Новый день повторил прежний, изменений не было, за исключением того, что больше попыток заставить меня вызвать слизняка не было.
Ласка вела себя ровно, как будто и не скакала на мне вчера, как на необъезженном жеребце - похоже что для неё это было не впервой.
В столовой её не было, так что вечером я поплелся домой один, и очень удивился, когда увидел её в своей постели, уже раздетую и готовую к сексу:
- Ну что встал? Не нравлюсь? - она приподняла обнажённую гладкую ногу совершенной формы и пошевелила розовыми пальчиками - смотри-ка сюда, а мне нравится моё тело!
- Мне тоже оно нравится! - внезапно охрипшим голосом сказал я и на ходу сбрасывая с себя одежду помчался к вожделенной цели.
Ласка хихикнула, стала притворно отбиваться, и всё закончилось к нашему вящему удовлетворению - стонами, криками, судорогами наслаждения и мокрыми телами, скользкими от любовного пота.
Спал я опять один - да и к лучшему, я тоже не любил спать с кем-нибудь, лучше всего - встретились, покувыркались и разошлись по своим комнатам. Только в этом раз я нашёл в себе силы дотащиться до душа и всё-таки смыть с себя любовные соки и пот - хоть и трудно было поднять своё измученное тело. Подумалось - эдакими темпами я загоняю себя вусмерть - днём Мастер измывается, вечером Ласка - и куды крестьянину подацца?
Следующий день принёс сюрприз - нет, не в боевой подготовке - в кабинете, где обсуждали мои способности, снова сидели куратор и профессор - я так и не знал его имени - профессор и профессор, и вообще мне до лампочки его имя. Скорее всего и у куратора было не то имя, которое он мне назвал. Имена в этом мире мастеров плаща и кинжала имели второстепенное значение...
- Итак, молодой человек - сейчас вы продемонстрируете нам, как вы умеете напускать порчу. Объектом будет вот этот человек - профессор указал на тридцатилетнего мужчину с жёстким взглядом и шрамом на щеке. Сосредоточитесь и напустите на него порчу. Давайте, давайте, не стесняйтесь - он в курсе, на службе и полностью осознаёт последствия.
Я пожал плечами, сосредоточился...и у меня ничего не вышло. Ещё раз попробовал - опять не вышло. Третий раз - ноль.
- Не могу, не получается - удручённо сказал я - наверное, прошлый раз, у меня вышло потому, что я сильно ненавидел этого полковника, а тут я этого человека и знать-то не знаю.
- Ага. Ясно - задумчиво сказал профессор - ментальный барьер. Основан на порядочности испытуемого - нельзя вредить тому, кто не сделал ему зла. Я что-то подобное и предполагал.
Он кивнул человеку в камуфляже, тот подошёл ко мне и ударом ноги в грудь сбил меня со стула, потом начал пинать меня ногами, попадая во все болезненные и уязвимые места. Я вертелся ужом, сопротивлялся, вернее - пытался сопротивляться, но он был безжалостен и избивал меня со знанием дела.
Уже почти теряя сознание от боли в разбитом носу, в отбитых почках, я выстрелил в него слизняком, и это был слизняк в два раза больший, чем на полковнике!
Он обхватил его голову, как огромный нарост, и человек прекратил избиение, застонав и схватившись за голову.
Я злорадно смотрел, как он корчится у стены и чувствовал, как в меня вливаются силы и заживают мои раны. Легко поднявшись, я сел на стул и продолжил смотреть за мучениями палача. Кровь у меня уже не капала, синяки исчезли и даже усталость пропала, как будто не было тяжёлого насыщенного занятиями дня.
- Колдун! Сними с него проклятие! - приказал куратор, с тревогой глядя на корчи человека в камуфляже.
Я немного выждал, кивнул головой и медленно пошёл к пострадавшему. Мне хотелось ещё немного оттянуть момент освобождения его от слизняка - вливаемая слизняком сила была так восхитительна, так хороша - теперь я до конца осознал, как я смог продержаться в вонючем сизо - если бы не то, что на полковнике сидел мой слизняк и передавал мне его здоровье - мне было бы очень, очень тяжко.
Наконец, я справился с собой, подошёл к зажавшему голову человеку - было такое впечатление, что его руки уходят куда-то в угольный мешок, и легко коснулся слизняка рукой. Тот привычно неслышно хлопнул и исчез в сером вихре.
