- Что за фокус?
- Это фокус?! – вне себя заорала Грюндя на начальство. – Это издевательство! Я сейчас выловлю тех уродов, которых повыбрасывала в озеро и головы им скручу! И чего было за эти бракованные яйца так биться-то?
Ката взяла из рук Грюнди яйцо и кулаком проверила скорлупу.
- Удивительная стойкость к внешним опасностям, – оценила защитные свойства яйца Ката. – Ни трещинки. Даже после твоих кувалд.
- Угу! Ни трещинки! Уж, я бы за трещинку-то зацепилась ноготочком! Мне что? – Мне хоть дырочку, хоть трещинку, – как в трансе бормотала ошалевшая от такого близкого и такого недосягаемого завтрако-обедо-ужина Гренадерша.
Приложив ухо к оболочке, Ката встряхнула яйцо, прислушиваясь, но неожиданно резко отшвырнула его от себя. Яйцо гулко стукнулось об окаменевший коралл, но, естественно, не пострадало.
- Ты что? – уставилась не нее Грюндя.
- Оно вдруг обожгло мне руки! После того, как я начала его трясти!
- Это же функция самоприготовления! – просияла Грюндя. – Взбалтывать до полного приготовления, а потом – бац! – и скорлупа раскалывается сама!
Не теряя драгоценного времени, она схватила в обе руки по яйцу и стала их неистово трясти. Скорлупа быстро нагрелась, и Грюнде пришлось собрать все свое терпение, чтобы продолжить начатый кулинарный экспромт.
- Всё, не могу больше! – закричала она и выронила раскалившиеся полуфабрикаты, которые чмякнувшись на каменный грунт, разошлись паутинками трещин.
- Да! Еда! – возопила Грюндя так, что с высокого купола грота сорвалась, не успевшая растаять, сосулька.
Ловчая подскочила к одному яйцу и попыталась очистить скорлупу. Но, как оказалось, запретный плод вовсе не собирался оказывать дальнейшего сопротивления. Напротив, прямо в руках у Гренадерши оболочка разошлась одним большим швом и в образовавшейся щели показались маленькие человеческие руки.
Грюндя икнула и быстро избавилась от продукта, секунду назад казавшегося ей таким лакомым решением личного продовольственного кризиса.
Ручки, измазанные липкой личиночной массой, проворно уперлись в створки скорлупы и раздвинули их. В просвете показался глаз.
- Человечачий! – затряслась Гренадерша. – Точно человечачий! А я его – в рот! С кожурой! Тьфу!
- Ты, что пыталась съесть яйца со скорлупой?
- Ну, да! – призналась ловчая. – Хорошо, что в рот не пролезали!
- Назад! – вдруг крикнула Катарина. – Он вылезает! Это что?.. – осеклась на полуслове она, разглядывая маленького уродца во всей своей красе. – Это монстреныш нашего «дядюшки» Шо!
Второе, нагретое Грюндей, яйцо тоже пришло в движение и, лопнув, открыло миру еще одного уродца.
- А-ну, держи! – Ката перекинула одну из «мармеладок» Грюнде. – А теперь отходим. Медленно и без нервов. Держи их в прицеле!
- Мама, роди меня обратно, – затрясся подбородок Грюнди.
Выбравшийся из своей кельи маленький затворник хищно осмотрелся по сторонам и не заметив никого, кроме рождающегося собрата, издал протяжный мяукающий зов. Не получив должного отклика, он вскочил на четвереньки и ощерился на агорианок.
- Какой развитый мальчик, – оценила полную самостоятельность новорожденного дженейра Ката.
- А почему ты думаешь, что это мальчик? – усомнилась Грюндя. – Вот по мне, так все младенцы на одно лицо.
- Я тебе про отличия мальчиков от девочек после объясню, ладно?
Младенец стал осторожно подкрадываться к ловчим, продолжая зловеще шипеть. Но его планы нарушил полувыклюнувшийся собрат, ухватившийся зубами за его ногу. Собрат явно превосходил брата по размерам и, как оказалось, агрессивности. Брызнула первая кровь.
Грюндя мешком свалилась к ногам Каты.
- Не сметь! – взвизгнула и без того перепуганная ловчая. – Еще мне с тобой возни не хватало!
Она стала лихорадочно хлопать себя по карманам – где-то лежал спрей на случай разгона обморочного тумана и прояснения мозгов. Один пшик – и хочется летать. Лишь бы быть подальше от этой перцовой морилки… Грюнде должно помочь.
Битва дженейриков была в самом разгаре. Ката старалась не смотреть на пугающее зрелище, однако визг младенцев и прыгающие силуэты, улавливаемые боковым зрением, держали ее в курсе разворачивающейся драмы.
Но что это? Превозмогая отвращение, ловчая взглянула за спины терзающих друг друга уродцев. Над озером поднимался пар! Кипящая вода – как в огромном чане – струилась миллионами пузырьков! Половина яиц на серебристой поверхности водоема подпрыгивала и плясала. На некоторых из них уже появились первые трещины. Ярость, охватившая дерущихся, разбудила других, до этого мирно спавших, дженейров.