Болотные Твари, конечно, встречались, но в таком количестве, как в первый раз, не собирались никогда. Док однажды полушутя-полусерьезно сказал, что никакое это было не нападение, а самая настоящая торжественная встреча, и когда Лешка сообразил, кого могли встречать жуткие существа, — ему стало зябко и неуютно.
У зева трубы он неторопливо настроил «планетарий», подождал, пока пленка вывернется и выбросит его на другую сторону насыпи, и, мгновенно оценив обстановку, понял, что влип.
Метрах в двадцати от насыпи горел костерок, возле которого расположились человек десять бандитов. Еще парочка мордоворотов несла караул у входа в тоннель. Успев удивиться непривычному для бандюков вооружению — автомат «Вал» не у каждого приличного сталкера имеется, а откуда они у этих отморозков — и вовсе непонятно, — сталкер получил прикладом по башке и вырубился.
Очнулся Лешка от того, что на затылок ему кто-то щедро плеснул холодной воды. Только лучше бы сталкеру не приходить в себя, потому что то, что он увидел, его отнюдь не обрадовало.
Один из бандитов, судя по всему — главарь, сидел на железнодорожной шпале и с каким-то брезгливым любопытством смотрел на него. Автомат главарь держал на коленях, небрежно вроде бы держал, но был в этой кажущейся небрежности некий профессиональный шик. Многое было в этом бандите неправильно: несмотря на то, что креозотовая пропитка давным-давно высохла, на шпалу был аккуратно постелен полиэтиленовый пакет. Глянцевый пакет с броским логотипом какого-то сетевого супермаркета. Бандиты, беспокоящиеся о чистоте собственных штанов, в Зоне встречаются довольно редко. Но не так редко, как новенькие полиэтиленовые пакеты с логотипами столичных магазинов. Да и лицо у бандюка было не бандитское — жесткое лицо, жестокое даже, но никакой свойственной уголовным физиономиям расхлябанности и одержимости в нем не наблюдалось. Напротив, это было лицо очень собранного и знающего, что делать, человека. Военное лицо.
Да он и не скрывал особенно, что никакой не бандит, потому что под распахнутым просвинцованным плащом на нем была ненавидимая всеми вольными сталкерами темно-синяя форма наемника. Посреди небольшой поляны, словно какой-то дурацкий «Бум-бокс», перемигивался сам с собой разноцветными огоньками «планетарий».
— Поговорим, — не предложил, а просто констатировал наемник и показал тщательно выбритым подбородком на артефакт. — Какая интересная штука! Мне кажется, ты умеешь ею пользоваться и прямо-таки горишь желанием научить меня. Кстати, прими к сведению, я предлагаю только один раз.
Отмалчиваться было бессмысленно, но Лешка тянул время. В голову почему-то лезли совершенно дурацкие мысли, например, чем это таким ему скрутили руки, потом понял, что скотчем, и удивился — скотч в Зоне тоже штука довольно редкая. Наконец он спросил:
— Что вам надо?
Сэр, — издевательски напомнил наемник. — Не забывай добавлять «сэр», сталкер. А что мне надо — я уже сказал и повторять не буду. Усвоил?
— Не стану я ничего показывать, — угрюмо сообщил Лешка, понимая, что наемники умеют добиваться своего разными способами и чего-чего, а профессионализма у них не отнимешь.
— Ну, ну… Что ж, как говорится, была бы честь предложена, — пожал плечами наемник, и негромко позвал: — Фельдшер!
— Сэр? — Один из мнимых бандитов, расположившихся у костерка, стряхнул с себя фальшивую уголовную ленцу и мигом оказался рядом.
Тот, кого наемник назвал Фельдшером, и в самом деле напоминал медика, только не фельдшера, а скорее уж санитара из желтого дома, здоровенный увалень с немного дебильной физиономией и закатанными по локоть рукавами белесой от пота камуфляжки.
— Укол ему, — приказал наемник. — Когда подействует — развяжи. Под уколами они все смирные.
И пояснил, обращаясь уже к Лешке:
— Вообще-то в присутствии Фельдшера все и так смирные, правда, Фельдшер?
— Так точно, сэр, — подтвердил громила, самодовольно ухмыльнувшись. Шприц он держал в двух толстенных пальцах, словно только что пойманного комара, и Лешка некстати подумал, что автомат в этих лапищах смотрится, наверное, как шприц. — Ну-ка. — Фельдшер рывком перевернул сталкера, ловко вонзил иглу ему в бедро, надавил на поршень, выбросил шприц, распорол скотч на запястьях и щиколотках сталкера, отдирая широкие ленты вместе с клочками кожи, и отрапортовал: — Готово, сэр! Разрешите идти?