворожительно. И имеет массу знакомых в интернете и на курсе. Класс!
Но пока она влюбилась только в двух парней. В симпатичного офицера-кавказца Руслана, и в своего однокурсника Андрея. Оба парня были тоже красивы, но по-разному. Руслан черный, с бородкой. Андрей блондин, очень юный на вид, с еще румяными, без признаков бороды щеками, но прекрасно сложенный и спортивный.
Пока эти двое на равных у Теодоры. И она встречается с ними. Хотя и других поклонников полно. Вот один мужчина, на вид лет под шестьдесят, явно запал на нее. Даже предлагал за ночь кольцо с бриллиантом. Теодора впрочем, отказалась - сказав, что она не шлюха, чтобы дарить свое тело за драгоценность.
В ответ богач предложил ей просто стать друзьями, рассчитывая, что та со временем в него влюбиться.
После чего Теодора даже немного пожалела: стоило ли отказываться от колечка, которое стоит несколько десятков тысяч долларов. Тем более Теодора вполне современная девушка, которую секс не пугает. Но все же, повести себя подобно шлюхе.
Девушка испытывала сомнение. Прагматизм и чувство брезгливости боролись в ней. Да и ее родители небогаты, и вряд ли бы отвергли бы такой дар, осудив подобную расточительность.
Теодора грустно улыбнулась и сказала сама себе:
- Надо быть практичнее!
И помахала рукой плескающимся в фонтах мальчишкам. Покрытые свежим загаром мальчики, хихикнули в ответ.
Одни из них воскликнула:
- Какая красивая тетя!
Теодора расцвела в улыбке. Вспомнила, как ей предлагали работу в стриптиз-баре, а она обещала подумать. Действительно такие деньги можно собрать. Клиенты суют кучу баксов в трусы. Правда, лапают тебя, щупают за грудь, за бедра. Тут невольно побрезгуешь. Но и деньги им тоже нужны. Семья прилично задолжала по ипотеке. Да и отец влез в аварию, разбил витрину магазина и должен платить большие деньги. Это омрачает мысли Теодоры. Какая она все-таки дура! Ну почему, не взяла колечко и не завела себе столь богатого любовника? Ведь секс это приятно, а то, что он староват, и с пузом, то ради денег можно и потерпеть.
Зато у него такая машина, и видны телохранители на соседней. Бизнесмен, чем-то напоминающий миллионов из советских фильмов.
Теодора стукнула каблучками. Ей очень хотелось скинуть туфельки и пробежаться босиком, по теплой плиточке. Но ей уже восемнадцать и по Москве не предстало мчаться босой взрослой женщине. Пусть даже такой красивой как она.
Теодора подошла к киоску, и попросила мороженого эскимо. Ей выдали маленькую пачку. Девушка взяла за палочку лизнула, и представила себе, как ее целует Андрей. Он такой ласковый юноша, столько удовольствия доставляет. Напоминает котенка. Руслан грубее, но с ним тоже очень даже хорошо. Ее сильное, спортивное тело бурно отвечает на ласки. Вообще не получи Теодора строго воспитания, она бы была куда более распутной.
Но мораль ее сдерживала. Хотя с ее телом, и ангельским личиком столь легко срубить в Москве бабла. Сколько мужчин готовы положить кошельки, к ее длинным мускулистым ногам.
Теодора планировала пройтись сейчас в тренажерный зал с бассейном, а потом встретиться с Руслан. Он как раз должен получить офицерскую заплату. Можно потом с ним немного оттянуться. По ресторан, или заглянуть в полулегальное казино.
Теодора мечтала выиграть там чемодан денег. Чтобы купить себе особняк и расплатиться с долгами. Руслан говорил, что у него скоро отпуск, и они могут совершить турне по Европе. Посетить Лондон, Париж, Рим. Вот это здорово!
Сотовый телефон Теодоры зазвонил. Девушка подняла его, и услышал слегка хрипловатый голос.
- Дорогая, хочешь посетить только что открытый мною ресторан?
Теодора ласково ответила:
- Не откажусь!
Тигр в юбке
И стукнула каблучками. Надо бы помочь отцу. Раздобыть деньги. Иначе ее родителей выставят на улицу. Не стоит быть такой недотрогой.
Девушка сделала несколько шагов, доедая эскимо. Все-таки в мире все беды от денег, точнее от их отсутствия. Чувствуешь себя какой-то нищей. А ведь вокруг столько богатых мужчин, пожирающих тебя глазами. И готовых развязать по мановению руки, кошельки.
Теодора своим полнозвучным голоском, тихо, чтобы не привлекать внимание, пропела:
- Делай деньги, делай деньги... Позабыв про сон и лень... Делай деньги, делай деньги, а остальное все дребедзень, а остальное все дребедзень!
Вот появились три крупные, размеров с футбольные ворота машины.
У них было четыре колеса с каждой стороны. Одна из них позолоченная. Бронированное стекло было поднято и, торчала физиономия знаменитого на всю страну миллиардера Баруха Моисеева. Не красавец, но видный мужчина, обладатель колоссального состояния. Готовый за одну ночь и с незнакомой девушкой подарить кольцо с бриллиантом, размерами с земляной орех.
Машина покрыта сусальными золотом, и ярко сверкает на солнце. Как раз под цвет волос Теодоры.
Девушка улыбнулась и обрадовано помахала рукой. Нет, такой шанс нельзя выпускать.
