– Эти Квашеные не бовьно-то ствашные, когда не обвепвены этой своей гвязью, Па.
Нокко согласился.
– Ты пвава, мивашка, они всего вишь товпа тощих моквых квыс. Эй ты, а ну назад, отсквеби гвязь между ушами!
Тугга Брастер мрачно поприветствовал Сэмолюса.
– Ну что, мне и моему Гуосиму уже можно переправляться?
Бойкий старый рэдволлец кивнул.
– Да, давайте.
Командор смотрел, как землеройки переходят речушку вброд.
– В чём дело, старина?
Сэмолюс проницательно поглядел на Лог-а-Лога Гуосима.
– Издевательства, Ком. Я наблюдал за Брастером. Он издевался над пленниками, так что я держал его на другом берегу. Не нравится мне это.
Боузи придерживал край килта, входя в воду.
– О, этот Браста перебил бы всех Крашеных до единого, если бы мы не остановили его. И ещё, скажу я вам, он по-настоящему боится той крысы, жены погибшего вожака. Если бы взглядом можно было убить, он был бы давно уже мёртв, так она смотрит на него!
Сэмолюс брёл по мелководью, кивая.
– Да уж, она мстительная, это точно. Чем скорее мы выгоним крыс на равнину и расстанемся с Туггой Брастером, тем счастливей я буду.
Командор нырнул в речушку, добавив.
– Да, старина, у меня такое чувство, что всё это может плохо кончиться, если мы не будем постоянно присматривать за происходящим.
Биски, Двинк и Амфри шли рядом со Спинго, и та безостановочно засыпала их вопросами о Рэдволле. Мышка из племени Гонфелинов была приятной спутницей, настолько очаровательной, что они с радостью терпели ёё болтовню.
– Так, а вот кто гвававь у вас в аббатстве, а?
Амфри почесал колючки на затылке.
– А кто такой гвававь?
Спинго усмехнулась.
– Вожак, мой папа – гвававь всех Гонфелинов.
Биски улыбнулся.
– О, я понял, глава. У нас есть аббат, его зовут Глисэм, хотя я думаю, он бы не хотел, чтобы его называли «главарь». Он тебе понравится, он приветливая и добрая соня.
Двинк вмешался.
– А еще тебе точно понравится повар Скарпул, он лучший повар во всей Стране Цветущих Мхов.
Спинго кивнула.
– Вавганит девьную ствяпню, да?
Двинк и Амфри были озадачены, но Биски уже изучил некоторые выражения Гонфелинов. Он объяснил.
– Это означает – повар Скарпул хорошо готовит? Хо, уверяю Вас, барышня, как только Вы отведаете приготовленный нашим поваром завтрак, Вы не сможете дождаться ланча.
Лицо Амфри приняло мечтательное выражение.
– Не говоря уже о полднике, а потом и обеде, и ужине. Но самое лучшее – это устроенный нашим поваром пир!
Спинго посмотрела с лёгкой грустью.
– А я вот никогда не быва на пиву, это что такое?
Как будто нарочно Двинк затянул старинную рэдволльскую песенку.
– А каши там нет? Я вюбвю кашу.
На мгновение воцарилась тишина, а потом друзья дружно рассмеялись. Ноккко подмигнул Боузи.
– Эта мавышка бавышня не пвомах!
В отличие от Крашеных путешественники были в хорошем настроении. Рэдволльцы, Гонфелины и землеройки болтали друг с другом, пели и смеялись. Разумеется, все, кроме Тугги Брастера. Мрачный и сварливый, он продолжал по-прежнему придираться к каждому. Тала, жена погибшего главаря Чигида, поняла, что Лог-а-Лог Гуосима избегает её мстительного взгляда и начала дразнить его.
– Погляди на меня, толстомыш-ш-шь, я ш-ш-шмотрю на тебя вш-ш-ше время. Когда только ш-ш-может, Тала убьёт тебя. Да, да, я подкрадуш-ш-шь, тихонько, и заш-ш-штавлю червей ш-ш-шрать твоё мясо. Не поворачивайся спиной, не ш-ш-шпи, будь наш-ш-штороше, пока Тала не убьёт тебя.