— Вот теперь порядок, — довольно прогудел Рыбарь. Потом повернулся к Лешке и осекся. — Ты еще здесь?
— Ага! — сказал Лешка.
Заело его, что Рыбарь такого опытного сталкера, каким он себя считал, словно бы и всерьез не принимает. Вот и ударила моча в голову — его SPAS-12 смотрел прямо в обтянутое резиной пузо Рыбаря. — Интересно все-таки, чем это ты тут занимаешься? Первый раз вижу, чтобы в аномалии рыбу удили, да еще и артефактами прикармливали. Вот просто не могу пройти мимо и не полюбопытствовать. Такой уж я любознательный от природы. Да и как ты сюда попал, дружище Рыбарь? Как мимо «выжигателя» пробрался? Не иначе, секрет какой-то знаешь или словцо щучье. Расскажи брату-сталкеру.
— Ружьишко-то свое убери, — попросил поскучневший Рыбарь. — Я же к тебе по-людски, а ты сразу за пушку. Могу, конечно, и рассказать, все равно у тебя ничего не получится, тут особый талант надобен. Я ведь раньше мировые чемпионаты по спиннингу выигрывал, за сто метров блесной могу бабочку на лету подцепить. Этому всю жизнь учиться можно, все равно без природного таланта ничего не получится.
— Рассказывай, — продолжал настаивать Лешка, понимая, что сглупил сгоряча, и опустил ружье, только выстрелить-то он мог и от бедра, с такого расстояния картечью — не промахнешься. Хотя стрелять совершенно расхотелось. Занятный он был сталкер, этот самый Рыбарь. И тоже с прибабахом, как и сам Лешка. Звонарю вдруг стало стыдно, он щелкнул предохранителем и демонстративно опустил дробовик.
Рыбарь снова опустился на насиженный камень, достал из шевелящегося брезентового мешка с артефактами четвертинку водки, ловко сдернул «бескозырку», глотнул и протянул оставшиеся сто грамм Лешке.
Звонарь выплеснул водку в горло, после чего забросил ружье за плечи и присел на какую-то валежину. Вроде бы безопасную.
— Вот я и говорю, — начал Рыбарь. — Спиннингист я, что называется, от Бога, понимаешь? Где только не рыбачил — и на Волге, и на Енисее, и в Амуре, в Байкал снасть забрасывал и даже в Карибском море меч-рыбу лавливал. А уж про реки и прочие ручьи я и не говорю, всех не сочтешь, да и не помню я каждую. Рыбалка, понимаешь ли, Звонарь, это не просто увлечение, это — страсть! Вроде везде побывал, все перепробовал, да вот захотелось мне в Зоне порыбачить. Только какая рыба в Припяти? Позор один, а не рыба. Вот я и приспособился рыбачить в аномалиях, и знаешь, понравилось! Я эти аномалии «омутами» называю, там мне привычнее. Иногда пока вытащишь какую-нибудь «ночную звезду» или «снежинку», так намаешься, словно полупудового судака вываживаешь. Вроде как я и на рыбалке, во всяком случае, удовольствия не меньше, а может быть, даже и больше. Только вот вместо лески приходится стальную струну использовать, ну ничего, мне Сидорович проволок от старых ПТУРСов целую бухту подогнал, так что со снастью у меня полный порядок. А блесны я сам наловчился делать, когда из гильз, а когда из тех же артефактов. Ведь хороший артефакт не на всякую снасть взять можно. Вот, скажем, та же «золотая рыбка»…
Вот так Звонарь и познакомился с Рыбарем.
И теперь Рыбаря следовало непременно отыскать.
Но, как говорится, Рыбарь рыбаря сыщет без фонаря.
И Лешка отправился в Затон, потому что, по информации, проданной ему известным всему сталкерскому городку на Ростоке сталкеру по прозвищу Яндекс за три штуки и артефакт «грави» в придачу, Рыбарь нынче рыбарил именно там, в Затоне. Не то «зыбь» хлестал своим спиннингом, не то пытал счастья в «разломе».
И «ведьмино сердце», возможно, все еще оставалось у него, Лешка очень надеялся, что Рыбарь его не продал какому-нибудь барыге.
Но отыскать Рыбаря было полдела, надо было уговорить отдать или продать такой ценный артефакт, как «сердце». Хотя если покупать, то на такую покупку никакого Лешкиного хабара не хватит. Вариант с отъемом артефакта Звонарем даже не рассматривался. Рыбаря он считал хорошим человеком и надеялся все-таки уговорить. В конце концов, насколько ему было известно, артефакт был многоразовый, так что можно было и одолжить, оставив что-нибудь ценное в залог.
Ценного у Лешки была только гитара, но ценность уникального инструмента для Рыбаря казалась сомнительной.
Вот если бы спиннинг какой редкий или набор блесен «от кутюр» — тогда да…
Но Лешка решил не думать о возможной неудаче, в крайнем случае Ведьмак поможет. Ведьмак, говорят, с Рыбарем накоротке, и сталкер-спиннингист, кажется, был ему чем-то обязан.
Чем-чем? Скорее всего жизнью, чем еще в Зоне может быть обязан один сталкер другому?