– Не нравится мне это, – подвел общий итог рассказу самурай.
– М-да, час от часу не легче, – согласилась недавняя жертва его врачевательских талантов. – Но посмотрим, что удастся разузнать Пинки и этой жрице.
– Мы-то, может, и посмотрим, а вот ты, О'ши, сейчас же закроешь глаза и будешь спать, пока окончательно не поправишься. – На Райана пистолетом был наставлен гневно подрагивающий женский пальчик, намекая на то, что спорить с мисс Браун абсолютно бесполезно.
Рай и не думал этого делать. Наоборот, поднял руки вверх и крайне довольным голосом, томно растягивая гласные и явно подражая патрону, произнес:
– Как скажешь, куколка. Надеюсь, ты по достоинству оценишь мою сговорчивость.
За что его настигло справедливое возмездие в виде щипка от Линдси и сомнительной оценки его актерских талантов от остальных.
Пинки объявился несколькими часами спустя, когда я стоял за стойкой и понемногу начинал нервничать из-за отсутствия главных действующих лиц этого вечера. Попросил яблочный сок со льдом и сел напротив. Почему-то я думал, что он прибудет сюда взмыленный после многочасового бега по лесам и полям, но ничего подобного – Пинки был вполне свеж и невозмутим. Я осторожно повел носом... Нет, псиной от него тоже не несло. Только глаза, пожалуй, были немного желтее обычного.
– Как все прошло, удалось что-нибудь узнать?
Чанк медленно покачал головой.
– Нет, Арчи. Джо не захотел разговаривать ни со мной, ни со своим отцом. А может, не смог, не знаю... Что решила ма Като? Ты виделся с ней?
– Она проведет ритуал в полночь в Брукфилде у реки Солт-Крик. Сказала, ты знаешь, что это за место.
– Знаю, – подтвердил Пинки, залпом выпил сок и встал: – Пойду-ка попрошу у крошки Бри чего-нибудь мясного, с кровью. Путешествия на поезде всегда вызывают у меня волчий аппетит...
– На поезде?
– А ты думал, обратно я тоже на своих четырех побегу? Обижаешь... Я купил билет и сел на поезд. Цивилизация, ковбой... так-то! – и он, добродушно посмеиваясь, направился на кухню, оставив меня в состоянии легкого недоумения: почему-то факт существования оборотней не так сильно удивлял, как мысль, что они разъезжают по белу свету на поездах.
Толика хорошего вуду
Донни пришел в «Нору» не один, а в сопровождении важных гостей – дамы средних лет, с ног до головы одетой в черное, и мужчины с перебитым носом и в надвинутым на лоб кепи. Вкупе с нашим развеселым боссом они смотрелись так, будто пожаловали в «Нору» прямиком с похорон.
Вся честная компания проследовала в комнату для переговоров. И наш патер, и Одзава смотрели им вослед с одинаковым настороженным выражением.
«Кто это?» – спросил я у Магнуса знаками.
– Члены семьи О'кифф, – ответил он, подходя ближе. – По пофоду фчерашнего, как я понимаю.
Пальцы святого отца бегло перебирали четки, однако с таким вот отстраненным выражением лица он обычно вставлял патроны в барабан.
Гости пробыли у нас минут двадцать. Понять по ним, довольны они переговорами или нет, было невозможно. Провожала их Берди. Патрон же сразу поднялся к себе, и никаких комментариев от него не последовало. Я решил, что это неплохой знак, подождал немного, попросил Магнуса подменить меня ненадолго и вскоре уже стучался в дверь кабинета Донни.
На стук никто не ответил, и я осторожно заглянул внутрь.
– Можно?
В кабинете отчетливо пахло табачным дымом с нотами полыни и ночной фиалки – в пепельнице тлела позабытая сигара. Фейри сидел за столом, небрежно закинув ногу на ногу, и чистил яблоко небольшим серебряным ножом. Тонкая спираль рубиновой кожицы на фоне белых манжет и бледных ладоней смотрелась тревожным кровавым ручейком.
– Заходи, – он мельком посмотрел в мою сторону и вернулся к своему занятию. Тонкие пальцы ловко вращали крупный округлый плод, лезвие плавно скользило, обнажая плоть пугающего розово-красного цвета. Донни разрезал яблоко на дольки, взял одну, поднес к губам и слегка надкусил. – Хочешь? – он сделал паузу, дабы я в полной мере мог насладиться двусмысленностью его предложения и сравняться цветом ушей c мякотью чертового фрукта, и только потом придвинул ко мне тарелку. – Угощайся.
«Ага, конечно...» Я-то знал уже, откуда эти яблочки.
– Нет, спасибо, – усмехнулся я. – Даже дети знают, что брать плоды Холмов из рук фейри не стоит: заморочат и уведут к себе... – на этом месте я вдруг вспомнил, что Донни-то путь в земли сидхе заказан и осекся. – А, ну да, извини, забыл...
С извинениями вышло совсем паршиво, будто я нарочно наступил ему на больную мозоль.
Патрон смотрел на меня, не мигая.
– Один-один, золотце, – произнес он наконец. – Ты научился жалить. Это неплохо.