Барух помахал ей в ответ. Три машины синхронно притормозили. Распахнули двери, последовала команда:
- Залезай антилопа!
Теодора заскочила в кресло. Машина высокая, комфортная. Миллиардер был в заднем отсеке и один. От охраны и водителя его отделала перегородка с бронированным, и тонированным стеклом. Девушка уселась сзади. Тут было просторно. Миллиардер подмигнул ей и шепнул:
- Сними туфельки, я хочу рассмотреть твои ножки!
Теодора смутилась:
- Но ведь...
Барух достал пачку со сто долларовыми купюрами, и тряхнул ею, скаля явно искусственного происхождения лошадиные зубы:
- Я только поглажу твои ножки... Ты так хороша! Такое тело!
Теодоре, очень захотелось двинуть похотливого олигарха в мошонку. Но последствия такого шага были бы самые печальные. Ее изобьет, а может и изнасилует охрана. А там еще и упекут в тюрьму. Бить одного из самых богатых олигархов России чревато. А пачка с долларами такая толстая. И как притягивает к себе. Вспомнилось упущенное колечко с бриллиантами, когда она, поддавшись эмоциям, сказала твердое нет. Уж больно неприятный был Барух, толстый, обрюгзший, пахший словно женщина, дорогими духами. Упустив целое состояние.
Они бы тогда легко расплатились бы с долгами, да еще могли немалые деньги положить на счет. Или купить себе виллу. Или квартиру в Москве, и ей бы не пришлось ютиться в общежитии. Что, конечно же, не столь комфортно.
И девушка стала медленно стягивать с тебя туфли. Ходить на высоких каблуках неудобно, но это модно. Хотя она и так заметно выше среднего роста. Настоящая манекенщица, только более мускулистая. Но ее телосложение настолько гармонично и эротичное, что высокий рост, совсем не портит. Сильная девчонка, подтянутая, но и с роскошными формами. Тело такое...
Миллиардер берет в руки ее босую, загорелую ногу. Хватает и жадно массирует. Теодора проворно рукой подбирает брошенную пачку купюр. Тут тысяч двадцать долларов. Ради этого пускай массирует ее ножки. Хотя когда это делал Андрей, было куда приятнее. Она мог одним массажем подошв довести ее до экстаза. Когда по телу разливается ураганная лава.
И ты буквально сотрясаешься в бешенном восторге.
Какой искусный любовник Андрей, поговаривают, он подрабатывает альфонсом и танцует в стриптиз-баре. С его рельефным телом, это самое место. Там собираются женщины, иногда и мужчины... Теодора ощутила укоры ревности. Что Андрей, редкой красоты и сексуальности юноша торгует собой, а она не может? Только за нее куда больше дают!
Миллиардер стал двигаться медленнее и ласкать ножки нежнее. Он проводил между пальчиками, потом пощекотал пяточки. Теперь Теодоре, стало почти приятно. Вообще когда ласкает самец, тело испытывает возбуждение. Жаль только что мужчина не попался красивее и моложе.
Но Теодора спрятала толстую пачку денег себе в сумку. И попыталась расслабится, представляя что ее ласкает Руслан. Он это делает не так умело как Андрей, но все равно очень приятно.
Барух принял ее правую ногу к своему лицу и поцеловал в пятку. Понюхал чистую, девичью ножку. Запах, юного, свежего женского тела возбуждал. Снова миллиардер поцеловал ее подошву и прошипел:
- А может, раздвинешь ноги? Выпишу чек на сто тысяч!
Теодора ощутила дикое волнение. Сердце застучало как барабан. Сто тысяч долларов! Всего лишь за удовольствие! Какой соблазн... И вместе с тем она ощутила брезгливость. Заняться сексом прямо в машине, словно профессиональная проститутка. Не хотелось Теодоре, идти на панель. Хотя соблазн легких денег и огромен.
Девушка пискнула:
- Ну может... Хотя бы в номере... Мне как стремно так!
Миллиардер поцеловал ее еще раз и прохрипел:
- Но я хочу сейчас! Ну ладно двести тысяч! Но немедля! Пока есть желание...
И снова стал осыпать босую, изящную ножку спортивной девушки поцелуями. Его заводило все сильнее. Прикосновения мужчины, вызывали возбуждение и у Теодоры. От природы темпераментная блондинка чувствовала в себе пробуждение древнейшего инстинкта. И желание стало разливаться по жилам. В низу живота заныло и в чувствительном месте наливаться кровью и гореть.
Теодора даже начала стягивать в себя платье. Двести тысяч долларов, за то чего уже хочет твое юное, сильное, мускулистое тело! Ведь это здорово!
Миллиардер тоже стал расстегивать ремень... И в этом момент раздалась трель звонка. Барух вздрогнул, словно его ударили электрическим током.
И проскулил словно пес:
- Вот черт!
Теодора чье возбуждение разом испарилось, вякнула:
- Коллеги по работе?
Барух отчаянно простонал:
- Жена! О черт ее подери!
И нажал кнопку. В ответ послышался лай. Раздельные слова разобрать было трудно.
Миллиардер что-то жалобно лепетал в ответ. Он выглядел теперь жалким, словно побитый щенок... Даже Теодора поежилась. Застегнула платье, и натянула туфли.
Через пять минут словесный понос закончился, и миллиардер растеряно пробормотал:
- Надо ехать мне в Сокольники... Уж извини! Все желание пропало!
