Жена спрашивает:
— Что смотришь?
Муж:
— Нашу свадьбу…»
Судя по всему, голосование велось по половому признаку, улыбнулась я. И в подтверждение моих мыслей пришло сообщение от Рембо:
«Сорян, но проголосовал за видео свадьбы, тебе всё равно ничего не светит». И смеющийся смайлик рядом. Послала ему обидевшийся.
Из кабинета вышел шеф. А я и не заметила.
— Что-то смешное в презентации нашли, Вера Павловна? — Он подошёл ко мне и заглянул в монитор.
Чёрт, чёрт, чёрт! Так и знала!
— Это что? — Брови сошлись на переносице.
Мне осталось чуть меньше недели до конца испытательного срока, и два замечания, но не факт, что я продержусь такими темпами.
Посмотрела на шефа, как обычно, снизу вверх. Как же мне это не нравится! Выдержала паузу в надежде, что сердце, колотящееся от испуга, успокоится и не выпрыгнет из груди ему под ноги.
— Я жду. Или мне самому посмотреть? — Он обошёл стол и склонился надо мной.
— Не стоит, — быстро сказала я, хватая мышь и сворачивая экран. — Я всё объясню.
Смолин повернул голову ко мне, не распрямляясь. В первый раз наши глаза оказались так близко. У него они темно-карие с золотыми точками, теперь я видела чётко.
Его запах повсюду, и я откинулась в кресле, чтобы увеличить дистанцию.
— Я улыбалась, потому что читала анекдот в офисном чате.
— Смешной?
Не выдержала его взгляд и отвела глаза.
— Да, побеждает сейчас. До конца голосования осталось, — посмотрела на часы, — два часа.
Смолин выпрямился и сел на Градовское место, то есть задницей на край моего стола. Скрестил руки на груди. На нем не было пиджака, рукава рубашки закатаны до локтей. До чего ж хорош, паразит!
— Расскажите. — Взгляд по-прежнему холодный.
Пересказала ему анекдот. В моем исполнении он прозвучал совершенно не смешно и даже как-то глупо.
— Я был лучшего мнения о вашем чувстве юмора, Вера Павловна. — Тон убийственно спокойный.
— А я о вашем, — ответила я и через секунду поняла, что сморозила, ойкнула. Затем зачем-то вскочила и начала извиняться, при этом схватив его за запястье.
— Я прошу прощения, Олег Павлович! Это вырвалось на автомате! Я не хотела грубить вам.
Он молча смотрел на наши руки. У меня побелели костяшки пальцев, так сильно я вцепилась в его запястье. С трудом заставила себя разжать пальцы и убрать руку, а на загорелой коже Смолина остались четкие белые следы.
— Вера Павловна. — Голос тихий. Он оперся руками о мой стол, чуть поддавшись вперёд всем корпусом, практически вплотную ко мне, и я, пытаясь сбежать от него, упала обратно в кресло. — Я запрещаю вам находиться в рабочее время в офисном чате. Это ясно? — Молча кивнула. — Придётся вам выбирать, что делать в обеденное время: обедать, сидеть в чате или неформально общаться с Градовым!
В моих глазах застыл ужас. Я ждала справедливого возмездия в виде увольнения. Но Смолин больше ничего не сказал, оттолкнулся от стола и вышел из приёмной.
До конца рабочего дня не могла прийти в себя. Снова выпила валерьянку, хотя уже неделю обходилась без неё.
Дома, в кровати, вспомнила Смолина, опирающегося на мой стол, его голые, скрещенные на груди руки. Ну почему тогда на свадьбе я напилась и облила его? Может быть, всё сложилось бы по-другому.
11.
Утром у лифта встретила жизнерадостного Градова.
— Как ты можешь быть таким довольным в семь сорок? — с раздражением спросила я, когда мы зашли в подъехавший лифт.
— Приходи ко мне сегодня, и я тебе всё расскажу, — заговорщицки громким шепотом сказал он. Народ в лифте прислушался к его словам.
— И если хочешь, ещё и покажу, как вчера! — Он прижал меня к себе.
— Дурак! — прошептала я сквозь зубы, так как заметила в лифте несколько сотрудников нашей компании. Ну всё, чату будет чем поживиться. Уже представила название темы: «Помощники владельцев компании спелись» или «Пулеметчица ранила в сердце лучшего бойца…» Не знаю, какое прозвище у Градова в коллективе.
