− Это не слишком хорошая идея, смотреть для ребенка, − попыталась отговорить её Лайла, но Циана была непреклонна.
− Я только хочу знать, не угрожает ли ему что-то, − расплывчато поясняла она.
Поддавшись на уговоры, альба вытащила из недр своего саквояжа заветный футляр, который не развязывала уже несколько лет. Выложив карты крестом, как учила Бинда, она почти без удивления увидела в его центре Демона, рядом Мага и Дом.
− Твой сын – истинный лорд, − сказала она обеспокоенной женщине.
− Так я и знала, − прошептала Циана, прижимая руку к груди. – Лорд Фаа вернётся в этот мир, − процитировала она.
По телу альбы побежали мурашки. Маленький Витольд Кауф, на самом деле будущий лорд Фаа, находящийся под покровительством демона… Было от чего беспокоиться. Не без волнения, она открыла оставшиеся две карты – Солнце и Фортуна! На губах альбы непроизвольно расцвела улыбка.
− Не нужно бояться! Его ждёт хорошая жизнь. Ваш сын любит науку – об этом говорит Фортуна. Она часто указывает на склонность к механике – не просто так на карте изображено колесо, а ещё, удачу, конечно! Ваш сын будет известен, но не просто благодаря знатности фамилии. Он оставит яркий след в истории! Свет – это его сущность, поэтому никакой демон не сможет бросить на него тень.
− Летописец его хранит, − прошептала Циана. Из уголка глаза женщины скатилась слеза. – Я так надеялась… Но демоны ничего не дарят просто так. Всё-таки он меня использовал!
− Но ты не в накладе! – женщины не заметили, как в гостиную вошел Витольд. – Я обещал тебе счастье – неужели ты несчастлива? А молодость? Или ты снова недовольна?
Вкрадчивый низкий голос, лившийся из уст ребёнка, пугал. Лайле ещё не приходилось встречать настоящих демонов, а точнее, лордов-одержимых. Она открыла от удивления рот, да так и не смогла закрыть его. Витольд подошел к матери, влез к ней на колени, обнял – женщина не могла оттолкнуть сына, хотя было видно, как она напряглась.
− Ты же знаешь, я люблю тебя! Твой сын – самое дорогое, что у нас есть! – продолжал вещать демон. Тут он резко повернулся к Лайле и веско произнёс:
− А ты должна отправиться навстречу СВОЕЙ судьбе!
Неожиданно мальчик обмяк на руках матери. Циана подхватила его и кинулась из комнаты, бормоча:
− Это пройдет! Теперь ему надо поспать! Просто переутомление!
Лайла оцепенела на стуле, с колодой в руках.
Глава 29
Что-то мягкое коснулось ноги. Непроизвольно вскрикнув, альба выпустила из рук колоду – карты рассыпались по полу.
− Ну ну-ужно так пуга-а-аться! Это всего лишь я! – огромный рыжий улли-кет вновь потёрся о её ногу. − Не пережива-ай! Вито-ольд придёт в себя-я!
Он всё также забавно тянул буквы − от этого речь необычного существа ещё больше походила на кошачье мяуканье.
– Де-емон не ча-асто посеща-ает его.
− А вы очень близки с Витольдом, − альба не спрашивала – утверждала. Каждое движение Базилевса выдавало его любовь к необычному ребенку. Когда он находился рядом, улли-кэт не спускал с него глаз, не хуже самой образцовой няньки.
− Да-а, − подтвердил он. – А ты-ы грустная. Почему-у?
− Нет. С чего ты взял? – удивилась Лайла.
− Не сейча-ас! Всё вре-емя! – пояснил Базилевс, без спроса забираясь к ней на колени. – Ты всегда гру-устная!
Лайла хотела возразить, но горло почему-то сдавило, вспомнилась лукавая улыбка Кеннита – увидятся ли они теперь когда-нибудь? Она непроизвольно потянулась к кольцу, подвешенному на шее простой веревочкой…
− Всё будет хорошо-о! – промурлыкал Базилевс, подставляя большую рыжую голову для поглаживания. – Зна-аю одно хоро-ошее средство для подня-ятия настроения! Циа-ане помогает!
Вертикальные зрачки сузились, как от яркого света. Лайла непонимающе уставилась на него.
− Сходи-и за покупками!
***
Лайла решила последовать совету необычного кота и пройтись по городу. Всё равно нужно было купить новую тунику взамен разорванной. Денег на что-то большее у неё не осталось, а просить у Венсана не позволяла гордость – всё-таки он приютил её в своем доме. Сначала она хотела попробовать заработать денег гаданием, как в былые времена, но Циана отсоветовала: в Брандбурге, впрочем, как по всему Новому Гампасу, не доверяли магам и гадалкам, считая их шарлатанами, выманивающими деньги у честных граждан. Неприятностей, особенно накануне отъезда, не хотелось.