Теодора отчаянно булькнула:
- Я поеду с тобой!
Барух поглядел на нее и пробурчал:
- Ладно, езди! Но из машины не высовывайся!
Теодора с вымученной улыбкой на лице, спросила:
- У вас ревнивая жена?
Барух буркнул в полголоса, но с надрывом:
- Тигр в юбке!
Адские круги
Теодора поежилась... Что-то ей стало неприятно. Словно вот-вот вцепятся в волосы. Эх, досадно... Перспектива получить двести тысяч долларов, разом отдалилась. А ведь такие деньги одним махом решали все проблемы. Хотя и двадцать тысяч всего лишь за щупанье и поцелуи ног неплохо! Совсем неплохо!
Вот Теодора попробовала писать рассказы. Сварганила для журнала на десять страниц изящный набросок... И ей заплатили... Аж двести рублей!
Или менее четырех долларов! Конечно, это отбивало охоту писать далее. Хотя иногда девчонка и развлекалась подобным образом. За рассказ, на которых потратила несколько часов и, четырех долларов нет. А за несколько минут - двадцать тысяч!
Да уже конечно быть проституткой куда лучше, чем писательницей.
Но еще шанс, что желание у миллиардера пробудиться. И двести тысяч будут ее! Как хочется таких деньг. И не один раз...
А что если как-нибудь его женку притравить и самой выйти замуж!? - Мелькнула в голове у Теодоры шальная мысль. Вот это было бы вообще супер!
Эх, стать главной много миллиардного состояния!
Они подъезжали к парку Сокольники. Миллиардер, нажал на кнопку. Толстое, бронированное стекло отъехало. Барух выглянул, и расплылся в притворной улыбке.
И в этот момент раздался негромкий хлопок. Теодора увидела, как на затылке миллиардера расплылось красное пятно, а острая пчела, просвистела над волосами девчонки, врезавшись в броню. И отскочив, больно стукнула по плечу Теодоры.
Девочка вскрикнула... А миллиардер завалился, на лбу его торчала красная дыра, и фонтанчиком билась кровь.
Теодора ощутила, как ее тошнит, и крушиться голова... Девушка пошатнулась и завалилась в обморок.
Ей казалось, что по мозгу скачут, и лупят копытами резвые кони.
Очнулась она уже в полицейской машине. Ее везли прямо в участок... Правда пока не в наручниках. Видно, чтобы опросить в качестве свидетельницы.
Теодору мутило, в голове крутилось, как падает с простреленным навылет черепом Барух. Как валиться его полное тело на пол. И Теодору забрызгивает кровь.
Потом, почему-то возникла пред глазами, картина из одного советского фильма. Поединок между "Тигром" и Т-34. Немецкий танк стреляет и не может попасть в шустрый советский. А тот лупит в ответ, но снаряды отскакивают от прочной брони.
В голове у девушки мелькает не совсем уместная фраза;
Политик хуже водки! Стоит дороже, а голова начинает трещать сразу!
И какие-то скачки мыслей... Вот фашисты ведут на расстрел пионера. Мальчишка в одних шортах, но голую шею повязан красный галстук. И она ступает босыми ногами, по сугробам. Его ступни красные, как лапки у гуся, а кожа синее прямо на глазах от холода. Тонкие, детские руки связана сзади. Вся спина в полосках от плетей. Мужественное лицо мальчика в синяках, а на голой, загорелой груди выжжена пятиконечная звезда.
Мальчишку ставят перед обрывом. Лупят напоследок плетью. Потом читают приговор. Двое громил поднимаются автоматы.
Мальчик кричит:
- Да здравствует Сталин!
Раздаются очереди, и пробитый пулями пионер падает в овраг...
Теодору полицейские вежливо окликают, выволакивают из машины. На ватных ногах ведут в кабинет.
Следователь задает ей вопросы. Самые обычные, имя, фамилия, отчество. Потом переспрашивает. Далее речь о Барухе...
Тут Теодора запинаясь, начинает врать:
- Я его совсем не знаю... Впервые села в машину!
Следователь скривился:
- Да-ну? А охрана утверждает обратное. И откуда у вас двадцать тысяч долларов.
Теодора смутилась. Сказать правду, могут и не поверить. Соврать тоже опасно. Но потерять двадцать тысяч баксов, это целое состояния.
Теодора брякнула первое, пришедшее на ум:
- Гонорар за книгу получила!
Следователь усмехнулся и переспросил:
- И в каком издании?
Теодора пробулькала, смущаясь:
- В "Эксмо".
Следователь нахмурился и булькнул:
- Проверим... Хотя скорее всего это деньги Моисева! И вообще может быть...
- Это она заказала убийство моего мужа! - Проорала женщина, и впорхнула в кабинет.
Теодора вскочила с кресла. Перед ней была дама. На вид лет около тридцати, хотя, наверное, старше. Худощавая, с огненно-рыжими волосами
довольно высокая, хотя чуть ниже рослой Теодоры. Лицо красивое, но злое, глаза зеленые, выразительные. Сложена хорошо, но суховатая. Движения стремительные. На каждом пальце по перстню с крупным бриллиантом и сережки позвякивают.
Женщина рыжей масти была в ярости, или очень искусно имитировала ярость. Она размахивала кулаками перед лицом Теодоры, брызгала слюной, топала каблуками.
