Сол был уже на месте, и встретил меня с распростертыми объятиями.
– Слушай, тебе бы классика лучше, – заявил он после пары-тройки пошлых шутеек о флейтах и озабоченном начальстве.
– Может, Эрни попросить или Уэйна? – подал голос Бенни и пояснил, что имеет в виду музыкантов из Лос-Анджелеса, с которыми познакомились не так давно.
– С претензиями, как и вся их братия, но ребята неплохие. Ты же в средствах не стеснен?
В итоге парни обещали расспросить знакомых и прислать курьера с запиской, как только станет хоть что-то известно. На этом мы и распрощались.
Вечер в «Норе» тянулся как никогда долго. И дело было не в моих надуманных обидах ( хотя небольшой неприятный осадочек после вчерашнего разговора, остался, что греха таить), а в медленно, но неотвратимо приближающемся предчувствии больших неприятностей. Пока все было относительно тихо, но это была обманчивая, давящая тишина, в которой то и дело раздавались маленькие тревожные звоночки: слушки о том, что некоторые из наших постоянных гостей решили на время податься в леса и о небольшой банде, внезапно решившей «устроить разговор» с «Лисицами». Отсутствие Донни, Одзавы и Райана, которые как раз на этот самый «разговор» и отправились. По составу делигации наших «переговорщиков», больше напоминающей карательный отряд, было ясно, что господин леса может разжиться первой партией обещанных жертв уже сегодня.
Работы хватало, и все же полностью отвлечься не получалось: неприятное чувство, что вот-вот что-то должно случиться, только нарастало.
Поэтому когда ближе к закрытию в бар вошел слегка помятый курьер из агентства и вручил Магнусу конверт , я испытал невольное облегчение: теперь, по-крайней мере, точно узнаем, чего опасаться, а не ждать подставы со всех сторон разом.
– Зфонил инспектор Харрис, просил сообщийть «этому вертлявому дьяфолу»... думаю, он имеет в виду Донована: нашли еще одного парня с вырванным горлом. Адрес прилагается, – сообщил нам святой отец, пробежав глазами записку.
Берди, пристроившая голову на его плечо и таким образом тоже читающая послание, тут же заметила:
– Это на юге, в самой гуще черных кварталов, странный выбор.
Записка перешла к Пинки.
«Значит еще один несчастный»,
– Как найти Донни? – спросил я.
Магнус пожал плечами.
– Скашем, когда появится: он не любит, когда его дергают по пустякам.
Меня такой ответ не устроил, и считать жестокие серийные убийства «пустяками» я отказывался.
– Но ведь мы не обязаны сидеть, сложа руки? – пристал я к управляющему. – Донни, может, только послезавтра объявится.
– Арчи... – он явно собирался меня осадить, но тут неожиданно на мою сторону встал Пинки.
– Малец прав, Магни. Мой нюх подсказывает, что днем будет дождь, – индеец легонько постучал себя пальцем по кончику колоритного, с горбинкой, носа. – И если мы хотим найти следы, чтобы поймать убийцу, надо действовать сейчас.
– Отлично, я могу провести нас тайной тропой, если найдется подходящая, – тут же подхватил я.
Магнус подумал немного, поправил очки – и дал добро.
Волки, лисы и щеночки
Минут десять ушло на то, чтобы найти нужное место на карте, убедиться, что неподалеку действительно есть тропа фейри, и проложить оптимальный маршрут.
«Заодно передам весточку боссу, – решил я. – Может, он и не любит, когда его дергают, но на сей раз причина вп уважительная».
Наш с Пинки путь делился на несколько неравных частей: минут пять пешего хода – первая тропа – минут семь на своих двоих – еще одна тропа – и оттуда снова немного пешком.
До второй тропы мы добрались без приключений. Перед тем, как встать на нее, я достал из кармана перочинный ножик и под удивленным взглядом нашего краснокожего друга полоснул себя по ладони.
– Зараза.. – охнул я: вышло чуть сильнее, чем я предполагал. И больнее, кстати. Чанк, почуяв кровь, несколько раз вдохнул коротко и резко, раздувая крылья носа, как огромный любопытный пес. И я поспешил пояснить: – Оставлю Донни знак.
– Странный ты парень, – сказал он наконец, когда в воздухе разлился знакомый горьковато-сладкий аромат, а щиколотки обвил знакомый лиловый туман. Кровь капала вниз и исчезала в нем, не касаясь земли. Туман волновался и тянул вверх прозрачные щупальца, все больше походящие на струны. Казалось, что от их колыханий прохладный воздух наполнился еле слышным тревожным звоном. Мы еще не cошли с тропы, а я уже знал, что хозяин ее непременно придет.
Только не предполагал, что так скоро и в подобном виде.