«Да я не имел в виду ничего такого!», – хотел было заявить я, но вовремя сообразил, что лучше мне не выставлять себя идиотом в очередной раз и перейти сразу к делу.
Я кратко рассказал патрону о разговоре со жрицей вуду, подчеркнув, что самого фейри она тоже приглашала поучаствовать в ритуале, причем в самых почтительных выражениях.
– Ну еще бы, – высокомерно хмыкнул он, восприняв все это как должное. – В полночь, говоришь? Хорошо. Что-то еще?
– Да. Я пригласил Мейси в «Нору». Завтра вечером. Россо-младший уехал из города, лучше времени не найти.
– Давно пора, – кивнул Донни, насаживая кусок яблока на кончик ножа. – Одно к одному... У тебя все?
Надо было сказать «да» и закончить, наконец, этот разговор. Намек был более чем прозрачным.
Но я смотрел, как густой красно-розовый яблочный сок стекает по белому фарфору, и мысли мои сделали странный кульбит, накладывая на эту картину другую, куда более отвратительную: уже не сок виделся мне, а багровые капли крови, не разрезанный плод, а еще трепещущая живая плоть, не светлый край тарелки, а желтоватые обнаженные кости... и только рука, сжимающая рукоять ножа, осталась той же самой.
Сглотнув от накатившей дурноты, я встретился взглядом с внимательно глядящим на меня фейри и задал не самый очевидный вопрос:
– Донни, ты ведь можешь убить человека, не оставив следов?
В серых глазах сверкнула ртуть. По этому да еще по привычному уже давлению в висках я понял, что сумел не на шутку разозлить его своим вопросом. Стой на моем месте малознакомый человек, он рисковал бы испытать ответ на собственной шкуре. Райану с Берди тоже пришлось бы несладко. А мне босс спустит это с рук. Я неожиданно четко осознал это, хотя понятия не имел о причине.
– Вот, значит, какого ты мнения обо мне... – рука, держащая нож, сжалась в кулак – и через секунду изувеченный, смятый петлей столовый прибор, дребезжа, запрыгал по столешнице.
На этот раз я не дал сбить себя с толку.
– Я знаю, что ты ни при чем, но... ты ведь не ответил. Так можешь?
– Могу.
Смотрел он очень так... предупреждающе. Входная дверь резко, будто от пинка, открылась, намекая, что задерживаться не стоит.
– Возвращайся к своим обязанностям, мистер сыщик, – прозвучало это на редкость холодно. – Я плачу тебе не за праздные вопросы.
Именно так я и поступил. Нестолько потому, что патрон имел право сказать то, что сказал, сколько из-за того, что тот вопрос, который по-настоящему меня интересовал, никак не желал облачаться в слова и присутствовал пока лишь в виде смутных предположений и гипотез.
Когда до полуночи оставалось всего ничего, Донни спустился в зал, кликнул меня и Пинки, задал последнему пару вопросов и прямо с порога открыл тропу.
Местечко, где мы оказались, выглядело настоящей глушью. Если верить карте, на другом берегу располагались небогатые частные дома, но чахлые рощицы и изгиб реки полностью скрывали их из вида. Слева ярким лепестком диковинного цветка алел костер, вокруг которого сновали темные силуэты. Вот туда мы и направились.
Трава под ногами слегка пружинила, влажный воздух легкой затхлостью навевал мысли о болотах.
– Смотри-ка под ноги, парень, – рука индейца заслонила мне путь. Что-то темное проскользнуло-прошелестело по земле вперед, задев ботинок. Змея... И еще одна, чуть дальше. И еще...
Вот черт! Змей я не то чтобы боялся, но активно недолюбливал. С меня и Наны сегодня хватило по уши, еще и это...
– Да, золотце, постарайся не отдавить нашим провожатым хвост. Это было бы не слишком вежливо, – спокойно-насмешливый тон фейри задел и одновременно с этим помог стряхнуть зарождающийся страх. Я обратил внимание, что все змеи ползут по направлению к костру, будто и вправду показывают дорогу. И дальше шел, шаркая по земле подошвами. На всякий случай.
Нам навстречу выдвинулись три причудливых языка пламени. Так показалось сначала. Стоило подойти ближе, и они обрели человеческие очертания. Люди.. да, конечно, люди, одетые в свободные черно-красные одежды. Темные руки их и лица сливались с сумеречным мраком, только глаза и зубы таинственно поблескивали.
Змеи по неведомой команде остановились, образовав большой полукруг, и замерли, покачиваясь из стороны в сторону.
– Какие гости у нас сегодня! – сначала я узнал голос ма Като и лишь потом – ее саму.
Ко мне подошел, пританцовывая, темнокожий парень в рубахе, расшитой странным орнаментом, и, уважительно поклонившись, сделал знак идти за ним к костру. Пинки сопровождала долговязая девица, в которой я не без содрогания угадал Нану.
Сама же ма Като склонилась перед Донни.