- Она его любовница и убийца! Она преступница! Я ей глаза выцапаю!
Следователь вежливо произнес:
- Екатерина Моисеевна мы разберемся с ней! Не надо эксцессов и рукоприкладства!
И приказал, повысив голос:
- Вывести гражданку Домино в отдельную комнату! Пускай подождет!
Двое полицейских кивнули, улыбаясь высокой, очень сексуально красавице. И вежливо сопровождая, повели в отдельную комнату.
Один из полицейских заметил:
- Глянулась, ты Антону Павловичу.
Однако у Теодоры совсем другие мысли... Что если на нее захотят повесить убийство? В этом случае попробуй, отмойся. Денег у нее нет, связей нет. А тут на тебя наезжает вдова миллиардера.
Попробуй докажи, что ты не верблюд... Теодора уселась за стол... Облокотилась... Она в последние несколько ночей постоянно недосыпала. Поэтому почти сразу же погрузилась в дрему.
И ей приснился откровенный бред, какой-то сумасшедший ужас.
Ракеты тактического уровня летели со скоростью, близкой к световому лучу. Лидер Арметики испарился, едва успев закончить фразу.
На месте Гашингтона вспыхнуло яркое неистовое зарево света, затем возник колоссальный фиолетово-коричневый цветок. Семь гиперплазменных лепестков отделились от ослепительного бутона, взлетев в заоблачные выси. Они в течение десяти секунд сияли всеми цветами радуги, а затем, моментально потускнев, опали, оставив лишь исполинские плавающие в стратосфере пурпурно-красные искры.
В мгновение ока десятки миллионов людей сгорели, разлетаясь элементарными частицами. Те, кто были подальше, слепли и пылали, как живые факелы. Огонь мучительно пожирал человеческую плоть. У людей облезала кожа, обращались в пыль волосы, обугливались черепа. Взрывная волна, как бы гармошкой, складывала небоскребы, заживо хороня многих, еще недавно таких живых и беззаботных индивидов в раскаленных бетонных могилах. Команда светловолосых полуголых школьников Техаса, гоняла мяч, по ним прошла гравиоволна, оставив лишь пепельные силуэты на обгоревшей траве. Бедные мальчики, о чем они думали в последний момент: может, звали маму, или кого-нибудь из героев кино, неисчислимых компьютерных игр. Девочка, возвращающая из магазина с корзинкой, ушла на тот свет, улыбаясь, не успев даже вскрикнуть. Ребенок просто разлетелся на фотоны и лишь чудом уцелевшая ленточка бантика кружилась атмосферном вихре.
Спрятавшихся в подземке людей, белых и цветных давило как мух под прессом, тех, кто в это время летел в самолете смерчи геенны зашвырнули за пределы стратосферы, а это еще худшая и более медленная кончина... Когда в леденящем пожирающий хищной пираньей остатки воздуха вакууме, люди бьются головой об дюралевые стены, а глаза вываливаются из орбит.. Смерть уравняла бедняка и миллиардера, сенатора и заключенного, кинозвезду и мусорщика. Казалось, что миллионы душ с воем, уносятся в небо, мир перевернулся и возможно впервые люди почувствовали, что как тонка жизненная нить и насколько они нуждаются друг в друге. Мать и ребенок задохнулись под завалом, с такой силой прижавшись друг ко другу, что их оторвать, не могли все силы преисподней.
Удары следовали и по другим местам планеты Земля. Главной целью было уничтожить все крупные промышленные центры, города, лишить человечество знаний, достоинства, отбросить в первобытное состояние, превратить людей в дрожащее стадо. Человеческая техника была бессильна, самые современные средства ПВО не могли даже среагировать на заряды, несущие смерть всему живому. Битва превратилась в беспощадное, тотальное избиение, аннигиляционные и термокварковые подарки "щедро" раздавались всем континентам.
С помощью электроники чудовищные космические пришельцы выбирали наиболее населенные районы земной поверхности, реализуя уже давно опробованную тактику гнездового бомбометания. Милосердие на войне уместно не более, чем белый халат в шахте! Самая большая милость к врагу, беспощадность к себе при обучении искусству войны!
Тем временем тысячи легких тактическо-планетарных истребителей уже распылялись по поверхности, добивая уцелевшие войска, и, по возможности, пытались сохранить мирное население для последующей эксплуатации.
Следователь-подлец
Совершенно неуязвимые звездолеты инопланетной империи безжалостно истребляли войска самой сильной и доблестной армии на земле, не давая малейшего шанса на достойное сопротивление. Их ракеты, небольшие, даже крохотные по размерам, неуловимые по скорости и грандиозные по разрушительной мощи, испепеляли все, что человечество создавало в течение многих столетий.
Истребители с семицветной эмблемой (флаг Империи космических пришельцев) яростно набрасывались на все, что двигалось и дышало. Даже супертяжелые атомные танки и самолеты, подобно бабочкам, сгорали в лазерных каскадных лучах, которые испускали относительно небольшие одноместные или двуместные машины. Устрашающая форма этих крылатых монстров не имела аналогов среди земных хищников. Это было средоточие ужаса, кошмара и шизоидной гиперфобии. Чтобы усилить эффект, стэлзаны включили огромные трехмерные голограммы, тысячекратно увеличивающие размеры истребителей, усиливая страх, и подавляя психику, защитников планеты Земля. Казалось, что по небу ползут такие твари, что придумать подобную мерзость не в силах, ни один режиссер фильма ужасов. Некоторые цветные проекции были квазиматериальны и буквально расшвыривали облака.
