- Хр-р-р! Хр-р-р!
- Грюндя, – еще раз позвала Катарина и как следует толкнула свою подопечную в плечо.
- Руку сломаю, – пообещала громадина, не удосужившись даже открыть глаза, чтобы лицезреть того, кто так назойливо тормошит ее уже в течение часа.
- Ах, ты!.. – возмущенно пихнула ее Ката уже обеими руками. – Развалилась тут, да еще и командовать взялась!
- Две руки… Сломаю… - с трудом прошамкала великанша, продираясь к собеседнику сквозь липкую пелену бессознательного состояния. – Вырву с корнем…
- Все свидания проспишь, – пошла на хитрость Катарина, зная уязвимые места своего бойца в юбке.
- А? – подскочила Грюндя. – Кто этот несчастный? – спросонья выдала любимую шутку Борка громила.
- Да есть один мальчишечка, – захихикала Ката. – Из местных паренек.
- Из монстрюг энтих? – аж передернуло очнувшуюся, наконец, ловчую. – Не пойду! Раньше я только пауков боялась, теперь и этих недоделков стала. Может быть, потому, что у некоторых из них тоже, как у тех козявок, по куче лап из боков торчит? Фу! Хотя… – на полном серьезе задумалась Грюндя. - Если ему лишние руки-то пообрывать, может нормальный получится?
- Хорош, хорош! – засмеялась Катарина.
Грюндя протерла кулачищами глаза и осмотрелась:
- Это куда же нас занесло?
- Да вот и я гадаю, – пожала плечами Ката.
Для нее самой было большой неожиданностью вдруг очутиться в мире абсолютного спокойствия и тишины. Признаться, после того, как она увидела последние секунды жизни инженера-предателя, она никак не ожидала, что ей посчастливится вновь почувствовать свое тело. В целости и сохранности. Подтверждая ее мысли, Грюндя тоже внесла свою порцию размышлений:
- А я уж думала – всё! На фарш нас порубят!
- Умоляю! – болезненно сморщилась Катарина. – Давай лучше решим, как дальше действовать будем?
Грюндя поднялась во весь свой исполинский рост и огляделась:
- Ух, ты! Сколько еды!
Неподалеку от того места, где очутились агорианки, находилось огромное искрящееся светом, озеро, наполненное яйцами шипсов, почти такими же, как те, которыми в свое время приторговывал островитянин Суэкку.
Яйца крепко вмерзли в лед, простиравшийся по всей поверхности озера.
- Знакомая картина, – подтвердила свою внутреннюю догадку Катарина, уже как-то появлявшаяся в незнакомом месте одновременно с «бордрящим» морозцем и зудящим покалыванием по всему телу.
- И была сия картина акварелью в глухой сибирской деревушке, – вслух вспомнила недавнее приключение ловчая. – А значит нас с тобой, моя дорогая, пока мы вытирали кофточками пыль на вражьем мраморе, кто-то самым наглым образом заплазматрипил…
- Что? – затрубила Грюндя. – Пока я!.. Меня… В бессознательном состоянии!.. Затрипазанил! Да я щас… сама кого-то там… оттрепанирую! Возьмусь покрепче за маленький наглый череп и!...
- Стоп! – потребовала тишины Катарина, которая с момента знакомства с Грюндей не выносила живописного реализма в ее брани. – Твоя честь на месте, – объяснила она разошедшейся подопечной. – Нас просто перекинули в другой координатный квадрат.
- Ну, так бы сразу и сказала, – сразу успокоилась Грюндя. – Квадрат, так квадрат. Но мало ли? Нужно всегда быть настороже! Вдруг в кружок закинут! А как в треугольник попадем?
- Жми «Офф», Грюндя, – попросила Ката. – Я уже на полпути к белой пижамке с длинными рукавами, завязанными за спиной.
- Хорошо, жму, – отстала громила, которую сейчас больше интересовал продовольственный запас, вмерзший в странный водоем неподалеку.
- Грюндя! – предостерегла своего бойца Ката. – Мне кажется, что те шары для боулинга, которые ты так неистово пожираешь глазами, несъедобны.
- С чего это? – хмыкнула ловчая. – Съедобность имеет прямую зависимость от того, какую силу имеют твои челюсти. Ты только на них посмотри! Большие, сытные, калорийные яйца! – заохала Грюндя в унисон с заурчавшим животом.
- Мне калорийным нельзя злоупотреблять, – пошла на хитрость Ката. – И тебе, кстати, тоже.
- Большие, сытные, малокалорийные яйца! Так пойдет?
- Не пойдет. Чьи они? Кто их мама?
- Птичка их мама.
- А почему тогда яйца в воде?
- Потому, что от водоплавающей птички, – выкрутилась Грюндя. – Тебе сколько принести?
- Отставить, – приказала Ката и поднялась с холодного, крошащегося при каждом движении, окаменевшего коралла. – Тебе напомнить, что на данный момент мы в состоянии войны с маньяком, охотящимся за агорианцами?
Грюндя всплеснула руками и бессильно топнула ногой:
- Не порубали нас, так теперь с голодухи опухнем!
- Тебе уже дальше некуда пухнуть, – осадила подопечную Ката. – Лучше настройся на макрозрение. Будем осматривать вражескую территорию.