Плюх! - плюхнулся песик и очень тихо ойкнул.
А Боб, сделав посредственный кувырок, встал в позу Грозящей Змеи. Так как эта позиция была позаимствована из очень миролюбивой йоги, вид у Папсика был, мягко выразиться, уморительный.
Немного ошалевший, от такого обилия физических упражнений на одном квадратном метре песка, управляющий предпринял слабую попытку сгладить неловкость дрожащей улыбкой.
- Ах, это вы! – с облегчением констатировал Боб и с великим удовольствием вышел из позиции Грозящей Змеи, потому, что уже до ужаса ломило затекшую левую ногу. Если бы академик умел читать мысли, то, по мнению управляющего, в позе Грозящей Змеи, исполненной Папсиком, четко читался краб в бордовых пляжных шортах, но никак не изображаемое пресмыкающееся.
- Я… - начал искать потерянную нить монолога управляющий. – Я… Ах, да! Вспомнил! Завтра заезжие артисты дают шоу львов! Импортное! Очень интересное! У нас ведь такие чудовища не водятся! Вот я и подсуетился – достал господину билет на представление.
- Сердечно благодарю, – раскланялся Боб. – Но, знаете, наверное, воздержусь. Мне и местных акул достаточно, – показал на океан Боб.
- А я бы сходил. Если бы не работа, - вздохнул абориген и быстро перевел взгляд на Джарка, незаметно отпихнувшего кусок кокосовой скорлупы, прицепившейся к его носу.
Боб заметил пристальное внимание работника к зашевелившемуся тельцу песика и, приобняв управляющего за плечо, развернул того в пол-оборота. Стараясь перевести огонь жгучего любопытства на себя, академик широко улыбнулся и предложил:
- А, и сходите на своих львов!
- К-как? – не сразу понял управляющий.
- Ногами, – уточнил Боб.
- Но…
- Все равно сейчас в вашем отеле квартирую только я, – Боб еще немного развернул корпус управляющего. Так, чтобы тот не увидел, как неподвижное тело Джарка немного сдвинулось по направлению к щадящей тени, отбрасываемой небольшой кокосовой плантацией рядом.
- Да, отель пустует, – согласился управляющий. – Ничего не поделаешь – надвигается сезон дождей.
- Ну, вот и не волнуйтесь, – заверил его Боб. – Час-другой я без вас как-нибудь продержусь.
- Вы – благороднейший из людей! – загорелись глаза островитянина. – Я не видел отпуска с того момента, как моя сварливая мать лишь вытолкнув меня из своего чрева, приказала: «Иди работать, бездельник или останешься к ужину без груди!».
- Ни к чему слова благодарности, – забормотал польщенный Боб. – Ваш профессионализм достоин награды.
Пока двуногие купали друг друга в любезностях, Джарк успел полностью вползти в тень и даже нашел комок сырых водорослей, которыми прикрыл голову. Они хоть и противно пахли больницей, но как лекарство от зноя сошли.
Совершенно растаявший управляющий, получив неожиданный и очень щедрый подарок, чуть потянул Боба за локоть, приглашая уединиться для конфиденциальной беседы. И хотя вокруг во всех красках бушевала стихия дикой природы, Боб повиновался – чем дальше они отойдут от песика, тем лучше для всех. Бобу уже хватило того, что абориген смог застать его подбрасывающим скулящего Джарка.
Управляющий отвел Папсика к самой кромке океана, громогласно шепчущего лопающимися пузырьками пены, и близко наклонившись к его уху, сообщил:
- Не держите шипса у себя в бунгало. Эти твари – не те, за кого себя выдают. У нас весь остров от них уже пострадал.
- Шипсы? Простите, не припомню, – нахмурился Боб.
При всей своей начитанности, это слово он слышал впервые.
- Ваша собака, сшитая из разноцветных лоскутов. Не верьте ей! – горячо зашептал управляющий. – Они очень коварны, эти шипсы. Говорят не то, что думают.
- Моя собачка – это всего лишь игрушка, – поспешил заверить местного Папсик, которого от неожиданного разоблачения бросило в пот.
Нет, конечно, Джарк не был шипсом, но то, что управляющий узнал о том, что песик умеет разговаривать – гипотетически, это могло повлечь за собой большие неприятности в будущем.
- Игрушка? – напрягся управляющий. – Вам уже удалось изгнать из нее шипса? Но мне показалось, что в момент моего появления, он еще подавал признаки жизни. Он вас обманывает! Эти исчадия преисподней очень изворотливы! Давайте я принесу немного бензина. Демон сгорит, даже не успев выбраться из своего кокона! Так будет лучше, – уже не по-доброму лихорадочно заблестели глаза островитянина.
Впрочем, знобило не только его. Крупной барабанной дробью колотило и новоназванного шипса. Джарк, позабыв о предосторожностях, во все глаза таращился на хозяина – поддастся ли тот на уговоры? У песика был острейший слух, впрочем, как и зрение, и поэтому островитянин, утащивший Боба на берег океана, зря старался – Джарк слышал даже дыхание собеседников.