Мини-термокварковые снаряды (основанные на процессе слияния кварков - в миллион с лишним раз при аналогичном весе сильнее водородной бомбы) при попадании при попадании в многокилометровый ледяной панцирь вызывали землетрясение чудовищной силы, так что весь континент разошелся густой паутиной глубинных трещин. Из-под разломов в земной коре полились потоки раскаленной лавы, остатки расколотого льда испарились, вызвав сильнейшие ураганы и торнадо. Надвигаясь с южного пояса, потоки раскаленного пара топили чудом уцелевшие корабли, как спички, ломали деревья, ровняли, стирали в песок высокие горы, а попавшие в аннигиляционные вихри люди исчезали.
В северных регионах тактические галактические истребители продолжали методическую зачистку, не делая особых различий между военными и гражданскими целями. Установленные на них мощнейшие кибер-динамики извергали потоки ужасающей музыки, разрывающие барабанные перепонки. Техногенная какофония ломала даже самую устойчивую психическую конструкцию.
Теодора проснулась, ее тряхнули за плечо. Полицейский прошипел с ухмылкой.
- Идите гражданка Домино! Там вас уже дожидаются!
Теодора направилась в сопровождении полицейских к кабинету. Вздрагивала. У нее были нехорошие предчувствия.
Следователь встретил подчеркнуто вежливо. Он был в кабинете один. И предложил чашечку кофе.
Теодора кивнула, и глотнула. Взбодриться ей не помешает. Ну и кошмар ей привиделся. Нужно срочно проконсультироваться с психологом. Если она конечно отсюда выберется.
Девушка пробормотала:
- Да я уже... такое пережила!
Следователь кивнул и перешел к делу:
- Вот видите ли госпожа Теодора... Не хотелось вас огорчать, но все улики указывают, что это вы заказали убийство Баруха Моисеевича.
Теодора поперхнулась и пропищала:
- Да вы что! Я бедная студентка, у меня и денег таких нет!
Анатолий Павлович хихикнул и заметил:
- А как на счет двадцати тысяч долларов в сумочке? Вы прилично забаратываете проституцией миссис Домино!
Теодора свирепо рыкнула:
- Неправда! Я никогда не была на панели!
Следователь противно хихикнул и прогнусавил:
- Может, вы еще и девственница?
Теодора тяжело вздохнув, ответила:
- Нет, но... Я за деньги ни с кем не спала!
Следователь потянул кофейку и подчеркнуто лениво произнес:
- Это не принципиально! Важно другое...- Анатолий Павлович подмигнул девушке. - Убит один из самых богатых людей России, и это громкое дело!
Возникла пауза...
Теодора шепотом спросила:
- Я тут причем?
Следователь негромко, но четко произнес:
- А так! Напишешь явку с повинной, что будто ты заказала киллера на Баруха Моисеева. Взамен мы с свою очередь объявим что ты заказ сделала в состоянии аффекта. Дадим пять лет, и отсидишь полтора и за хорошее поведение выйдешь условно-досрочно!
Теодора отрицательно замотала головой:
- Я что похожа на идиотку?
Анатолий Павлович хитро прищурился и проворковал:
- В случае отказа, тебя все равно осудят. Только уже по полной катушке. И за убийство олигарха, и за устранение киллера, и за торговлю наркотиками.
Теодора возмутилась:
- Как это наркотиками?
Следователь с очень кислой улыбкой кивнул:
-А у вас в сумке нашли еще и пакетик с героином. О чем уже составлен протокол, и подписано понятыми. - Анатолий Павлович плотоядно оскалился. - А что ты думала? Что мы тут дурни! Так что у тебя нет иного выхода, как подписать явку с повинной и во всем признаться!
Теодора задрожала. Как юрист по образованию она понимала, что за наркотики могут впаять весьма много, даже если убийство повесить на нее не удастся. Вообще подбросить наркоту - это самый распространенный способ подставы. Она даже писала по этому поводу творческую работу.
Да и...
Следователь, сделав доброе лицо, кивнул:
- Если напишешь явку, то тебя осудит нас судья. Она тебе даст только пять лет. А поскольку у тебя не было ранее судимость, и ты юна возрастом, то после трети срока уйдешь в УДО. И сидеть ты будешь в особой колонии, на берегу Черного моря, в двухместной камере с девушкой, осужденной за экономические преступления. Там у вас будет и душ, и телевизор, и компьютер, и работа неполный день. Так что соглашайся! Не будь дурой! Тебе сверх того еще и триста тысяч долларов переведут!
Теодора подскочила и вякнула:
- Вот оно как! Хотите на меня все повесит! А главный заказчик Катька! Его жена!
Анатолий Павлович с уважением произнес:
- Умная девушка...- Погрозил пальцем. - А если даже и так. В колонии ты продолжишь учебу, через Интернет, сдавая экзамены. Через три года тебе погасят судимость. Вся жизнь впереди. Только полтора года в санатории, и триста тысяч баксов сверху! Это даже удача большая! А ты еще думаешь!
Теодора усомнилась:
- А что такие колонии бывают?
Следователь согласно кивнул:
- Конечно! Специально для богатых людей, и тех, у кого подвязки. Ведь порой и близких, к власти сажают. Так что ты думаешь, они в Сибири лес валят? Хочешь, я тебе видео о колонии "Бастилия" покажу?
