Каким-то образом мне удалось свернуться на диване в клубок, используя бедро Така как подушку. Мысленно я проклинаю себя за пробуждение, потому что мне не хочется менять позу.
— Прости, — произносит Так, поглаживая меня по ноге.
— Который час?
— Десять.
Ной встает и показывает на экран, поставленный на паузу.
— Видишь вон того сукиного сына? Вот кого тебе нужно обойти на открытии сезона.
— Без проблем, если только ты не будешь пасовать через все поле.
— Да пошел ты. — Ной выключает телевизор. — Блу, твой телефон сходит с ума.
— Где он? — бурчу я в полусонном состоянии.
Моя голова оказывается зажатой между бедром и стальным прессом Така. И я совсем не против.
— Вот. — Так отдает мне телефон, и я переворачиваюсь на спину. На экране куча недовольных сообщений от Софи.
— Все нормально? — спрашивает он.
— Да, просто моя соседа по комнате злится. Забавно, что она вообще в курсе, что я ушла. Обычно ее не бывает дома. Никогда. Она постоянно где-то трахается с Лэйном.
— Значит, ты сидишь в общежитии одна?
— Нет, с мягкими игрушками.
— Очень смешно, Блу.
Я откидываю голову и смотрю ему в глаза.
— Нет, я хожу на лекции, потом тренируюсь в зале и три часа с чирлидершами, ужинаю, делаю домашнюю работу и иду на пробежку. В комнате я только сплю.
«И тоскую по тебе и нашему поцелую», — хочется добавить мне.
— Джей переживает за тебя.
— Знаю. — Я закатываю глаза и быстро печатаю ответное сообщение Софи.
— Тебе нужно немного сбавить темп.
— Кто бы говорил. Уверена, твой день ничем не отличается от моего. Так что я могу сказать тебе тоже самое, Так.
— Ты такая упрямая.
— Не упрямее тебя.
В тихой, тускло освещённой гостиной раздается звонок мобильного. Я вопросительно смотрю на Така.
— Это мой, — отвечает он, доставая его из кармана.
— Ты можешь ответить.
— Не, все нормально.
Как только Так отключает громкость на телефоне, я продолжаю наш диалог.
— Так?
— Да? — отзывается он, но я вижу, что его отвлекает звонок.
— Спроси какая часть дня у меня самая любимая.
— Блу Уильямс, скажи мне, какая часть дня у тебя самая любимая? — подняв бровь, спрашивает Так.
— Ночные пробежки. Во время них, я ощущаю себя свободной и счастливой. Это единственное время суток, когда меня наполняет чувство законченности и совершенства. — Я кладу ладонь на щеку Така. — И это благодаря тебе.
— Блу, я…
Я прижимаю палец к его губам и качаю головой, не желая слушать оправдания, после чего встаю с дивана.
— Спасибо за то, что покормил и надрал за меня задницу тому парню.
Я засовываю ноги в теннисные туфли и ищу взглядом сумку, которая оказывается лежащей на краю дивана. Не обращая внимание на Така, я подхожу и, схватив ее, направляюсь к выходу. Но как только открываю скрипучую дверь, моя спина оказывается крепко прижатой к груди Така. Он что-то ворчит мне в ухо, а потом тащит к себе в спальню и, выключив по пути свет, укладывает на кровать. В комнате раздается голос Эда Ширана14, и слова его песни как нельзя более идеально подходят к этой ситуации.
— Только не разбей мне сердце, Так.
— В этом будешь виновата только ты сама. Я ведь говорил тебе держаться от меня подальше, Блу.
Я поднимаюсь на локти и наблюдаю за тем, как его едва различимая фигура движется по комнате. Как только на меня опускается тело Така, я забываю обо всем на свете: о чирлидерстве, университете, планах и жизненных целях. А когда губы Така накрывают мои, я начинаю с одержимостью целовать его, зная, что здесь нас никто не застукает.
Я жадно глажу его по спине, а мои губы впитывают в себя его вкус. Так возбужденно вжимается в меня, и я издаю блаженный стон.
— Без рук и прикосновений, Блу.
Он хватает меня за руки и поднимает их над моей головой.
— Почему?
— Ты хочешь этого или нет?
— Да, — практически не дыша говорю я, радуясь тому, что его жадный рот вновь захватывает в плен мои губы. Мои бедра вжимаются в него, умоляя о большем. Наш поцелуй — это почти пытка. Я хочу большего, мне нужно больше, чтобы выжить.
— Так. — Я чувствую, что краснею, когда простое слово превращается в крик.
Он зарывается носом в мою шею, целуя и облизывая каждый сантиметр кожи. Его руки одним движением срывают с меня футболку, а потом в мгновение ока исчезает и лифчик.
Так снова держит мои руки над головой, прижимая их к кровати своими большими ладонями. Когда его губы впиваются в мой торчащий сосок, я начинаю кричать. Он прикрывает мне рот ладонью, продолжая посасывать его сильнее и дразня меня языком. Я трусь об него бедрами, пытаясь получить большее.