— Екатерина Юрьевна, — доложил он, — Александр Юрьевич просят вас незамедлительно прийти в кабинет.
— Ну наконец-то! — Катя с живостью вскочила на ноги, радуясь, что брат наконец явился. — Я сейчас иду!
Когда пройдя через гостиную, она остановилась у дверей кабинета, то услышала негромкие голоса, доносившиеся изнутри. Брат был не один. Кто же с ним, — неужели Михаил? Сердце невольно екнуло. Но раздумывать Катя не стала. Распахнула дверь и, переступив порог, обвела взглядом комнату.
Пятеро гвардейцев прервали тихий разговор. Трое из них, чьи имена она забудет еще нескоро, встали с дивана и замерли, как оловянные солдатики. Бухвостов, Щербатов, Аргамаков. Не хватало только Леднева.
Александр поднялся из-за письменного стола и приблизился к настороженно молчавшей Кате. Стоявший в глубине комнаты, у окна, Михаил приветствовал ее поклоном и сдержанной улыбкой. Катя скользнула надменным взглядом по виноватым физиономиям троих своих ночных гостей. Стоят, не шелохнутся. Все трое, как по команде, в пол смотрят. И трезвы, похоже.
Александр многозначительно кашлянул и хмуро произнес:
— Катерина, разреши представить тебе моих товарищей по полку. Лейб-гвардии поручик Василий Бухвостов, — означенный офицер, с собачьей преданностью взглянув на Катю, прищелкнул каблуками и поклонился. Помолчав мгновение, Александр повернулся к сестре и договорил: — Моя сестра, княжна Екатерина Шехонская.
— Счастлив знакомством, — сипло отозвался Бухвостов.
— Лейб-гвардии прапорщик Илья Щербатов, — после слов Александра второй из троицы не менее четко и галантно отвесил поклон Кате. — Моя сестра, княжна Екатерина Шехонская.
Щербатов также произнес несколько положенных любезных слов.
— Лейб-гвардии подпоручик Сергей Аргамаков, — объявил Александр, и третий, нервно шевельнув губами и отчего-то покраснев, склонил голову в поклоне. — Моя сестра, княжна Екатерина Шехонская.
Аргамаков, не переставая краснеть, робко озвучил свою радость по поводу знакомства с сестрой друга. Катя молчала. Радоваться тут было нечему, а лгать она не видела смысла. Но в следующий миг произошло неожиданное. Словно по команде три гвардейца шагнули вперед и бухнулись перед ней на колени, смиренно склонив головы.
Катя невольно попятилась:
— Это еще что такое?
— Екатерина Юрьевна, простите, сделайте милость, — прогнусавил Бухвостов.
— Простите, — в унисон повторили Щербатов и Аргамаков.
— Бес попутал, — смущенно прибавил Бухвостов.
Катя отступила к двери и бросила вопросительный взгляд на Михаила, стоявшего поодаль. В ответ он только усмехнулся и пожал плечами.
— Катерина, — нарушил молчание Александр, — ты принимаешь извинения моих друзей?
Катя еще раз брезгливо осмотрела сконфуженные морды гвардейцев и, отвернувшись, холодно взглянула на брата:
— Ты хочешь, чтобы я их простила?
— Нет, — резко отозвался Александр. — Я на тебя не давлю. Просто от тебя ждут ответа. Любого, какой захочешь дать.
Катя с усмешкой покачала головой.
— А если не прощу, что тогда?
— Екатерина Юрьевна, — дрожащим голосом воскликнул Бухвостов, — если вы меня не простите, клянусь Богом, я себе пулю в лоб пущу!
— Да-а? — задумчиво протянула Катя, накручивая на палец локон черных волос. — А вы, господа?
Щербатов и Аргамаков переглянулись и снова почти одновременно произнесли:
— И я…
Кате внезапно наскучила эта комедия.
— Ну хорошо, господа, так и быть, я прощаю вас. Но это не значит, что я немедленно забуду эту мерзкую историю. Вы друзья моего брата, — допустим, но мне вы совсем не друзья. И чем реже вы будете напоминать о себе, тем лучше для вас. Вы поняли меня?
Гвардейцы сокрушенно закивали.
— В таком случае вы можете встать.
Они поднялись на ноги. Бухвостов начал произносить какие-то бессвязные слова благодарности, но Катя его не слушала. Мысль о четвертом участнике ночного вторжения снова всплыла в голове.
— Кстати, — обрывая излияния Бухвостова, изрекла она, — а что, господин Леднев не пожелал просить у меня прощения?
В комнате воцарилась тишина. На лицах всех пятерых отразилось смятение. Они молчали так долго, что Катя ощутила невольное беспокойство.
— В чем дело, господа? — дрогнувшим голосом произнесла она. — Александр? — она пыталась поймать взгляд брата, но он смотрел в сторону, ожесточенно кусая губы. — Да что же это такое? Мне ответит кто-нибудь?