Девушка логично заметила:
- Снять можно любую сказку... Но ведь это вообще только слова!
Следователь сурово заметил:
- А у тебя есть выбор? Ведь в выборе суда присяжных тебе откажут, переквалифицировав дело, под статью терроризм. Суд будет закрытый. Так что рассчитывать, на оправдание наивно. Получишь пожизненное заключение. А там еще отправят за полярный круг, чтобы ты скорее сдохла. Один и тот же результат. Мы дело в любом случае закроем. Только в первом, ты будешь, живая здоровая, богатая. А во втором сначала попадешь в ад, а потом в смерть!
Следователь Анатолий Павлович сердито сверкнул глазами и добавил:
- Выбор за тобой! Мы тебе все достаточно понятно разъяснили!
Унизительный обыск
Теодора задумалась. Она понимала, что действительно сожрать ее могут. И отказать в суде присяжных тоже. Да и денег на сильного адвоката ни у нее, ни у ее родителей нет. Наверное, у вдовы миллиардера достаточно денег, чтобы всех купить и всех закрутить. Принять предложение? Если бы это было правдой, про полтора года в санатории на берегу Черного моря, то она бы с радостью согласилась бы. Да еще триста тысяч в придачу - решив разом все финансовые проблемы. Но ведь это всего лишь слова... Хотя она слышала и не раз, что люди со связями и в самом деле сидят не в Сибири, и есть особая колония в Краснодарском крае, смахивающая на санаторий.
Теодора невольно спросила:
- Но если вы можете итак меня посадить и повесить висяк, то зачем вам еще и триста долларов на меня тратить? Решили бы дело и без уговоров!
Анатолий Павлович слегка растерялся, а зачем пробулькал:
- Но для нас это не такие уж и больше деньги! Во всяком случае, для Екатерины. И зато все пройдет гладко и чисто! Меньше будут журналисты вопросы задавать. А так если ты не согласишься? У брата Екатерины хватит возможностей всем заткнуть рот, но будет больше пересудов... Да и жалко тебя такую красивую... Поверь в Бастилии очень неплохо - можно купаться в море, есть и бассейны, солярий, тренажерные залы. Секс с другими заключенными или людьми с воли. Даже выпивка. Хоть формально запрещено, но на это глаза закрывают! - Следователь подмигнул Теодоре. - Там тебе даже понравиться, как в хорошем санатории. И работа чисто номинальная, от балды, и не всегда есть. А если ты учишься в институте, то можно вообще не работать! Все будет классно!
Теодора пожала плечами и логично заметила:
- Но вы можете после суда, меня тривиально убрать, как лишнюю свидетельницу.
Анатолий Павлович искренне ответил:
- Такую красоту убить? Да я лично никогда! - И повысив голос, добавил. - А у тебя разве есть выбор? Что тебе еще остается?
Теодора сложила руки. Ее мысли скакали словно жеребцы. Как ни крути, но следователь прав. Отказ, не дает шансов. Будут прессовать. Потом закрытый суд. А далее в лучшем случае сразу прикончат, в худшем будут мучить.
Но если принять предложение? Она уже не девочка, и три курса на юриста кончила, и много наслушалась. Скорее, всего, ей санатория вместо тюрьмы на дадут. А постараются убрать как лишнего свидетеля, подстроив несчастный случай.
Так им лучше и вернее всего. Правда до суда бить и мучить не будут. Но потом все равно конец. Получалось плохо и так и так. В любом случае ее лучше и логичнее всего убрать после суда. Согласие просто давало менее мучительный процесс смерти. Если откажется, конечно, еще и помучают. Но потом снова убьют.
Адвоката хорошего им не нанять. А даже если бы и наняли бы, что все равно к процессу могут не допустить. Или запугать. Да получалось крайне невесело.
Теодора нервно постукивала каблучком. И с робкой надеждой спросила:
- Если я напишу явку с повинной, меня отпустят из-под стражи до суда?
Следователь неопределенно пожал плечами:
- Ты как сама юрист знаешь, это решает судья! Но если мы ему посоветуем, то может быть подписка о не выезде... Ты главное подпиши, и на суде будь паинькой.
Теодора заколебалась. Если ее выпустят под подписку о невыезде, возникал шанс сбежать. Хотя конечно, в нашем мире куда-нибудь скрыться затруднительно.
В любом случае нужно выиграть время.
Теодора умоляюще произнесла:
- Дайте мне хоть немного подумать!
Следователь с ухмылкой произнес:
- Это можно! Но думать ты будешь, находясь под стражей. Увы, ты молодая, темпераментная особа, которой предъявлено особо тяжкое обвинение, и тебя на свободе оставлять никак нельзя!
Потом следователь еще немного расспросил об себе, задал пару дежурных вопросов, и наконец, посмотрев на часы, ответил:
- Ну пока все Теодора Домино... Сейчас вас проверят на отпечатки пальцев и обыщут, а потом отвезут в СИЗО! Хотя нет, разрешаю ее если она будет покорной и освободить под подписку о невыезде.
И понизив голос, шепнул:
- И подумай мы можем и твое брата Сашку в тюрягу отправить!
Студентка вздохнула. Не самые приятные предстояли ей процедуры.
Ее заставили, сложит сзади руки, и защелкнули наручники. Повели в специальный блок при следовательской части. Теодора чувствовала себя крайне тревожно. Предстоял шмон и знакомство с тюрьмой.
