Тем более что ничего другого все равно не остается.
Я устроился поудобнее, желая приступить к выполнению первой части этой замечательной программы, и тут снова заметил блокнот – он так и лежал на земле все это время.
«Эрни Тодуэй», – прочитал я последнюю строчку.– Эрни Тодуэй... Эрни Тодуэй...Тодуэй Эрни...
Я повторял это снова и снова, пока слова не утратили свое значение, не рассыпались на отдельные буквы. Те же перемешались, а потом вновь слились в совсем иную комбинацию. С минуту, наверное, я пялился на листок, пытаясь поверить в то, что вижу... А потом долго смеялся над собственной непроходимой глупостью.
«Догадливый? Сообразительный?Нет, Донни, тут ты попал пальцем в небо. Не видящий дальше своего носа болван – так будет вернее. Однако, сон, похоже, отменяется».
Я поднялся на ноги, разложил по карманам блокнот и платок с его содержимым и, не утруждая себя лишними движениями, открыл новую тропу прямо с того места, где стоял.
Тебе меня не одолеть
Сигарный дым, аромат стейков на гриле, специй, кофе, вина, бряцанье тарелок, звон бокалов, смех, гомон сотни голосов, столики с белоснежными скатертями, темное дерево стенных панелей и стоек, красная обивка кресел... Все это обрушилось на меня лавиной звуков и образов, и мгновение-другое я растеряно разглядывал просторный зал, битком набитый людьми – посетители в вечерних нарядах, официанты со значками «Блэкхок» на груди, повара в белых колпаках... Пока не разглядел за одним из столиков, в углу, отделенном перегородкой из деревянных реек, того, кто был мне нужен.
Он сидел лицом ко мне с сигаретой в пальцах и непринужденно болтал с приятелями, выряженными в точно такие же темно-красные пиджаки. Стоило сделать шаг-другой в их сторону, он поднял на меня глаза, и они тут же изумленно округлились.
– Арти? Что ты тут делаешь?
– Пойдем-ка поговорим, – ответил я, не сводя с него глаз и попутно отмахиваясь от чересчур расторопного распорядителя.
– Э, слушай, у нас через полчаса концерт с трансляцией, – зачастил Доэрти.
– И все же...
Тот вздохнул, отодвинул стул, попутно шепча любопытствующим что-то о «чокнутом парне, который точно от него не отстанет» и указал мне рукой на неприметную дверь с надписью «только для персонала», за которой обнаружился довольно-таки тесный коридорчик.
– Значит, это с самого начала был ты, – начал я без лишних слов. – Надо было в прошлый раз все-таки взвести курок и...
– Эй, если ты не прекратишь мне угрожать... – чертовски правдоподобно начал сердиться музыкант.
Я очень невежливо его перебил.
– Брось, Уэйн, или Эрни Тодуэй, или как там тебя называть?
Он удивленно моргнул, но уголки его губ чуточку, самую малость дернулись вверх. Мне оказалось этого достаточно.
Я схватил его за руку и дернул на себя, изо всех сил представляя леденящий холод, хрусткую землю под ногами и липкую белую хмарь вокруг. Ни на долю секунды я не сомневался, что все получится. Единственное, я не думал, что смогу выдернуть нас обоих на самую вершину холма. Смог. И даже на ногах устоял после этого, чем не повод для гордости?
– Что происходит? – залепетал Уэйн, отшатнувшись, и даже я, знающий, кто он, испытал на долю мгновения неловкость, что обидел бедолагу. Ха и еще раз ха!
– Хватит, а? – попросил с усталым раздражением. – Будь ты человеком, ты уже был бы мертв. Живым сюда путь заказан. Здорово ты повеселился, водя меня за нос?
– Ну что ж...
Привычное наивно-удивленное выражение стекло с лица Доэрти быстрее, чем капли воды после умывания, сменившись снисходительным и чрезмерно внимательным, плечи расправились, жесты стали более плавными. Он не утратил привлекательности, только теперь она казалась зловещей. Как и Тьма, плащом укутавшая его плечи, словно чернилами испачкавшая пальцы, от которых вверх по рукам поднимался переплетенный жгутами мрак. Резкая улыбка, сломавшая линию губ, сделала его черты хищными, неприятными и опасными.
– Еще как, Арчи. Ты так забавно сомневаешься, мечешься, одно удовольствие за тобой наблюдать. Ты – ходячий сюрприз, мой дорогой. После того, как ты надул меня со свирелью, я долго искал, как бы снова к тебе подобраться, а ты пришел ко мне сам... Да еще с порога вручил мне свое имя. Как тут было устоять? Но об этом позже, у нас будет еще много времени, чтобы поговорить друг с другом по душам, – он довольно хихикнул, словно сказал что-то смешное, и нетерпеливо пошевелил пальцами: – Ты же принес его, последний элемент? Учти, тебе не удастся провернуть тот же фокус, что раньше.