Вооружённый до зубов Боузи возглавлял линию Гонфелинов, Гуосим и нескольких жителей аббатства, шедших к колокольне. Пробконос Колючка охранял вход. Он отсалютовал подошедшим своей гигантской дубинкой, отчего его пробковый нос сместился на одну сторону. Быстро поправив его, ёж указал на колокольню:
– Ни звука за всю ночь, друзья мои.
Боузи ответно отсалютовал мечом Мартина.
– Благодарю за верную службу! Теперь можешь отдохнуть, а мы позаботимся о них.
Пленённые крысы вывалились из колокольни. После купания в реке, смывания краски и прочих их отличительных знаков, они выглядели очень жалко.
Нокко взмахнул палкой:
– Ну что, нвавится вам, как вы тепевь выгвядите? Бовьше не будет квашеных вож, пвячущихся на девевьях! Живите мивно, но подавьше отсюда, гвязные вапы!
Наблюдатели на стене стояли тихо, пока охраняемые грызуны плелись строем к главным воротам. Внезапно кротёныш басом подал команду остальным Диббунам:
– Убир-райтесь, хурр, злодеи, уходите пррррочь!
Остальные малыши начали вопить и свистеть:
– Буу! Уходите быстррро!!!
– Не боимся вас!!!
– Ха, да я отпилю твой хвост даже тупым ножиком!!!
– Если велнётесь, мистел Боузи снова вас плогооонит! Лучше бегите да побыстлее!!!
Аббат Глисэм стоял на западной стене. Он подождал, пока все пленники выстроятся в одну линию на тропинке, смотрящей на запад, по другую сторону канавы. Вокруг всё стихло сразу же, стоило аббату поднять лапу вверх. Потом он обратился к крысам строго, но спокойно:
– Слушайте меня. Вам была дарована собода, что уже гораздо больше, чем заслуживает ваше племя. Но при этом существуют условия, на которых вы эту свободу получите. Ни один из вас не вернётся в Лес Цветущих Мхов. Идите на запад до самого заката. После ночи на равнине вы можете избрать любой путь – запад, юг или север. Но не вздумайте идти на восток, для вас нет возврата в эти земли. Я поставлю стражей на стенах, которые будут за вам следить. К этому часу завтрашнего дня это будет означать смерть для любого из вас, кого они заметят. Это понятно?
Нарушая тишину шарканьем лап, Боузи ходил взад и вперёд, положив меч на плечо.
– Любой, кого я замечу, тут же станет мертвецом. Вы неблагодарные существа и ничем не заслуживаете жизнь и свободу! Благодарите настоятеля! А ну, быстро поклонились и сказали «Спасибо, настоятель», все вы!
Неуклюже поклонившись, лесные крысы промямлили благодарность. Глисэм кивнул стражникам внизу.
– Вполне достаточно. Пусть идут своей дорогой.
Многие крысы затормозили на краю канавы, но сзади их подгоняли суровые вооружённые воины.
– Ну же, она неглубокая, карабкайся или перепрыгивай!
Нокко подтолкнул одного или двоих:
– Я не собиваюсь нести вас на себе, так что впевёд!
Тугга Брастер собирался было ударить свой железной дубинкой Талу, подругу убитого им Чигида. Однако, та была проворнее и быстро перепрыгнула на другую сторону канавы. Обернувшись к вождю землероек, она скорчила гримасу и злобно поглядела ему в глаза:
– Ты меня ещё увидишь, колючая мышь! Я Тала, и когда-нибудь я убью тебя!
Лог-а-Лог начал, рыча, размахивать свой дубинкой:
– Мне это надоело! Сейчас я покончу с тобой, как давно пора было сделать!
Аббат прокричал со стены:
– Здесь больше не будет убийств, остановите его!
Двинк рванулся вперёд, схватив Туггу за загривок. Землеройка укусила его за лапу и столкнула в канаву. Нокко молнией метнулся на Лог-а-Лога и получил удар дубинкой. Стукнув Туггу Брастера по голове, он всё же смог отправить того в нокаут. Вождь Гонфелинов улыбнулся:
– Я давно хотев это сдевать! Давай, павенёк, вывезай!
Он подал лапу Двинку и вытащил бельчонка из канавы.
Двинк попытался встать, но завопил от боли:
– Ааааауу!!! Моя лапа!!!
Сэмолюс подбежал к нему и осмотрел повреждённую конечность:
– Думаю, болит сильно, ведь она сломана.
Добровольцы быстро унесли Двинка в сторожку, где им занялся брат Торилис.
По-прежнему стоя на стене, аббат Глисэм наблюдал, как освободившиеся крысы ковыляли по тропинке, по-видимому, совершенно никуда не торопясь. Он обернулся к Командору Роргусу.
– Дружище, есть ли у тебя с собой твой знаменитый лук?
Выдра кивнула, указав на оружие.
– Разумеется, настоятель.