Мас не отвечал. Талу неуверенно шагнул ближе и заглянул ему в лицо.
- Эй, братец, ты меня слышишь? Что делать-то будем?
Мас, наконец, посмотрел на него. Талу никогда прежде не видел у него такого жесткого взгляда. Он словно разом постарел на несколько лет.
- Что делать будем? – переспросил он. – А ты разве не слышал? Будем наниматься на службу к губернатору.
Талу остолбенел.
- Братишка, ты в своем уме? Да ведь они же только что…
Мас вскочил и придвинулся к нему.
- Мы проиграли, понимаешь? Нас обманули, как детей. Даже Мидо, который вовремя вышел из игры, и тот поступил умнее. Я не знаю, куда увезли мою мать и Миа. И даже если я расстреляю весь боезапас «Малышки» в их мерзком городе, я этого не узнаю. – Мас глубоко вздохнул. – Нам придется пока принять их правила. А там… там посмотрим.
И он зашагал к катеру. Талу немного постоял на месте, глядя ему вслед. Лишь когда Мас ступил на подножку, он опомнился и бросился вдогонку.
…
В полумраке большого зала выделялись лишь несколько освещенных пятен – то были круглые подиумы, где в причудливых движениях извивались разноцветные танцовщицы. Ненавязчивая музыка не мешала беседе, посторонние взгляды – тоже. Слуга, поклонившись губернатору и его гостям, сразу отвел их за столик в укромную ложу на возвышении. Отсюда можно было видеть весь зал, но их самих никто не видел.
- Действительно важные вопросы я предпочитаю решать в неформальной обстановке, - улыбнулся Триго и сделал знак подскочившему официанту. – Все, как обычно – для меня и моих гостей.
Вскоре на низеньком столике появилась еда и напитки. Рептилоид с длинной мордочкой и острыми ушами разлил по высоким бокалам диковинную жидкость из прозрачного кувшина. Она состояла из множества сегментов разных цветов, которые чудесным образом не смешивались друг с другом. Кроме того, в глубине бокалов поблескивали крошечные искринки и чернели россыпи маленьких шариков, похожих на астероиды. Казалось, из кувшина изливалась сама галактика с ее разноцветными туманностями и звездными скоплениями.
- Люблю мотто, - промолвил губернатор, сделав первый глоток. – Чем больше выдержка, тем ярче цвета. В старину считалось, что изготовить его под силу лишь богам. – Он усмехнулся. – Но теперь я точно знаю, что кое в чем мы можем с ними сравниться.
Талу, который и без того слегка ошалел от непривычного великолепия, после первого бокала и впрямь готов был поверить, что попал на пир к богам. Он окончательно укрепился в этой мысли после того, как заметил в стайке танцующих девушек знакомое лицо.
- Не может быть, братишка! Это же Мими! – жарко зашептал он, наклонившись к уху Маса. – Помнишь, я тебе о ней рассказывал? Твилечка с Понтено! Что она здесь делает? Ума не приложу, за что мне такая благодать! – Лицо забрака прямо-таки лоснилось от счастья. – Ну, теперь-то она не сможет сделать вид, будто меня не знает. Я же теперь не просто так, меня сам губернатор пригласил…
Мас равнодушно окинул взглядом танцовщиц.
- Ты не против, если я подойду поближе, а? – взмолился Талу. – А если понадоблюсь, ты сразу свисти – я тут как тут!
- Иди, иди, - мягко сказал Мас, тронув плечо забрака.
Талу вмиг сбежал по ступенькам террасы и затерялся среди зевак у подиума.
- У вас милейший друг, - с любезной улыбкой сказал Триго. – Мне всегда нравились забраки. Среди них мало утонченных натур, зато они не умеют врать.
Мас сунул в рот мундштук, соединенный тонким гибким шлангом с круглым стеклянным резервуаром, из которого выходили струйки дыма. Ему не случалось раньше пробовать такое развлечение, и он с непривычки поперхнулся.
- Вижу, столичные удовольствия для вас в новинку, - улыбнулся губернатор.
- Давайте перейдем к делу, - предложил Мас, откладывая мундштук.
- Вы правы. – Лицо Триго сразу переменилось. – И прежде всего я хочу спросить у вас – сразу, чтобы больше к этому не возвращаться – когда был убит Миоу? Заметьте, меня не интересует, убили ли его вы, или кто-то из ваших друзей, или он сам подавился за обедом косточкой. Мне важно лишь, убили ли его до того, как он успел распылить… то есть выполнить порученную ему миссию, или после?
Мас был так ошеломлен, что не сразу нашелся, что ответить.
- Полно, не беспокойтесь, - ободрительно улыбнулся Триго. – Победителей не судят. По большому счету мне все равно, что с ним стало. Он был хорошим исполнителем, но незаменимых нет. Итак, наш бедный покойник успел сделать то, что было ему поручено?