Глаза Эрин широко распахнулись.
— Ты так думаешь? Правда? Это возможно?
— Я знаю человека, который думал, что сможет вылечить мою раздробленную ногу. И этот человек знает известного целителя.
Это была простая цель. Но если это было отправной точкой…
Эрин решительно кивнула.
— Ну, если ты собираешься заплатить за руку Церии, то я с тобой!
Риока открыла рот, чтобы сказать Эрин, что она справится с этим сама, или что Эрин следует приберечь деньги для трактира, но потом закрыла его. Девушка выдержала паузу и кивнула Эрин.
— Я так и сделаю.
— Так… сколько это будет стоить?
— Тысяча золотых? Несколько сотен как минимум.
Эрин ничего не сказала, но её глаза немного выпучились. Риока попыталась успокоить её:
— Я знаю, как достать деньги. Много.
— Сколько зарабатывают Бегуны на своих доставках?
— Я не планирую полагаться на бег, чтобы заработать так много. Есть один… нет, два, два способа, при которых я знаю, что смогу заработать много денег.
Риока обдумала эти варианты, и ни один из них ей не понравился. Но теперь у неё была цель. Деньги. Это была простая цель, которая не принимала во внимание политику, мировые события или что-то ещё. Это была чистая дорога, а Риока хорошо умела бежать по прямой.
— Ладно.
— Ладно?
Эрин с лёгкой тревогой посмотрела на Риоку, когда та встала.
— Я собираюсь начать сейчас. Если я вернусь в Целум, то смогу приступить к работе уже завтра. Я вернусь с тем, что заработаю, примерно через неделю, с новыми новостями, информацией о том, сколько может стоить заклинание, и всем остальным, что я смогу придумать.
Эрин опечалилась.
— Что, ты уходишь? Вот так просто?
Риока в замешательстве уставилась на Эрин.
— Конечно. Время – деньги.
— Да, но время – это ещё и время. Которое гораздо ценнее денег. Иногда, — Эрин пробормотала это в стол, а затем умоляюще посмотрела на Риоку: — Ты только что пришла. Ну, не прямо только что, но мы не так уж много поговорили.
— Мы выяснили все важные детали.
— Да, но…
Несколько секунд девушка с каштановыми волосами смотрела на стол, словно боясь заговорить. Девушка с чёрными волосами смотрела на неё, пока Эрин не подняла голову.
— Мне бы пригодился совет.
Риока не была общительным человеком. Как по собственному желанию, так и по склонности. И она была плохим другом. Она никогда не была хорошим другом, да и вообще ни с кем не дружила. Но она услышала это в голосе Эрин. Лёгкий подтекст, умоляющий тон. Невысказанная просьба.
Её внутреннее «я» говорило ей уйти, говорило, что это неважно. Но лучшая часть Риоки, которую она не знала, говорила ей что-то другое. Она колебалась, а потом снова села.
— Конечно.
***
Бытие [Трактирщиком] не было для Эрин чем-то естественным. Вернее, это было не то, чем Эрин когда-либо занималась. Но первая часть этой мысли была ложью.
Она была хороша в трактирном деле. Потому что работа трактирщика была связана с людьми.
А Эрин любила людей.
Это было странно. Она целыми днями играла в шахматы, а это не совсем социальный вид спорта. Но вы знакомитесь с людьми, играя в шахматы. Это было своего рода правилом. И ей нравилось разговаривать с людьми. Потому что люди были разные, интересные, и большинство из них были хорошими.
Поэтому Эрин начала учиться читать людей. Она всё ещё была новичком в этом деле, пытаясь анализировать собеседника, а не принимать его за чистую монету. И у неё начали появляться… ощущения от людей, которых она встречала.
Это было то, что Эрин только сейчас заметила в отношении Риоки. По правде говоря, она должна была заметить это раньше, но в её оправдание можно сказать, что это была очень долгая пара дней.
Дело было вот в чём: Риока действительно не была общительным человеком.
По правде говоря, к такому выводу было несложно прийти. Будь то склонность Риоки горбиться, когда она сидела в толпе, или её молчаливые взгляды и ворчание, когда она не хотела говорить. Она практически излучала послание «не заговаривай со мной».
К тому же, эта девушка просто не любила сидеть без дела. Риока раздражалась, если ей приходилось сидеть на месте, а если она волновалась во время разговора, то вставала и бродила по комнате. Она не могла просто расслабиться, ей нужно было двигаться.
Она делала, а не думала. Эрин думала об этом в терминах шахматистов. Риока была похожа на некоторых шахматистов, которых она встречала и которые очень хорошо себя чувствовали в 5-секундных партиях, потому что они настолько привыкли видеть определённые модели и играть с ними, что могли сделать лучший или близкий к лучшему ход только в течение нескольких мгновений.