На своём этаже мы молча дошли до приёмных и разошлись в разные стороны. Я заметила через открытую дверь Смолина, стоящего около моего стола.
— До обеда, — бросил мне Градов.
— Неформальное общение затянулось до утра? — насмешливо вместо приветствия произнёс шеф.
— Мы встретились у лифта на первом этаже. Доброе утро.
— Доброе утро. Кофе, пожалуйста.
— Через минуту. — Я убрала сумку в шкаф, затем пошла к кофемашине.
— И, Вера Павловна, через полчаса заходите ко мне, обсудим, на каком этапе презентация. Вы успеете подготовиться?
— Да, у меня предварительный вариант готов.
— Хорошо, перешлите.
С презентацией было много проблем, и все лишние мысли вылетели из головы. Я углубилась в работу. Через сорок минут Смолин просмотрел присланный мною файл, а я сидела на своем месте напротив и рассматривала его руки. Мысли при этом лезли нескромные. Вспомнила, как вчера эти пальцы застегивали пуговки на моей блузке. Вера! Перезревшая ты моя ягодка, остановись! Щеки горели, дыхание сбилось. Оставалось надеяться, что Смолин достаточно увлечен презентацией и не заметил моих слюней, капающих на его стол.
— В третьем пункте не хватает анализа рынка по регионам.
— Да, этим вопросом занимается Иванов в маркетинге, он был в отпуске, вышел только в понедельник. Обещал к завтрашнему дню всё предоставить.
— А где данные по питерскому проекту? — Посмотрел на меня поверх монитора.
— Там финансовый отдел чуть задерживает таблицу, что-то у них не идёт. Но обещали сегодня к вечеру довести до ума.
— Хорошо. — Он откинулся в кресле.
— В принципе, Вера Павловна, вы не плохо поработали. Презентация должна быть полностью готова завтра к обеду. Ведь вы понимаете, мне нужно ещё самому с ней поработать?
— Да, конечно, Олег Павлович, — кивнула я, — уверена, что успею.
— Отлично, можете идти, я ещё раз все посмотрю и, если нужно, позову вас.
День пролетел незаметно. Когда вечером я посмотрела на часы, было уже полвосьмого, а меня всё ещё не устраивал текущий вариант презентации. Не хватало трёх таблиц и данных по Ростовской области от продажников.
Желудок урчал, обедать с Градовым я сегодня не ходила. Некогда. Да и зла я была на него за выходку в лифте, нечего ещё и в столовой вместе светиться. Выпила кофе с валерьянкой, вот и весь обед.
Из кабинета вышел шеф.
— Почему вы ещё не ушли, Вера Павловна?
— Скоро пойду, — ответила я, не поднимая головы от компьютера.
— Сегодня идите домой, а задержаться придётся скорее всего завтра. Устроим генеральный прогон.
— Хорошо, ещё буквально десять минут.
— Я не ясно выражаюсь, Вера Павловна? На сегодня всё. Или вы в своём любимом чате сидите?
Я оторвалась от монитора, Смолин стоял у моего стола.
— Нет, в любимой презентации тусуюсь. Там сегодня конкурс таблиц.
Шеф внимательно посмотрел на меня. Чувствовалось, тоже хотел гадость сказать.
— Надеюсь, с таблицами у вас лучше, чем с анекдотами. До свидания, и не задерживайтесь. Я завтра уточню у охраны время вашего выхода.
— До завтра, Олег Павлович, — приторно-сладким голосом попрощалась я с уже закрывающейся дверью. Самодур!
Очень захотелось зайти в чат и посмотреть, что там, но я сдержалась, мало ли что, вдруг он ещё проверить надумает. Нужно приложение сегодня на телефоне установить, никак руки не доходили. Выключила комп и пошла домой.
Лето было в самом разгаре, погода вечером стояла прекрасная, и в такие моменты становилось жалко, что работа находится не рядом с домом. Вот бы прогуляться спокойно и не спеша, дыша жарким летом. Но здесь центр, люди как сумасшедшие сновали туда-сюда, и я невольно подстраивалась под их темп. Меня внесли в метро, потом из него же вынесли сплошным людским потоком, и вот я у дома, где перед подъездом цвели какие-то мелкие цветочки, распространяя тягучий, медовый аромат на всю округу.