— А ну скажите-ка нам, Галактионовна, — начал Коля издалека, — на какой день бог создал свет?
Хотя вопрос был задан самым невинным тоном, бдительная Галактионовна сразу почуяла подвох:
— А это не твово ума дело! — отрезала она, с презрением глядя на Колю. — Не дорос ты еще об таких вещей судить, щенок карытный!
Коля не переносил намеков на свой моложавый вид и разгорячился. А Галактионовна не любила откладывать расправу с недругами и сразу пошла к председателю райпотребсоюза.
— Пришла я, Лексей Николаич, сказать… об блаженном об этом, об Кольке-дурачку… Золотухин, что ль, его фамилие…
— А что он? — спросил Алексей Николаевич, человек вида весьма солидного: с лысиной и животиком.
— Фулиганничает! Старым людям проходу не дает, а сам Вахрамеевские ночи среди бела дня беспрестанно устраивает!
— Ты что-то путаешь, Галактионовна! Какие ж могут быть ночи среди дня.
— Известно какие… — Галактионовна стыдливо поднесла платочек ко рту и, наклонившись, таинственно зашептала: — Набирает девок цельный кагал, в машину их и айда — в лес!..
— Да ну? — заинтересовался Алексей Николаевич. — Да ты присядь… Он ведь парень вроде скромный…
— В тихом омуте черти водются! — убежденно сказала Галактионовна, присаживаясь на краешек стула. — Значит, так. Первым делом выставляет он им вина в агромадных бутылках — должно, загранишное!
— Ну?
— Дернут по паре стаканов, достают гитару… Значит, в гитару вдарит Колька Рыжий, а трясогузки эти давай глотку драть. Чисто светопреставление, прости господи!
— Ну, а дальше? Да ты не стесняйся!..
— А дальше девки все с себя раскидывают и в одних трусишках давай по деревьям сигать! Особливо одна белявая — ну, чисто сатана.
Картина, нарисованная Галактионовной, Алексею Николаевичу показалась вполне заманчивой.
Солидная должность председателя райпотребсоюза, возраст и обремененность семейством не мешали ему обладать весьма живым воображением. Некоторое время он сидел, мечтательно глядя в стену перед собой. Потом вызвал в кабинет Колю.
— Коля, как ты смотришь, чтоб в мои заместители податься? Пора тебе расти, двигаться вперед. Не против? Добро! Парень ты, я слышал, компанейский. Я и сам такой. Поработаем рука об руку. Думаю, сработаемся. Постой-ка, ты, кажется, любитель вылазки устраивать… в лес, на природу, а? Взял бы меня с собой, что ли… Я сам любитель, да вот текучка заела. Ежели девчата знакомые есть, прихватывай, не стесняйся. Я молодежь люблю! Не смотри, что лысый, у меня душа, брат, молодая. На выходной давай и договоримся…
Берег реки, куда приехал Алексей Николаевич в компании с Колей и двумя девушками, был оформлен, как по предварительному заказу. Солнце светило на полную мощь. Река бежала так, будто взяла обязательство перевыполнить план перемещения воды. С небывалым подъемом пели птицы. Цветы демонстрировали широкий ассортимент оттенков и колеров.
Девушки — беленькая и черненькая — оказались чудесными созданиями.
Сперва Алексей Николаевич малость оробел. Вести интеллигентный разговор с девушками в трезвом виде он не был приучен и напряженно молчал, с нетерпением ожидая момента, когда из рюкзака Коли, взявшего на себя снабжение, будут извлечены бутылки (их позвякивание он уловил своим чутким ухом).
Когда же Коля, наконец, торжественно выставил бутылки на разостланный брезент, заменявший скатерть-самобранку, Алексея Николаевича постигло первое разочарование: в бутылках оказалось сухое вино, по крепости среднее между пивом и газировкой.
— Сухое, значит! — стараясь бодриться, заговорил Алексей Николаевич. — Что ж… Это вино полезное… кавказцы — они почему подолгу живут? От сухого вина. Имеет оно, конечно, недостатки: градусов маловато. Ты, Коля, смотай-ка в Ивановку, я тебе записку дам Дуське-продавщице. Она сегодня выходная, да у нее дома всегда пузырь найдется… Тогда у нас дело веселей пойдет.
— Не могу, Алексей Николаевич, — решительно отказался Коля. — Сами знаете, за рулем — ни капли!
Девушки тоже дружно запротестовали. Настаивать было неудобно, и с огорчения Алексей Николаевич сразу выпил поллитровую банку кислятины, которая остановилась комом где-то под ложечкой, но больше никакого действия не произвела.
Тем временем девушки сняли платья и в купальниках бросились в воду.