— Хм. Мне нужно что-то тяжелое, чтобы она всегда стояла прямо. Иногда банка может перевернуться… но это работает. Это лучше, чем оставлять их на земле. В сотню тысяч раз лучше.
Фишес снова кивнул.
— Что ж.
— Хорошо, что ты пришел.
Оба снова кивнули друг другу. Фишес раскрыл рот и скривился. Он пошел к ручью и прополоскал рот дрожащими руками. После этого он поднял взгляд.
— Могу ли я спросить, что ты намерена делать дальше, Эрин?
Эрин посмотрела на него и перевела взгляд на заполненные банки с кислотными мухами.
— Я принесу банки в трактир. Ты пойдёшь со мной, на случай если я их уроню. А потом…
— А потом?
— А потом я буду кормить тебя до тех пор, пока ты не лопнешь, как эти мухи.
Фишес кинул взгляд на банки, заполненные ползающими кислотными мухами, и вздрогнул.
— Подходящее описание.
***
Банка с кислотными мухами хранила в себе смесь из кислоты и мёртвых тел. Тельца сотен… тысяч маленьких жуков плавали в море из светящегося зеленого сока. Они шлепнулись об один из краев банки.
— Погоди, мне кажется, там ещё одна осталась.
Эрин потрясла банкой. Последняя муха ударилась о стекло и глухо взорвалась внутри.
— Что ты будешь с ними делать?
Она посмотрела на Фишеса. Маг сидел в нескольких столах от нее, намеренно не глядя на банки.
— Разделю мух и кислоту. Понятия не имею, что мне делать с кислотой.
— Если решишь от неё избавится, то прошу, делай это с крайней осторожностью. Пусть кислота этих насекомых не может разъесть металл и многие другие материалы, она чрезвычайно быстро вступает в реакцию с любым органическим материалом.
Эрин кивнула. Она с осторожностью поставила банку обратно в угол и встала.
— Ладно. Эм. Хочешь ещё хлеба? Или, может, сока?
При виде свежего хлеба и чашки сока лицо мага приобрело нежный оттенок зеленого. Он похлопал себя по раздувшемуся животу, что было ошибкой. Фишес прикрыл рот рукой, но Эрин была уверена, что его едва не стошнило.
— Видимо, нет.
— Ты была очень добра.
Фишес встал и схватился за живот. Колеблясь, он бросил взгляд на дверь.
— Очень добра. Однако ночь уже наступила, и, полагаю, пришло мне время удалиться.
— Ты уверен? Я могу собрать тебе сумку с едой в дорогу.
Его лицо приобрело более темный оттенок зеленого, и он быстро замахал рукой.
— Ты крайне заботлива, но нет. Нет. Мне пора. Благодарю тебя за гостеприимство.
— Да не стоит. Давай я подержу для тебя дверь… вот. Осторожнее на выходе.
Фишес вышел за дверь, и она повернулась, чтобы посмотреть на то место, где он сидел. Оно было заполнено пустыми тарелками и крошками. Эрин задумала о том, чтобы его убрать, но затем покачала головой.
Она с осторожностью шла по трактиру. Подойдя к трем заполненным банкам с кислотными мухами, она в который раз убедилась в том, что крышки плотно закрыты и внутри ничего не шевелится.
Среди многих вещей, которые Эрин купила у Криши, были доска и мел. Она собиралась писать на ней списки необходимого, но сейчас она начисто вытерла чёрную сторону и начала писать своим лучшим почерком. После этого она выставила её на барную стойку.
Меню:
Макароны с луком и сосисками – 3 м.м. за тарелку.
Синий сок – 2 м.м. за чашку.
Кислотные мухи – 1 с.м. за тарелку.
Эрин уронила мел на стойку и вздрогнула, посмотрев на дохлых мух. Потерев руки, она села на стул. Смерть была близко. Слишком близко.
Спустя какое-то время она заснула. Потом проснулась, крича, и снова заснула. Всю следующую неделю её будет преследовать жужжание бессчётного количества крыльев. Но в текущий момент глаза Эрин закрылись.
[Трактирщик Уровень 10!]
[Навык – Самогоноварение получен!]
[Навык – Чувство Опасности получен!]
— …Интересно, а печенье из мух сделать получится?
1.23
— Пищевая сода.
Криша покачала головой.
— Я не знаю, что это. У меня есть много всего пригодного в пищу, но нет ничего, что называется «сода».
Эрин застонала. Она знала, что это было неудивительно, но все же это обескураживало, и она это ненавидела.
— А разрыхлитель? У всех есть разрыхлитель!
И снова Криша покачала головой.
— Что он должен разрыхлять, Эрин Солстис?
— Печенье.
— И что такое «печенье»?
Эрин уставилась на Кришу с раскрытым ртом и начала жестикулировать.
— Печенье. Ну, знаешь? Маленькие, круглые коричневые штуки?
— Ты говоришь о коровьих лепешках, Эрин Солстис?
— Нет!
В приступе злобы Эрин схватилась за волосы. Она немедленно их отпустила. Её волосы сейчас были не настолько чистыми и приятными на ощупь, как она привыкла.
— Но как же… в этом мире нет печенья? Так нечестно! Почему!?