— Снова? — оторвавшись от него, спрашиваю я.
— Я же сказал, что ты выпустила на волю монстра.
— Да я ведь не жалуюсь, секси-бой.
Одно движение бедер и я медленно насаживаюсь на его член, такой же большой и крепкий, как и он сам. Так откидывает голову на бортик, а потом кладет руки мне на бедра и начинает приподнимать их и опускать. Сначала медленно, а потом все быстрее.
— Так, медленнее, — молю я.
Это столь восхитительно, что меня очень быстро настигает оргазм. Я хватаю Така за волосы и, пытаясь сдержать крики, взрываюсь от удовольствия на мужчине, который завладел моим сердцем.
Я не в силах пошевелиться от усталости и экстаза, который пульсирует в моих венах. Так переворачивает меня, и теперь мои соски трутся о бортик ванны, на котором только что лежала его голова. А потом я чувствую, как он входит в меня сзади, и издаю громкий стон. Он дергает меня пока не находит идеальную позицию: его ладони лежат у меня на животе, а я обхватываю его голову руками. С каждым движением я чувствую, что он все ближе к оргазму.
Так дергает меня за волосы, прижимая как можно ближе, а потом кусает за ухо и кончает.
Мы снова ерзаем и устраиваемся в первоначальной позиции.
— Спасибо, Так.
Он вопросительно приподнимает бровь.
— За то, что рискнул. — Я плескаю в него водой. — Знаешь, для девственника ты очень даже неплох.
— А разве я говорил, что никогда не смотрел порно и не мастурбировал?
— Ты полон сюрпризов, Так Джонс.
Я кладу голову ему на плечо, а он гладит меня по спине. У меня нет сомнений, что ради этого мужчины я бы отдала все на свете. Не как девушка, которая потеряла себя, а как сильная женщина, готовая бороться за мужчину, заслуживающего любви.
— Блу?
— Да? — У меня закрыты глаза, и я вот-вот усну.
— Мы только что сделали ребенка?
— Нет, твоя сперма была блокирована.
— Эээ...?
— Я пью противозачаточные таблетки.
Он расслабляется и снова принимается гладить меня по спине.
ГЛАВА 24
Уезжать из дома Джо оказалось тяжело. Последние три ночи мы с Таком провели в горячей ванной, до утра изучая друг друга в свете луны. На кампусе такого уже не будет из-за тренировок и учебы. Мне хочется остаться с ним здесь до конца жизни.
Моя челюсть зажила, остался только небольшой синяк, но с ним справится косметика. А вот отметины на ногах будет сложно скрыть. До следующей домашней игры осталось пять дней и можно только надеяться, что они волшебным образом исчезнут к этому времени. На тренировках я буду прикрывать их длинными легинсами, а Софи, Лэйн и Ной точно сохранят мой секрет в тайне.
Прийти в себя после жестокого нападения не так просто. Надеюсь, что однажды страх перестанет терзать меня. Так уже поднимал этот вопрос несколько раз. Я знаю, что должна рассказать обо всем родителям и службе охраны в кампусе, но… мне хочется продолжать жить, как раньше.
— Иди и обними меня еще раз. — С этими словами Джо виснет на Таке. Я с трудом сдерживаю слезы, зная, через что им пришлось пройти. В одну из ночей Так открылся мне и рассказал о пожаре в доме. Мне удавалось держать себя в руках, пока он не сказал, что мама баюкала и прикрывала его собой до прихода пожарных. В этот момент я разревелась. Моя боль ничто по сравнению с его. Вот почему у него не обожжено лицо и некоторые другие части тела. После случившегося Таку пришлось пройти через огромное количество операций. При каждом удобном случае, я говорила, что он идеальный. Знаю, Так не верит мне, но однажды поймет, что я действительно так считаю.
Джо обнимает меня.
— Я уже люблю тебя, как младшую сестру, Блу. Не могу дождаться, когда мы увидимся снова.
Я крепко прижимаю ее к себе.
— Спасибо за все. Обещаю, что никогда не перестану любить твоего брата.
— Я знаю, — шепчет она. — Маме с папой ты бы понравилась.
— Дамы, заканчивайте уже, — прерывает нас голос Така. — У нас впереди длинный путь.
Джо пихает его в плечо и качает головой. А потом произносит слова, которые смущают меня как ничто и никогда в жизни.
— Не переживай, братишка, перед тем как принять ванну, я продезинфицирую ее после твоей спермы.
Я краснею и, спрятавшись за спину Така, хихикаю.
— Боже мой, — говорю я, усаживаясь в машину. — Я в шоке.
Так смеется и качает головой. Ругер-младший стоит на крыльце и неистово машет нам одной рукой, второй удерживая под мышкой мяч. Не знаю, как у Така хватает силы воли уезжать от такой идеальной семьи.