— Дай подумать, — выражение её лица стало каким-то плутовским, больше подходящим её другу. Она всё решила, этот разговор был лишь для того, чтобы подвести к нужной теме. Тёмная не могла отказать себе в удовольствии напоследок пошутить. — Одно из трёх эльфийских колец власти.
— Что?! — возмутился принц. — Тебе ли не знать, что в тот мир не для нас. Фейри туда хода нет.
— Тогда… Бузинная палочка? — нарочито наивным тоном спросила Миллс.
— Она уничтожена, и ты это знаешь, — злясь, ответил сидхе.
— Ах, да, запамятовала. Тогда… Камень бесконечности? — Зелина едва сдерживала смех. Получив в ответ красноречивый взгляд, предложила ещё. — Галактику? Зачем она тараканам?
— Может, тебе ещё подать Джона Коннора и один из двенадцати стульев, чтобы ты согласилась? — прошипел Фаррелл, тряся рукой. Его бросило в жар, спина стала мокрой.
— Тогда можешь отдать мне корону Неблагого двора или Благого, что выберешь, — она специально загадывала что-то такое, что нельзя было выполнить, потому что соглашаться не собиралась.
Зелина посмотрела на улицу, где уже горели фонари, освещая улицу с редкими прохожими. Поздняя осень, холодный ветер качал голые ветви. Ею двигала не только желание возмездия, но и то, что если она не разберётся с сидхе сейчас, то Спасительница и её родные всегда будут в опасности.
— Ты издеваешься? Я не к тому стремлюсь, чтобы отдать тебе всё, Тёмная, — зло выплюнул Фаррелл. Собственно, он же знал, что не стоит рассчитывать на лёгкую беседу. Темная вытрясет всю душу, если захочет. Ему ли не знать. Он резко встал и отшвырнул стул. — Чего ты хочешь на самом деле?..
Злая Ведьма Запада прищурила глаза. Что ей действительно хотелось, так это его голову на блюде. Вот что она желала на самом деле. Колдунья знала, кто стоял за смертью её приёмного внука, как, тот медленно угасал из-за действия яда. Как разрушалась его магия. Волшба — суть фейри, без неё они не могут жить. Если бы они только знали раньше, то, возможно, предотвратили бы беду. К сожалению, она не всемогуща и не ведает всего.
Волшебница успела привязаться к мальчику. Пусть их мнения расходились, это не умаляло её чувств. Но это всего-навсего размышления о былом. Тоска и печаль давно истлели и развеялись прахом, оставив холодную ярость и желание отомстить. Сейчас ей всё надоело, она желает закончить как можно скорее. Принц вызывал лишь пренебрежение и вряд ли был достоин того места, куда метит.
— Ты можешь мне кое-что дать, — голос Миллс был холодным, по коже пробежали неприятные мурашками. Глаза загадочно сверкнули, а электрическая лампочка начала мигать. Так всегда бывало: электрические приборы были чувствительны к магическим эманациям, а колдовство — эмоции. — Но желаемого ты не получишь.
— Уйди с дороги… — сидхе был выше ведьмы и почти нависал над ней, пытаясь подавить своими габаритами. — Я получу всё что хочу, вне зависимости от твоего желания.
— О, нет, дорогуша. Я кое-что знаю, например, кто убил твоего отца, — Тёмная шагнула к мужчине. Свет в помещении погас, погружая в атмосферу кошмаров и теней, которые тянулись по стенам причудливыми узорами, лапами голых ветвей царапая паркетный пол. — Он медленно замерзал. Ты же будешь пылать, пока не сгоришь дотла.
— Что это значит? Ты не можешь знать? — прошипел Фейри, берясь за меч, не собираясь ждать следующего действия ведьмы. Его прошибло холодным потом от того, что ведьме всё известно. Значит, кто-то предал. Мало кто знал о содеянном, ещё меньше кто стал бы говорить. — Откуда?
— У меня свои источники, — Зелина резко успокоилась и почувствовала, что ещё один тёмный комок истаял внутри, облегчая ношу. Уже конец этой истории. Финал сказки принца не будет счастливым. Она об этом позаботится.
В руках Зелины появился тугой свиток, скреплённый сургучной печатью с гербом Совета Неблагого двора. Те собирались нечасто, но в случае новых деталей смерти короля он был созван на удивление быстро. Их решение мог отменить только владыка, которого сейчас нет на месте. Значит, этому сидхе не уйти. Откуда у неё это решение? В волшебной стране время идёт гораздо быстрее, чем на Земле. Так что у Темной было время. Теперь, когда появились все доказательства, и задумка принца оказалась провальной, не было смысла его поддерживать.