Мужик предметом владел, этого у него не отнять. Он сразу же начал сравнивать предлагаемую вещь с той, которую производят в этой стране, на единственном заводе, специализирующемся на паровых машинах и генераторах. Из его слов выходило, что немецкая модель более надёжная, более производительная и самое главное, намного меньше жрёт очень дорогого бензина, который в Россию пока что завозят. Я его слушал и не понимал, в чём же тогда подвох. Если всё так хорошо с немцем, так почему же мне его пытаются прямо с порога впихнуть? Товарищ ещё какое то время посвящал меня в характеристики агрегата, обещал, что его доставят и смонтируют, чуть ли не за неделю и причём абсолютно бесплатно, а потом взял, и резко перешёл к конкретике.
— Если вас всё устраивает, то можем прямо сейчас же приступить к подписанию договора. Затем внесёте сорок одну тысячу на наш счёт, согласовываем время доставки, монтажа и всё, можете тянуть провода и подключать лампочки — сказал мужчина, мило улыбаясь, между делом упомянув цену, на импортного красавца.
— Извините не расслышал. Какую цифру вы назвали? — переспросил я.
— Сорок одну тысячу — делая вид, что очень сильно удивлён, ответил мужчина.
— Вы не ошиблись? Это действительно столько может стоить?
— А чему вы удивляетесь?! Это же самая последняя и очень надёжная модель! — возмутился брокер.
— Хорошо, хорошо. Я вам верю. Но хотелось бы всё же узнать, сколько стоит не самая последняя и та, которую делают в России.
Почти тут же выяснилось, что за те же самые деньги я могу купить почти два новых отечественных генератора или один немецкий, совсем немного устаревший, с полным комплектом проводов, для маленькой фабрики.
С окончательным решением торопиться не буду, посоветуюсь со специалистами, прикину по деньгам, а через пару деньков снова появлюсь здесь, примерно так я ответил торговцу чужим товаром. А для себя сделал несколько пометок, в толстой тетради, чтобы не забыть о том, чего мне, в каждом из образцов, понравилось. Делать дорогостоящие покупки я не собираюсь до тех пор, пока не получу разрешение на строительство, а за то время, что буду его получать, информация в голове может утрамбоваться и кое что из неё наверняка исчезнет безвозвратно. Тем более получил я её очень много, побывав абсолютно во всех кабинетах второго этажа и посетив третий, где было на много светлее и на стенах наконец то обнаружил списки предприятий, выставивших какое то количество своих акций, на продажу. Правда на последнем этаже задержался совсем не на долго и было от чего. Местные акции не оказали на меня никакого воздействия. Глядя на них, я не испытал ни холода, ни жары и это насторожило меня, доведя в конечном итоге до паники. Неужели последние события, произошедшие с моей головой, повлияли на её возможности? Не может же быть такого, чтобы акции стояли без изменений, не понижаясь или не повышаясь?
Выбравшись на улицу, поймал извозчика и поехал в сторону «Медведя», надо у Свистунова узнать, может он чего нибудь знает про подпольные казино этого города или хотя бы про ипподром, чего то слышал.
Знакомого извозчика пришлось ждать, на месте его не оказалось, да и почему он должен быть всё время здесь, ему же надо зарабатывать деньги, как и любому другому, нормальному человеку.
На улице достаточно холодно, в ресторан не хочу, пришлось по магазинам шляться, которых рядом расположилось бесчисленное множество. Хотя ничего мне в них и не надо было, да и мысли, крутившиеся в голове, не позволяли спокойно рассматривать продаваемый товар, но где то час, в торговых точках удалось убить. Когда выбравшись на улицу, из очередного помещения, увидел санки приятеля, стоявшие напротив знакомого ресторана, успел хорошо согреться. Преодолев, в быстром темпе, триста метров, разделяющие нас, предстал перед Игнатом Петровичем и после крепкого рукопожатия, сразу же задал вопрос, ради которого и искал его:
— Ты не в курсе, есть ли в городе казино? Или секретные дома, где на деньги играют, знаешь?
— А зачем тебе? — недобро посмотрев на меня, спросил Свистунов.
— Ну так, для интереса — ответил я.
— Опять чего то замышляешь?
— Так знаешь, что, или нет? — не став отвечать на вопрос, задал я свой.
— Знаю, но тебе не скажу — произнёс извозчик, достав из кармана мелочь и начав её подсчитывать.
— Как хочешь. Ты не скажешь, так я у других узнаю. Не один же ты в этом городе, такой глазастый? — ответил я и пошёл искать кого нибудь из коллег, моего приятеля.
— Эй! Куда пошёл?! Садись, поехали. Свезу тебя, в одно место. Всё одно же не отстанешь — не ожидав такого поворота, крикнул мне в спину, бывший военный.