«Всё-таки мне повезло!» − подумала альба, чуть не бегом несясь к кассе. «Главное, чтобы теперь оказались места». Она успела в самую последнюю секунду – девушка в кассе уже потянулась закрыть окошко.
− Подождите! – крикнула Лайла, − Продайте мне билет!
− Поскорее! – раздражённо ответила кассирша, − Поезд сейчас отправится! Вам на какое направление?
− Новый Гампас! – ответила слегка запыхавшаяся альба.
− Райс? Вальдбрух? Кёнграу?
− В столицу.
− Брандбург? Туда по нашей ветке не попадёте. Придётся пересаживаться либо в Райсе, либо в Кёнграу − оттуда можно добраться по местным линиям или на перекладных. Из Кёнграу можно также доплыть по реке. Так куда вам? Быстрее! – нервно окрикнула девушка, − Паровоз уже разводит пары!
− В Кёнграу! – решилась Лайла: названия ей ни о чём не говорили. В Новом Гампасе она была с ярмаркой Венсана, в основном в маленьких городках или деревнях, не запоминая их названий.
− С вас шестьдесят три эрви! – возвысила голос кассир, пытаясь перекричать паровозный свисток.
Лайла со вздохом достала деньги – у неё осталась одна лея и шестьдесят восемь эрви – не известно, принимают ли сейчас в Новом Гампасе вилейские деньги? Она протянула лею кассиру, та некоторое время приглядывалась к ней, но приняла и дала сдачу местными эрви, вместе с билетом. В дороге обязательно иметь мелкие деньги – это правило альба хорошо усвоила за время скитаний по всей Мофалии. Она забрала сдачу и стала засовывать в кошелёк. Как на зло, рука дрогнула, пара монет попала мимо и немедленно закатились под скамью.
− Скорее! Сейчас вы опоздаете на поезд! Следующий в Новый Гампас будет только через три дня! Вам на самом деле очень повезло! Торопитесь! – взволнованно напутствовала кассир.
Лайла махнула рукой – пусть эти монетки послужат ей откупом от неприятностей и радостью для нашедших. Она кое-как затолкала кошелёк в саквояж и бросилась к платформе – проводник с шикарными усами в пол-лица уже поднимал лесенку в последний вагон.
− Подождите! – закричала альба, несясь со всех ног к нему, − У меня билет на этот поезд!
Проводник поскорее развернул лестницу обратно и протянул руку женщине, помогая взойти. Вовремя − раздался гудок, поезд дёрнулся – Лайла потеряла равновесие, едва не соскользнув под колёса. Усатый мужчина держал крепко: мощным рывком он втянул пассажирку в вагон, показал, за что держаться и быстро поднял лестницу, чтобы её не оборвало о перронные стойки. После этого он очень бережно взял женщину под локоть и повёл вдоль купе, заглядывая в окошки.
− Вот, здесь свободно, − сказал он, открывая перед дамой дверь. Лайла вошла и тут же опустилась на длинный диванчик – ноги еле держали.
− Ваш билет, пожалуйста! – произнес проводник, − Порядок, есть порядок!
Тут Лайла с ужасом поняла, что билета в руках нет. Потеряла! «Спокойно!» − сказала она сама себе и полезла в кошелёк – вожделенный квадратик голубой бумаги с печатью и подписью кассира оказался там. Усач продырявил его специальным приспособлением и вернул женщине, привычно пробормотав: «Приятной поездки!». Альба откинулась на мягкую спинку и подтянула к себе обшитую бархатом подушку: сегодняшнее утро выдалось очень напряжённым. Лайла некоторое время смотрела на проплывавшие за окном однообразные равнинные пейзажи, а потом засунула саквояж по диван, сняла слегка неудобные из-за каблуков туфли, и вытянув ноги на сиденье, закрыла глаза.
Глава 7
Перед внутренним взором немедленно появилось лицо темноволосого бандита, удивлённо уставившегося на неё. Почему она не смогла посмотреть ему в душу? Такое бывало и раньше – за много лет она так и не поняла, почему это случается. Разумы некоторых раскрывались, словно книги, являя даже те страницы, куда она совершенно не горела желанием заглядывать. Разумы других так и оставались закрытыми – вместо разума Кеннита она разглядела лишь серую пелену, за которой чудилась пустота.
Нет, Лайла совершенно не злоупотребляла этим опасным умением! Чтобы погрузиться в чужие мысли, нужно на какое-то время «стать» этим человеком – очень сложно без подготовки разделить своё и чужое. До сих пор альба ощущала настоятельное желание помыться после погружения в разумы двух бандитов. Однако, она хорошо понимала, что водой не смыть мысленной грязи.
То, что она чуть не опоздала на поезд, даже сыграло ей на руку: спешка и собственные эмоции надёжно выдернули из чужих переживаний, помогли быстро «вынырнуть» в обыденный мир. Сейчас, приводя дыхание в порядок, она вновь столкнулась с последствиями «погружения». Это нельзя так оставлять! Она со вздохом открыла глаза и извлекла из-под дивана свой саквояж, к которому пока никак не могла привыкнуть – уж слишком громоздким он казался после обычной наплечной сумки.