- Значит случилось. Тогда нам никто не поможет. Некому ...
- Нет. Терять надежду нельзя. Это просто авария.
- Ага. Оползень. Как говорят америкосы в ихних видиках "всё под контролем"
Замолчали. Говорить больше ни о чём не хотелось. От ворот до выхода из скалы двести метров. Две сотни метров скального грунта, до которого ещё надо добраться.
Добраться ... и что дальше?
Ольшанский странно посмотрел на меня, - Пойдём, проверим кое-что.
В дежурной комнате на пульте с телефонами была маленькая дверца, за которой виднелась шкала какого-то прибора, Николай пощёлкал переключателем:
- Вроде радиационный фон в норме ...,- раздалось ещё несколько щелчков, - хотя ... Тут же всегда чуть больше нормы было, на прошлой неделе перед последней комиссией проверяли, немного совсем, но выше, а тут, как будто датчик совсем отключен ... погоди-ка, - Николай отодвинул пульт от стены и заглянул в него, - Стоп! А он и в самом деле отключен! Проводок из клеммы выскочил. Отвёртка есть?
У каждого нормального связиста отвёртка всегда с собой. Через полминуты всё было готово. Ольшанский задвинул пульт на место и щёлкнул переключателем, затем ещё раз.
- Всё, Миша, приплыли - он повернулся ко мне и сел на пульт, - там всё зашкаливает. Вариантов никаких, Это ядерный удар ...
«Под контролем» значит. Николай достал ключи из сейфа, вскрыл склады НЗ и вот тогда мы увидели, как серьёзно относилось командование к различным вариантам событий, в том числе и такому, как наш. Очень серьёзно готовились, ничего не скажешь.
Система фильтрации и очистки наружного воздуха, поступающего как принудительно, так и путём естественной циркуляции через многочисленные воздуховоды малого диаметра в разных частях сооружения дополнялась системой полной регенерации воздуха. Имелась также система очистки и переработки отходов жизнедеятельности и очистки воды. Все системы были разработаны по типу работающих устройств на атомных подводных лодках, только, в отличие от них, они не имели никаких ограничений по габаритам.
Потребности в электроэнергии обеспечивались системой аварийного электропитания на 220 вольт, состоящая из батарей и мотор-генераторов, преобразующих напряжение постоянного тока в переменное 220 вольт. Для освещения имелась также резервная сеть постоянного тока, питающаяся непосредственно от аккумуляторов.
Я решил не ломать привычный режим дежурства - смена каждые шесть часов, так было проще, и солдатам привычно было думать, что ничего особо не изменилось, только вместо дежурства на боевых постах приходилось заниматься совсем другими делами. Хотя один человек по графику всё равно оставался на узле связи слушать пустой эфир и проверять состояние кабелей, идущих на поверхность. Но приборы показывали изо дня в день одно и тоже: треть кабельных пар была замкнута накоротко, а остальные показывали сопротивление, равное бесконечности - на простонародном языке это означает банальный обрыв всех кабельных жил. Я на всякий случай отключил кабеля от аппаратуры дальней связи и подключил на все пары полевой телефон по параллельной схеме. Если бы мне пришлось спасать нас, то первым делом я попробовал связаться с нами, используя эти кабеля, которые идут к нам в «скалу», на подземный узел связи.
А вот с силовыми кабелями дело обстояло интереснее - на одном из резервных имелось напряжение. Правда всего одна фаза и ток где-то 2 ампера, не больше, но не это главное. Переменный ток! Значит, наверху работает хотя бы один генератор! Значит, есть хотя бы одна действующая электростанция! Значит, это не было ядерным ударом "Першингов" со стартовых площадок НАТО, и наши друзья, близкие и просто люди живы, а то, что случилось, что угодно - авария, диверсия, но не самое страшное. Там наверху нет оплавленных скал, выжженной радиоактивной земли, и бесчисленных трупов в руинах. Там жизнь, и нас обязательно спасут. Но был и другой вариант - удар нейтронным оружием. Остановятся тепловые станции, лишённые обслуживающего персонала, вскоре начнутся аварии на подстанциях и узлах управления энергосистемами, но вода всё также будет вращать турбины гидростанций, и ток будет течь по проводам.
В любом случае мы сидеть, сложа руки, не собирались - будем пробиваться через завал своими силами. Первым делом надо было решить проблему закрытых ворот. С помощью ломов нам удалось увеличить щель между створами, но ненамного. Большие главные ворота - попытка открыть их обычным способом не удалась, имеющихся в нашем распоряжений энергомощностей явно не хватало, "закат солнца вручную" тоже не удался, на этот раз не хватило мощности наших мускулов. И, скорее всего, дело не в мускулах - если «пеший» вход завален так, что не открыть, то главные ворота, по площади гораздо большие, открыть совсем нереально. Оставался один выход- срезать электросваркой шарниры, на которых вращалась малая дверь. Три штуки. Броневая сталь высшей марки. Истратили почти все электроды, но дело было сделано. Дверь тяжело упала на бетонный пол галереи, вслед посыпалась груда камней. В открывшемся проёме мы увидели край гранитной глыбы нижний край которой врезался в пол по ту сторону ворот, расколов бетон и уйдя на десяток сантиметров вглубь. Удар был силён, нечего сказать. Не хотелось бы оказаться в тот момент по ту сторону ворот.