Я позвонил в полицию спустя десять секунд после того, как в квартиру Чада Патина вломились неизвестные, но все мои усилия его спасти оказались тщетными. Мы с Хелен прослушали записи «911», переданные нам полицейским управлением округа Святого Чарльза, и Суле немигающим взглядом смотрела в окно своего кабинета, зацепившись большими пальцами рук за ремень. Ее спина под рубашкой казалась тверже утюга.
— Человека, заправляющего этим, зовут Анджеле?
— Или Ангел.
— И он живет на каком-то острове?
— Так сказал Чад Патин.
— И у одного из этих парней есть огнемет? Это все просто нереально. Ты как думаешь, о чем здесь на самом деле идет речь?
— Деньги. Большие деньги. Наркота, проститутки, краденые или поддельные картины. И это только то, что я знаю.
— Уголовники не валят полицейских из-за наркотиков, девчонок или краденого барахла, — ответила Хелен.
— Я думаю, это как-то связано с неонацистами.
— А вот в это я не верю, это просто чушь, Дэйв.
— Хорошо, посмотрим с другой стороны. Подумай хорошенько, о чем в наших краях никто не говорит отрицательно, чего не касается ни один местный журналист? Эта тема настолько деликатна, что люди не захотят с тобой вести разговор, если почувствуют, что ты вот-вот скажешь что-то не то? Какое предприятие, как ты думаешь, я имею в виду?
— Говори.
— Нет, это ты скажи мне, — ответил я.
Она скорчила физиономию, которая должна была быть пренебрежительной, и мне было неприятно на нее смотреть. Я почувствовал стыд за Хелен, и это заставило меня снизить свое мнение о ней, о человеке, которым я всегда восхищался.
— Ты слишком жесток к людям, приятель, — произнесла она, — это бедный штат с экономикой, зависящей лишь от одного ресурса. Ты действительно хочешь вернуться в старые добрые времена? Я не думаю, чтобы кто-либо захотел вернуться к прежнему. Желаешь работать грузчиком?
— Так какого слова мы тут избегаем? Что же это за священное место, куда мы не решаемся сунуть свой грешный нос?
— Страна хочет дешевый бензин. Им плевать, как его получить, а потому штат Луизиана трахают все, кто только может. Чего ты хочешь? Что еще я должна сказать?
— Ничего, ты и так все сказала. Ты прекрасно знаешь, в чем тут дело, и не надо притворяться, что ты этого не понимаешь.
— Не стоит тебе со мной так говорить, — ответила Хелен недовольно.
— Задай себе вопрос, почему этот разговор так оскорбляет тебя? Потому что я задел тебя за живое или потому, что я нассал на священную корову?
— Убирайся, Дэйв.
Она никогда раньше не говорила со мной так, по крайней мере, в таком тоне. Мне было плевать. Я был еще больше разозлен, чем она. Нет, пожалуй, я перефразирую. Хелен разочаровала меня, и я чувствовал, что она подвела меня так, как никогда раньше. Весь оставшийся день я не мог стряхнуть с себя это чувство.
Глава 14
Вечером того же дня Клет Персел сидел в кресле в своем офисе и наблюдал через черное окно, как дождь барабанит по поверхности байю, как туман облаками выплывает из-под моста и как фары машин пробегают за его железными перилами. Его офис располагался в двухэтажном здании девятнадцатого века, построенном из мягкого кирпича, с железной колоннадой вдоль боковой тропинки и верандой на заднем дворе, которую он украсил банановыми деревьями и полевыми хвощами в горшках и оснастил столиком с табуретками под пляжным зонтом, где частенько обедал или читал по утрам почту.
Ливень не стихал, и он застрял в офисе с бесконечной чередой низости и кляузничества, запечатленной в его ежедневнике, не говоря уже о мировоззрении червяка, которое приносил с собой каждый клиент, проходящий через его дверь.
Но бывали и исключения.
Гретхен зашла в офис и закрыла за собой дверь.
— Маленькая мисс Ути-Пути хотела бы тебя видеть. С ней мужик, и мне кажется, что ему присобачили к голове парик при помощи степлера, — сообщила она, — отправить их на фиг?
Персел закрыл глаза и медленно их открыл:
— Я пытаюсь перевести то, что ты только что сказала.
— Телка из дома Дюпре, у которой как будто в заднице застряла метла. Мужик не представился, но у него воротничок как у священника. Могу сказать им, что нужно заранее договариваться о встрече.
— Там что, Варина Лебуф, что ли?
— А о ком, по-твоему, я тут говорю?
— Пусть зайдет.
Гретхен открыла рот и засунула В него два пальца, имитируя позывы к рвоте.