Мою голову кольнуло, я потёр висок, но всё было нормально - никаких последствий резкого разрыва с выпущенной мной сущностью не было - я так же чувствовал прилив сил, свежести и был бодр, как будто отдыхал много, много часов.
Наоборот, палач в камуфляже выглядел отвратительно - он был бледен, исхудал, и как будто постарел на несколько лет - стоял дрожа и пошатываясь, как пьяный.
Профессор достал телефон, набрал несколько цифр и через несколько минут 'камуфляжника' укатили на каталке для обследования.
Куратор и профессор были чрезвычайно довольны, только что не мурлыкали:
- Великолепно, молодой человек! Эдак мы и сломим ваш ментальный барьер и вы сможете кидать проклятие, ненаучно выражаясь, на любого человека! Тут ведь как: надо, чтобы вы знали, что невыполнение приказа - не направление проклятия на объект, всегда связано с болью. Ваш организм это запомнит и будет выпускать слизняка каждый раз, как вы пожелаете. Кстати, а почему эффект проклятия был таким явным? Мне казалось, что вмешательство в организм проклятого идёт слабее, как вы думаете, молодой человек?
И вот тут я допустил ошибку - занятый своими мыслями, ляпнул то, что было у меня в голове:
- Потому, что он сильно избил меня, а слизняки это не только и не столько проклятие, они служат для восстановления жизненных сил, здоровья своего хозяина! Вот почему.
Куратор и профессор переглянулись, а потом куратор с непонятной мне интонацией медленно сказал:
- Значит, чтобы ускорить процесс умирания объекта, вытягивания его жизненных сил, надо нанести ущерб твоему телу, и чем больше ущерб, тем больше энергии надо на восстановление, и тем скорее скончается проклятый...ин-те-рес-но....
У меня замерло сердце - ну, писец! Какой я болван! Ну кто, кто тянул меня за язык? Эти люди не остановятся ни перед чем..и я дал им такой прекрасный и эффективный способ убивать людей с различной степенью замедления, а самое главное - я при этом буду терпеть страдания! Стоит прострелить мне грудь, когда я буду в связи со своим слизняком на жертве, и жертва неминуемо отдаст мне все свои силы! О, Боже мой...ну я и попал...
В это вечер Ласки не было. Я полазил в сети, почитал сайты, посмотрел новости и спокойно лёг спать. Конечно, мне хотелось бы, чтобы она пришла - чисто физически, а морально - можно немножко и отдохнуть.
Последующие несколько недель, я немного сблизился с остальными своими соратниками. Особой дружбы не было, она и не поощрялась, хотя, по понятным причинам, никто не собирался останавливать связи между мужчинами и женщинами - даже такие жёсткие руководители, как наши кураторы, прекрасно понимали, что нельзя противостоять инстинктам, запретом тут ничего не сделаешь.
Они и не запрещали. Они только нагружали нас так, что домой мы приползали, высунув язык, как загнанные лошади.
Ласка приходила ко мне довольно часто - иногда два дня подряд, иногда три - нас, практически, ничего не связывало, кроме отмороженного, отвязного секса, в котором она была мастерица, не знавшая никаких запретов, никакой брезгливости или недозволенности.
В нашей паре, скорее всего, вела она - несмотря на кажущуюся хрупкость и субтильность, обладая сильным, развитым телом и железной волей.
Мы не разговаривали ни о чём, кроме секса и некоторых нюансов работы. Иногда мне казалось, что рядом со мной лежит не человек, не женщина, а некий прибор, механизм для удовлетворения моих страстей, а иногда - наоборот - что я для неё не парень, с которым она проводит время, а механизм для удовлетворения её похоти.
С этими рассуждениями я совсем сломал голову, и решительно приказал себе забыть о них - идёт, как идёт - мне хорошо с ней, лучшей сексуальной партнёрши у меня не было за всю мою недолгую жизнь (чего там - пару девчонок - одна из которых меня наградила триппером - пришлось втихую от матери колоть уколы), так что зачем мне суетиться? Нет душевной близости? А может и к лучшему - зачем мне сейчас создавать какие-то отношения, в которых я точно долго не останусь - после того, как покину это заведение, после обучения.