"Я хочу записать твою историю..."
"Вот пристал, отстань... кому захочется такое рассказывать?.. да и зачем..."
"Что они сделали с евреем?.."
"Не важно... бог им судья... он их создал..."
"Ну да, он плюнет им в глаза и они прозреют..."
"Подвиги мои преувеличены... и весьма..."
"Кем они преувеличены?.."
"Моими начальниками... ну и сослуживцами... у них были свои резоны... в результате, нашлись завистники, и я оказался среди нищих и калек..."
"Все ты умудряешься подвергнуть превратным толкованиям, даже свою славу..."
"Слава богу, я не ползаю на четвереньках, и не ковыляю на деревяшках... а ведь и у калек есть страсти... остались..."
"Ничего не хочу слышать о калеках, хочу спать..." - сказало Ева...
"Спи..."
Ева заснула...
Заснул и полковник...
Историк занялся перепиской с соседом философом, просил его объяснить свои видения... прошлой ночью он видел себя ходящим по воде, как по суше...
Не только историк видел видения этой ночью, видел их и полковник, видела и Ева, и испытывала блаженство...
"Ты не спишь?.." - спросила Ева...
"Сплю..." - отозвался полковник...
"И что ты видишь?.."
"Вижу видения..."
"Я тоже... - заговорил историк... - Эти видения как подсказки бога... в мою жизнь вторгается что-то неизведанное, совершенно от меня не зависящее, потому и неотвратимое...
"Ты хочешь вернуться в город?.. - заговорил полковник... - Оставь это... размышления на эту тему могут только поколебать твою твердость в ожидаемых бедствиях, а они будут..."
"Я не знаю, чего я хочу... хочу писать свою хронику..."
"Неплохо было бы еще ее и издать..."
"Ну, это вряд ли... одно время я был знаком с человеком, который мог бы мне помочь... конечно, он мошенник, вор... чем он занимался... переписывал их чужих книг в свои книги...
Я был молод, подражал ему, помню, даже кашлял как он и заикался...
Его книги - это туман... и в бога он не верил, жил, забыв стыд, совесть..."
"С кем ты переписку ведешь?.."
"С соседом, он обещал мне разобраться в одном деле... он философ, иногда воображает себя богом..."
"И у него есть связи?.."
"Есть..."
"Я его знаю?.."
"Он живет в угловой комнате флигеля... человек он молчаливый, замкнутый, философ... написал трактат о восхищениях души...
Душа и у птиц есть, и у лягушек... слышишь, поют, заливаются...
Бог создал их, как и нас, только мы воздеваем руки... вот и вся разница..."
"Что он тебе пишет?.."
"Приглашает меня удалиться в горы... или в пустыню...."
"Некому там преподавать его философию... был я и в горах, и в пустыне... видел там бога, если только это был бог, а это был бог, не сонное видение...
Кто мы?.. странники из лона черной дыры, откуда все исходит и куда все возвращается...
Я дальше не пойду, останусь здесь созерцать то, что уже есть, и ничего больше..."
"А я хочу вернуться в город..."
"Сначала я принимал тебя за странника, потом догадался, кто ты?.."
"И кто я?.."
"Ты не историк, ты поэт... ищешь каких-то восхищений... мечтаешь о женщинах... Еву у меня увел... увел бы и остальных, если бы мог... это не обвинение, это предположение..."
"Глупое предположение..."
"И что тебя останавливает?.."
"Нищета, хотя деньги не столь и необходимы для счастья, как это кажется..."
"Я тоже боюсь нищеты...
Должен тебе сказать, что твой философ повесился... так что ты ведешь переписку с мертвецом, с покойником..."
"Но я получаю от него письма, ответы на мои вопросы, правда, они очень краткие и какие-то угрожающие... я невольно начинаю опасливо озираться... то земля разверзается подо мной, то небо обрушивается... все исчезает, остается только воздух, недоступный ни для оттенков, ни для колебаний...
Это был его идеал жизни... существование бога он не признавал вовсе... богом для него была черная дыра...
Я просто не понимал его, он говорил о ней постоянно... для него это был идеальный мире, где можно было говорить, дышать..."
"И что он тебе предлагал?.."
"Мне он ничего не предлагал... он не верил в существование бога, и ждал встречи с богом..."
"А мне кого ждать за мои подвиги?.."
"Слушая его, я невольно испытывал смутное чувство страха... вот сейчас он уйдет, и с чем я останусь?..
Я стоял и ждал, чувствовал, что превращаюсь в некую окаменелую сущность..."
"Может быть, ты что-то путаешь... или мы говорим о разных людях?.. как он выглядел?.."
"Среднего роста, тощий, стриженный... глаза водянистые, впавшие, нос с горбинкой, губы тонкие, бледные... зимой и летом он ходил в длинном до пят плаще..."
"Ты описываешь себя..."
"Что?.."
Историк умолк, он увидел на фоне пустыни, с дюнами, с верблюжьими колючками висящий в воздухе плащ...
Видение произвело на историка тяжелое впечатление... он уткнулся лицом в колени и зарыдал... его рыдания напоминали скорбный плач...
"Надеюсь, ты еще в своем уме... идиоты, вообще, очень опасны... я знаю... почти год я провел в желтом доме, скрывался от преследователей...
Сумасшедшие проходили через меня, как будто я был воздухом...
Главный врач не знал, чем мне помочь...
Я прятал под одеждой ножку от стула... мало ли что можно ожидать от идиотов... главного врача я знал по войне... не было у него ни страстей, ни увлечений, ни привязанностей... а ко мне он тяготел, как рок... ему нравилось мое тело... оно тревожило его, волновало почти до благоговения... помню, как-то он прикоснулся ко мне и отдернул руку, нащупав под одеждой нечто странное...
Пытались тронуть меня и другие... я не сдавался... вместо ножки от стула, я взял в руки топор...
Они впали в оцепенение... они ничего подобного не предвидели...
"Ты в своем уме?.." - спросил меня главный врач...
"А ты?.." - спросил я, слепя его блеском стали...
Мои слова прозвучали искушающе, почти зловеще... и он отступил, судорожно повернулся и пошел назад...
Отступление не было им обдумано заранее... он шел наугад в темноту и заблудился в своем бреду... говорил неясно, сбивчиво...
На пути ему встречались идиоты, кланялись ему, падали ниц... он останавливался, спрашивал:
"Зачем вы это делаете?.." - и впадал в задумчивость...
Он продолжал свое странствие, все дальше удаляясь от правдоподобной действительности...
Так он и ушел в бездну безумия... ушел с улыбкой, в которой был и страх, и восторг, ликование..."
"Продолжай..."
"Ты записываешь этот бред?.. ладно...
Помню, я спал и вдруг услышал тихое рычание, потом смех и лай...
Смутный ужас безраздельно овладел обитателями желтого дома, взгляды их сосредоточились на главном враче, который изображал гиену...
Идиоты были напуганы... они прятались под кроватями, им хотелось зарыться в пол, кануть, исчезнуть, стать призраками...
Я ушел, не удостоив главного врача даже взглядом...
Идиотам я сказал: если что, с претензиями и жалобами обращайтесь ко мне, а не к этому старому идиоту, который лает и смеется как гиена...
Они в изумлении глянули друг на друга, потом на меня, смутились, сердце их сжала тоска...
Они стали готовиться к смерти, хором запели плач, хотя никто не плакал...
Они думали, что это театр, главный врач очнется, увидит их невинность и простит их...