-Следующим летом, мы поедем в Мексику,- мечтал Эдвард, - Я, ты и Роберт с Анабель. Мы возьмём с собой твою няньку, и пока она будет сидеть с детьми в песочнице, я буду трахать тебя в соседней комнате.
В другой раз, я говорила, что иду в бар с Элис, а Эдвард делал вид, что уезжал в мини командировку. И мы полночи пили виски и курили травку. Потом наш секс превращался в шаманский танец. Мы много смеялись и шутили. Я и Эдвард находили друг в друге успокоение. Мы могли быть собой, на тот короткий миг наших встреч. Притворялись студентами, у которых совсем не было забот и проблем. То ли мы снимали маски, то ли надевали, не знаю.
-Я люблю тебя,- пьяная шептала я ему.
-Я люблю тебя,- повторял он следом и мы бесконечно целовались.
Я и Эдвард. Как непростительно красиво мы смотрелись. Он любил надевать свой самый лучший костюм. Я непременно наряжалась соблазнительной красоткой. К каждой нашей встрече в моём гардеробе появлялось новое нижнее бельё. Каждый раз мы придумывали себе игры. Наряжаясь в персонажей известных фильмов, мы могли часами разглядывать друг друга, Эдвард просто обожал фотографировать меня. Как жаль, что к концу нашего времени, ему приходилось удалять все фотографии. Мы были больше, чем любовники. Мы играли роли мужа и жены. Он рассказывал мне, как иногда его тошнит от Нэнси, а я плакалась, что вечерами жду его, Эдварда домой, а не забывшего про меня мужа.
С каждым разом, когда наши игры затягивались, а придуманные чувства уже не помещались внутри гостиничного номера, мы даже ругались с Эдвардом. Он угрожал мне, стоя голый со стаканом виски в руках, что наберет номер Кристофа и всё расскажет, потому что я должна принадлежать ему - Эдварду. Я брала в руки телефон и набирала цифры Хелен, протягивая трубку со словами:
-Давай, расскажи матери, как ты разбил две семьи.
Потом Эдвард залпом допивал стакан и кидался на меня с поцелуями. Мы сходили с ума от такого секса. Порой Эдвард называл меня шлюхой, а я с хитрой улыбкой не скрывая ухмылки угрожала ему:
-Я разобью твоё сердце Эдвард, ведь это ты бежишь за мной словно пёс.
-Что ты сейчас сказала?
-Ты мой личный пёс.
-Шлюха,- кричал в ответ Эдвард, а потом снова нас закручивал водоворот дикого секса.
В этот период своей жизни я разделилась на две женщины. Кэтрин - жена и Кэтрин - любовница.
Эдвард позвонил мне через десять минут.
-Кэтрин, ты в порядке? - спросил взволнованный Эдвард.
- Кажется да, Кристофер куда-то уехал.
-Что произошло?
Я вкратце рассказала ему нашу ссору, а Эдвард молчал.
-Ты чего? - напряглась я.
-Нэнси беременна,- ответил он мне.
-Поздравляю,- на автомате сказала я, в глазах потемнело, я схватилась за подлокотник.
- Кэтрин, я люблю тебя,- прошептал Эдвард.
- Как и я тебя,- я чувствовала себя несчастной. То, что происходила между нами с Эдвардом, хранилось в нашей памяти под огромным замком. Но мы были оба в браке и в наших домах нас ждали наши супруги. Не могло быть и речи о прекращении интима. Мы смирились с тем, что я спала с Кристофом, а он с Нэнси. Этого стоило ожидать.
- Кэтрин, мне нужно идти, Нэнси может начать подозревать, она сейчас такая подозрительная во всем.
-Хорошо, Эдвард.
-До встречи, Кэтрин,- прошептал мне Эдвард и положил трубку. Я удалила звонок и набрала номер Кристофера. Он ответил не сразу, видимо до последнего не хотел брать трубку.
-Слушаю,- наконец ответил он.
- Ты где?
-Разве тебе это важно? Ты ведь даже не знаешь, любишь ли меня,- в его голосе слышалась боль.
- Я люблю тебя, Кристоф,- слёзы потекли из глаз, я чувствовала себя такой несчастной,- мне так одиноко, милый,- я уже захлебывалась в слезах.
-Я скоро приеду,- засуетился Кристофер, я никогда не была такой разбитой и он это почувствовал.
Слёзы лились и лились, вся рубашка Кристофера, кажется, промокла, он неустанно гладил меня по голове, признавался в любви, просил прощения. А я оплакивала свою несчастную судьбу. Я плакала, потому что всё, что происходило между нами с Эдвардом, могло быть у нас с Кристофом. Я плакала, понимая, что могла быть по-настоящему счастливой, если бы вышла замуж за человека, который бы не только любил меня, как Кристофер, но и желал, как Эдвард. Я плакала, потому что сама расписала свою жизнь, и всё, что мне оставалось, это играть по правилам Криса и тайно прятаться с Эдвардом, пока ему или мне это не надоест. Потому что страсть рано или поздно проходит. И там, когда страсть уходит, остается вот такая любовь, как у нас с Кристофером.