Сначала ее отвели в кабинет с прожекторами. Дали дощечку и приказали стоять прямо.
Потом щелкнули в профиль, в анфас и полубоком. После чего намазали руки краской и сняли отпечатки пальцев. Это совсем не больно, женщина в белом халате взяла ее руку и аккуратно давила на бумагу, каждый палец в отдельности и ладонь. Хуже было потом.
Юную и фигуристую девушку отвели в бокс для осмотра, под ярки лампы, которые светили со всех сторон и не давали тени. Приказали снять одежду.
Теодора немного смутилась. Ощущаешь себя словно в стриптиз-баре. Руки не слушаются. Женщина в черном костюме полицейского командует, ее голос отрывистый, словно лай собаки.
- Скидывай платье!
И взгляд такой жесткий и обжигающий.
Теодоре, расстегает платьице. Снимает его через голову. Остается в белом лифчике и черных трусиках. В майскую жару особо нечего снимать.
Женщина в погонах командует:
- Лифчик!
Теодора краснея от смущения, но покорно обнажает грудь. Она у нее такая сочная, упругая, полная, соблазнительная. А соски, словно спелая клубника.
Даже женщине-полицейскому стало интересно и, она тяжело задышала.
Но голос стал громче и строже:
- Трусики! Живее!
Девушка пробует снять, но резинка выскальзывает из пальцев. Бедра у Теодоры, сильные, роскошные, ягодицы упругие с мускулами. Она такая красивая. И кое-как спускает трусы, по мускулистым, загорелым ногам, по чистой, лощеной, золотисто-медной коже.
Трусы, спадая, зацепились за каблук. Девушка стряхнула, нервно отбросив в сторону. Черные трусы ударились в вешалку. Девчонка в белом халате с тонкими резиновыми перчатками на руках подбирает их и тщательно прощупывает.
Женщина офицер полиции ревет:
- Скидывай туфли!
Чулков или колготок на Теодере нет. И она быстрым движением, избавляется от обуви, оставаясь голой и босой.
В костюме Евы студентка очень красивая, и соблазнительная, какое у нее тело, словно у древней греческой богини.
Потом вошли две девушки каждая словно медсестра в белом халате. Они не спеша надели резиновые, медицинские перчатки. И стали осматривать Теодору. Личный досмотр был очень тщательный.
Девушки начали с головы и расчесали волосы, распотрошив каждую прядь длинных и густых, цвета сусального золота, чуть вьющихся волос Теодоры. Потом посмотрели в ушах, даже использовали увеличительное стекло. Теодора ощутила себя подопытным кроликом. Титаническим усилием воли сдерживала себя, чтобы не забиться в истерике.
Выглядело все очень унизительно. Ей заглянули и ноздри, осторожно расширив их пинцетом. Девушки почти не причиняли боли, они старались двигаться осторожно. Но все равно когда рука в перчатке вошла в рот, и стала шоркать за губами, за языком, дотронулась до неба.
Теодору немного затошнило, во рту ощущался привкус резины. Ее легонько дернули за язык. Потом надавили на низ языка, и девчонка ощутила такую сильную тошноту, что ее не вырвало просто чудом. Дотянулись длинные пальчики полицейских девчат до самых гланд.
Исследовали ее рот очень внимательно. Но не нашли ни пломб, ни пятнышек на зубах.
Потом стали спускаться. Осторожно, и даже нежно помяли груди, пощупали под мышками. Посмотрели внимательно между пальцами руки. Даже постучали по ноготочкам. Затем второй верхней конечности, потрогали мускул на бицепсе.
Потом одна из девушек причинила первую серьезную боль, надавив на пупок. Теодора охнула, и попыталась дернуться. Девчонки крепкие, но подтянулись. Еще подскочило две, и вчетвером ее с трудом удержали.
Женщина-полицейский рявкнула:
- Стой не дергайся или я тебя пристрелю!
Впрочем, это еще цветочки. Самое неприятное впереди. Девушка в белом халате капнула вазелина на перчатку и произнесла:
- Сейчас мы обыщем вас и в интимных местах. Пожалуйста, раздвиньте ноги, наклонитесь, и расслабьтесь. Это не очень приятная процедура, но необходимая при полном досмотре. Я постараюсь причинить вам минимум неудобства.
Теодора тяжело вздохнула. Она наклонилась и облокотилась о стену. Другая девушка поддержала ее. Красивая студентка раздвинула ноги. И почувствовала движение девушки, вводящей, свой длинный указательный палец в лоно Венеры. Девушка старалась двигаться осторожно, но при этом обыскивала на совесть. Вот она ввела второй палец, и так глубоко ткнула во влагалище, до самой матки, что Теодора ощутила в себе спазмы. Ей нестерпимо захотелось помочиться, было щекотно, и одновременно пальцы девушки в резиновых перчатках возбуждали.
А когда девушка-надзирательница прошла своими пальцами, прокрутив их во влагалище полукругом, то Теодора тихонько застонала, и стали трястись. Девчонка улыбнулась и продолжила крутить пальцами, в лоне Венеры. Она это делала не без удовольствия. Ощутив как молодая, красивая женщина возбудилась от движений пальцев в самой чувствительном женском месте.
Снова поворот, мягкое нажимание на клитор. Теодора застонала, задергалась босыми ножками, и испустив сладострастный стон обмякла. Другая девушка ее удержала, не дав упасть.
