— Я просто хочу сделать что-то важное, вот и всё. Что-то полезное.
— Была ли Эрин важной в её мире?
— Что? Нет. Совсем нет. Я была просто девочкой, которая играла в шахматы. Чёрт, я ведь даже в колледж не поступила. Всё пыталась накопить на него денег.
— Тогда нынешняя Эрин – это, безусловно, улучшение, поскольку она и [Трактирщица], и та, кто преподает шахматы. Я не понимаю, в чём проблема.
— Ну, да, но...
Через несколько столиков Рагс громко фыркнула. Эрин обернулась. Гоблинша молча глядела на неё, а потом протянула руку и ткнула одним пальцем в короля Рабочего. Он опрокинулся.
— Эй! Это очень грубо!
Рагс скорчила гримасу, когда Эрин уставилась на неё. Но Рабочий, с которым она играла, склонил голову к Эрин.
— Этот проиграл игру. Этот извиняется за потраченное время.
— Ты не виноват. Даже если игра почти закончена, это решаешь только ты. Сбивать чужого короля невежливо. Понятно?
Рабочий склонил голову, но Рагс только нахмурилась. Эрин усилила свой убийственный взгляд, и Рагс неохотно что-то пробормотала.
Это была практически единственная проблема в устраиваемых Эрин шахматных играх. В иерархии мастерства в трактире Эрин была бесспорным чемпионом. За ней шли Паун и Рагс, причём Паун был лучше, но только чуть-чуть. За ними следовали разные Рабочие, которые могли достаточно хорошо играть, но Рагс никогда не была довольна, когда играла не с Эрин.
Это была проблема высокомерия, и Эрин помнила, каково это – ощущать нетерпение и скуку, когда тебе приходится играть с посредственными игроками. Но по меркам Эрин Рагс всё ещё была новичком, а грубость в шахматах – это то, чего она не потерпит.
Но всё же Рагс сегодня ещё ни разу не сыграла с Эрин. Девушка неохотно посмотрела на Пауна.
— Извини, как ты считаешь?..
Антиниум уже отодвинулся от её стола. Его учтивость не переставала удивлять Эрин. Она вздохнула, когда Рагс соскочила со стула и направилась к ним.
— Ладно, давай сыграем. Но если ты тронешь моего короля, я тебя порву, поняла?
Гоблинша не ответила. Она уже расставляла свои фигуры.
С досадой вздохнув, Эрин махнула рукой.
— Тор! Принеси мне немного воды попить.
Скелет, перемещавшийся по залу с огромной миской кислотных мух, повернулся и кивнул. Он скрылся на кухне и появился вновь с высоким стаканом воды в костлявой руке.
У официанта-скелета были некоторые преимущества. Не последним из них было то, что благодаря ему Эрин могла посвятить всё свое время игре в шахматы. Она ожидала первого хода Рагс, пока та изучала доску.
Гоблинша постоянно придумывала необычные стратегии, что делало их дуэли просто восхитительными. Паун, напротив, заучивал основные ходы и играл целостные партии. Он выигрывал больше партий, но Эрин должна была признать, что её восхищала смелость агрессивной тактики гоблинши.
Пальцы Рагс сомкнулись вокруг пешки, и тут гоблинша замера. Её заостренные уши дернулись, и она уставилась на дверь.
Эрин подняла взгляд. Прошло несколько секунд тишины, а затем она услышала, как кто-то вежливо постучал в дверь.
— Войдите!
Дверь медленно распахнулась. Эрин мельком увидела знакомое чёрное тело с четырьмя руками и улыбнулась. Еще один Рабочий, с которым можно сыграть. Но тут её мысли оборвались. Рабочие не могли покинуть город без Пауна. Они были...
Антиниум вошел в трактир, и Эрин застыла. Ей это снится. Рагс пырнула её ножом в грудь, и Эрин сейчас умирает, лёжа на столе. У неё случился сердечный приступ… или инсульт, и это последнее, что она видит перед смертью. Скорее всего, так и есть. Ей это снится.
Потому что антиниум, вошедший в трактир, не мог быть тем, за кого она его приняла.
На первый взгляд он выглядел как любой другой антиниум. У него было четыре руки, антенны, большие многогранные глаза и две диковинные сегментированные ноги, покрытые коричнево-чёрным экзоскелетом. Это было нормально.
Но этот антиниум был другим. Он был стройнее Рабочих, а его панцирь, возможно, был на тон темнее. Но больше всего он походил на кого-то, кого Эрин знала. В каждой мелочи, в каждой части его тела, от манеры стоять до двух мечей и двух кинжалов на боку, он выглядел точно так же, как...
— Клбкч?
Антиниум повернул голову, и Эрин почувствовала, как её сердце на мгновение остановилось. Он кивнул и подошёл.
— Добрый вечер. Я говорю с [Трактирщиком], известным как Эрин Солстис?
Его голос был точно таким же, как у Клбкча. Эрин с трудом подбирала слова и шевелила языком, который отказывался это делать.