– Это слишком жесткие заявления, сынок, особенно когда речь идет о враче. Ты обвиняешь его в убийстве своих пациентов с целью получения финансовой выгоды, – сухо отчеканил Питер. Теперь, когда обвинение было произнесено вслух, Питер не верил ни единому слову Билла.
– Да, готов поклясться, что он на это способен. – Билл напомнил Питеру самого себя в молодости. Тогда он тоже считал Майкла бессовестным и способным на все, но теперь Питер узнал его получше и искренне верил, что брат был хорошим человеком. Он ухаживал за стариками не из-за денег. У него было все, что ему было нужно или он хотел. Майкл никогда не мечтал вести светский образ жизни и критиковал Питера за стремление к роскоши и богатству. Майкл относился к материальному достатку крайне пренебрежительно. Он был доволен своей жизнью в Вэр.
– В свое время я тоже говорил про него такие вещи, – честно сказал Питер после того, как они оба заказали фирменное блюдо ресторана «Запеканку пастуха» с почками. – Я всегда утверждал, что он манипулировал нашими родителями, чтобы настроить их против меня, но правда заключалась в том, что ему было легче, чем мне, ладить с ними. Теперь я это понимаю. Проблемы надо было искать во мне, а не в нем. В то время я постоянно был зол на кого-то или что-то и в гневе сокрушал все на своем пути. Но… – было похоже, что с Биллом происходит почти то же самое.
– Может быть, у вас были веские причины для того, чтобы так себя вести, – с жаром перебил его Билл.
– Вот именно! Находясь внутри ситуации, я был неспособен ее проанализировать. Но сейчас я в этом не уверен. И я действительно думаю, что он до конца предан твоей матери. Даже больше – полностью убежден в этом. Он знал, что на себя взваливает, когда женился на ней. Твой отец обожает ее. Нет ничего, чего бы он не сделал для нее.
– За исключением одного – дать ей возможность жить как нормальный здоровый человек. Он все время говорит с ней о ее «нервах». Нам он тоже раньше об этом твердил. Но я не думаю, что они у нее так шалят, что их не вылечит нормальная жизнь. Мой отец просто не позволит этому случиться. Он хочет только одного – сохранять ее немощное состояние и контролировать мать.
– Допустим, – Питер постарался охладить пыл племянника. – Для чего бы ему это делать?
– Только так он получает удовлетворение от жизни. Он не настолько невинный, как вы убеждены. И теперь я думаю, что он пытается убить ее, – сказал Билл, и на его скулах заиграли желваки. Питер видел, что он говорит серьезно, и у него разрывалось сердце. Он не мог себе представить, что-нибудь хуже, чем думать, что твой отец пытается убить твою мать, но, судя по всему, Билл говорил абсолютно искренне.
– Я знаю, что это звучит глупо. И у меня нет прямых доказательств, но я слежу за ним и вижу, что он замыслил недоброе. Всю свою жизнь я наблюдаю, как он вселяет в нее страх и губит даже слабые ростки надежды. Мама во всем зависит от его воли. Он беспрестанно твердит, насколько она слаба! А теперь и вовсе умирает! Вернее, он хочет, чтобы она думала. Никто не удивится, если это произойдет со дня на день.
– Но послушай, Билли, обыкновенными манипуляциями и внушением еще никого до смерти не доводили, – сказал Питер таким тоном, каким он разговаривал бы со своими собственными сыновьями.
– Вот именно! Кто знает, может быть, он сейчас дает ей яд? Я много размышлял об этом, и однажды меня осенило! Он намеренно травит ее! Меня сводило с ума, когда я был дома и наблюдал за тем, как он ведет себя с ней. Мой отец социопат. Я убежден в этом, и вы тоже это знаете.
Питер слушал его молча. Он ненавидел своего брата в течение многих лет, но он никогда не навешивал на него таких ярлыков.
– У него нет ни совести, ни принципов – он делает все, что хочет, а хочет он управлять людьми.
– Для чего? Что он в этом находит? – Билл был таким же вспыльчивым, как и Питер в его возрасте. Еще год тому назад Питер был уверен, что Майкл – исчадие ада, но сейчас брат казался ему нежным, любящим человеком. Но, слушая сейчас Билла, Питер пришел в замешательство. Каким на самом деле был Майкл? Не было ли его нынешнее поведение по отношению к брату просто чистой манипуляцией или проявлением искренних чувств? Майкл – дьявол или святой?