А чертовка из полиции произнесла:
- А ты кончила! У меня почти все женщины кончают! Как вы это любите!
Напарница заметила:
- Нужно закончить обыск!
Девушка кивнула, и хихикнув произнесла:
- А теперь тебе будет немного больновато, так что потерпи!
Надзирательница еще капнула немного на палец вазелина, и резко вошла в анальное отверстие студентки. Лицо у Теодоры стало красным от стыда. А девушка ввела второй палец, от чего буквально стало рвать зад. Учила, охнула, это и в самом деле неприятно. А девушка сунула руку глубже и действовала теперь куда грубее. Видно ей хотелось причинить боль. Надзирательница усмехнулась, и добавила третий палец, и углубилась рукой в прямую кишку.
Теодора закричала от боли, ее рвало на части. Тру плотные девчонки держали студентку за руки. Другая девушка, что держала ее успокаивая, подчеркнуто ласковым тоном.
- Мы только посмотрим! Не дергайся, когда сопротивляешься - больнее!
У Теодоры текли слезы по щекам. Девушка-надзирательница уже засунула целую руку... Выступила кровь...
Она немного провела пальцами в прямой кишке, и наконец, извлекла свою перчатку, заметив:
- Ну, похоже, чистая!
После чего сорвала резину с правой руки и бросила в утилизатор. Теодора с облегчение выдохнула: наконец обыск закончен!
Но радовалась рано. Девушка извлекла другую перчатку из тонкой резины и снова надела ее. И Теодору едва не стало дурно. Юную студентку затрясло.
Надзирательница успокоила ее:
- Не бойся! Сейчас я проверю твои ножки и все!
Действительно девушка пощупала мышцы тренированных ног, потела под коленками, надавила на икры. Спустилась до подошв. Ощупала каждую ступню. И заглянула между пальцами, проводя и надавливая. Ну, ничего такого болезненного. Но Теодоре все равно противно: стыдно, страшно, неудобно.
Надзирательница провела по подошвам, от чего стало щекотно, по немного огрубевшей от хождения босиком по пляжам солярия и гимнастических залов ступне. И заметила:
- У тебя очень красивые ножки, небось парни смотрят!
Другая девушка отметила:
- Для девятнадцати лет вы прекрасно выглядите. Очень мускулистая, меньше двадцати пяти не дашь! Оставайтесь здоровой и свободной!
Наконец обыск закончился. Напоследок с Теодоры сняли отпечатки еще и босых ступней. После чего выдали полотенце, новый кусок казенного мыла и отправили в душ.
Красивая букашка
Теодора чувствовала себя расстроенной и униженной. Болела задница, в которой видимо нарочно так повозилась надзирательница, суя целиком руку. Хорошо хоть она у нее сравнительно небольшая. Хуже было бы, если бы обыскивали надзирательницы размерами с горилл. Но вообще на душе тревожно. Вдруг следователь ее обманул, и сейчас поведут в камеру. Обычно в западных фильмах про женские тюрьмы, сначала тебя фотографируют, снимают отпечатки пальцев, тщательно с залезанием в интимные места обыскивают и... моют под душем. А потом в камеру. Хорошо еще если в одиночку. А так могу и в общую, вонючую, с множеством неприятных сокамерниц.
А там еще и прописку устроят! Теодора мылась, регулируя струю воды, под теплую. И вода успокаивала. Девушка потерла мылом и казенной мочалкой подошвы, чтобы убрать краску. Ну и почему со ступней сняли у нее? Мало кому придет в голову, идти на дело босиком.
А что будет с Сашкой если его арестуют? Мальчика наверняка тоже подвергнут таким унизительным и неприятным процедурам, как обыск, фотографирование, снятие отпечатков пальцев. Да и еще отправят в камеру к малолетним бандитам. Бедный мальчик, как его жалко. А вдруг Сашку будут пытать. Бить резиновыми дубинками, по босым пяткам мальчишки? Или током, или еще хуже "слоником"? Это когда надевают маску и пускают газ.
Теодора тяжело вздохнула, и снова стала тереть себя мочалкой. Казенная мочалка, жесткая.
Мылась студентка слишком долго и на нее прикрикнули, чтобы скорее заканчивала.
Потом она вытерлась. Полотенце было застиранное, потертое, не очень удобно вытираться. Самое паскудное, что ее одежду принесли не сразу. И видно было, что потеребили, распороли швы. Высокие каблуки отодрали, и приклеили снова. И пахло прожаркой, немного потемнела ткань. В результате чего она теперь похожа на чучело.
Тедору вывели, и девушку трясло от волнения. Куда ее поведут. К камерам или... А тут еще и решетки.
Наконец, юная, восхитительная девушка почувствовала облегчение, повернув к воротам. У входя ее, ощупал полицейский в черном. Но так небрежно. Появилась надзирательница, и снова Теодора вздрогнула. Девушка в белом халате передала бумагу, прошипев:
- Вас пока оставляют под подписку о невыезде! Через два дня явитесь на суд, и судья окончательно определит ваш статус - обвиняемая или свидетельница.
Теодора взяла в руки бумагу, посмотрела на печать, и увидела подпись зама прокурора Москвы. Спрятала себе в карман. И тяжело вздохнула. Никогда она не забудет такого унижения. Ее обыскали, словно последнюю шалаву.