— Понятно. Сейчас приеду.
Завершаю звонок и пишу сообщение юристу. Суды и претензии — его работа, пусть приезжает и разбирается. С официанткой вопрос решу сам, хотя и решать-то нечего. Выплачу этой криворукой компенсацию, оплачу больничный, и пусть катится на все четыре стороны.
Тянусь к брюкам, оставленным вчера на пуфе у кровати, а в голове почему-то возникает образ Леси.
«Да нет, не она! Не может быть! — уговариваю сам себя. — Не может один маленький человек столько косячить!»
— Ты куда, Жень? — Сонный голос Инги заставляет меня обернуться.
— На работу… — вздыхаю я и словно завороженный наблюдаю, как покачивается ее грудь, когда она привстает с кровати. — Решу вопрос и вернусь, продолжим с этого самого момента.
Инга что-то мурлычет, грациозно, словно кошка, потягивается в кровати и закутывается в одеяло. Понимает, как я на нее реагирую, и пользуется этим, сучка! Вчера мы с ней нехило так погуляли: сначала в клубе, потом полночи в постели...
Быстро одеваюсь, выхожу из квартиры Инги и отправляюсь в ресторан. Добираюсь быстро, без пробок, и паркуюсь около главного входа одновременно со «скорой».
— Ну что, Гончаров? — Бросаю беглый взгляд на себя в зеркало заднего вида. — Пойдем посмотрим, что там за важного гостя ошпарили.
Выбираюсь из машины и морщусь от воя сирены и мигалок. Суета и шум сильно привлекают внимание, и такими темпами минут через пять здесь соберется толпа зевак. Не хотелось бы поднимать шумиху из-за ошибок персонала. Уверенно иду к машине «скорой помощи» и вежливо прошу водителя отключить спецсигналы. К ресторану иду уже в тишине, но непонятное чувство беспокойства и тревоги все равно не отпускает.
Старею? Не справляюсь с эмоциями? Просто не люблю, когда ломают мои планы.
Сбавляю шаг и немного задерживаюсь у входа в ресторан. Делаю вид, что придирчиво осматриваю фасад, окна, а сам стараюсь нагнать на себя строгости и важности, ибо перед глазами до сих пор колышутся Ингины сиськи.
«Вот нахрена ей такие?! «Троечки» вполне было достаточно, но нет же... Гончаров! — ору на себя. — У тебя проблемы, а ты о бабах думаешь!»
Сдвигаю брови, прокашливаюсь и дергаю ручку двери. Кстати, стекла, и правда, помыть надо. Как только отпустим «скорую», дам Карине задание.
Захожу в ресторан, ищу взглядом Карину, попутно отмечая, что зал полупустой, и это мне только на руку. В углу, у столика за аркой, врачи склонились над мужчиной в сером костюме, а чуть в стороне я вижу рыжую макушку Карины. Не замечая ничего вокруг, она что-то выговаривает девице, сидящей на стуле у стены. Складываю два и два и делаю выводы, что мужчина —пострадавший клиент, а отчитывают сейчас ту самую криворукую официантку.
«Бывшую официантку!» — поправляю себя и иду к ним.
— Здравствуйте! — произношу громко, остановившись в арке.
Все сразу оборачиваются ко мне, но меня интересует лишь пострадавший. Хочу оценить клиента и понять, что ему нужно. А ему нужно, иначе он не стал бы требовать меня, а договорился бы с администратором. Деньги? Извинения? Бесплатное обслуживание?
— Евгений Гончаров, — представляюсь я и протягиваю руку. — С кем имею честь общаться?
— Петр Филимонов. — Мужчина жмет мою ладонь. — Меня ваша официантка облила томатным супом, вот.
Мне демонстрируют испорченные рубашку и брюки и ждут моей реакции. Только я сейчас смотрю совсем не на бурые пятна на одежде. Я пробегаюсь взглядом по столу и выдыхаю. Передо мной среднестатистический руководитель, любитель комплексных обедов.
— Все будет компенсировано, — чеканю я, — в том числе и вред здоровью. Еще есть вопросы?
— Нет… — тушуется пострадавший, — но...
— С минуты на минуту здесь появится юрист, и вы сможете изложить ему свои требования.
Всем видом показывая, что разговор завершен, поворачиваюсь к Карине. Теперь ее очередь получать нагоняй.
— Евгений Игоревич, ей плохо стало, и, кажется, у нее ушиб сильный. Ей бы в больницу, — опережает меня Карина и отходит.
— Ты?! — первое, что вырывается у меня, но я сразу же беру себя в руки. — Что случилось?
Мой голос звучит громко, строго, а без того бледная официантка от страха начинает сползать по стулу.