— Мне плевать, новая или старая! Что на ней за лапти?!
— Евгений Игоревич… — Карина отводит глаза. — Она сегодня попросила, в порядке исключения. Сказала, что ногу подвернула.
— И?.. — Я не вижу связи. — Пусть дома сидит, раз ходить не умеет! Повторяю: мы — элитный французский ресторан, и у официантов есть форма!
Прожигаю взглядом своего администратора. Стоит, мнется, пытается подобрать слова. Есть, что сказать? Ну давай, рискни! Скрестив руки на груди, я жду.
Карина понимает все правильно, но почему-то не уходит. Манерно заправляет за ухо рыжую кудряшку и ждет. Мне даже на минуту кажется, что она со мной флиртует.
«Сколько мы уже с ней? Третий год пошел».
— У тебя нет работы?
— Есть, Евгений Игоревич, сегодня двое официантов заболели, в зале накладки, и поэтому я попросила выйти новенькую.
«Зачем она это мне говорит? Не вижу связи, абсолютно! Официанты — это не моя головная боль. Если не хватает, всегда можно нанять в агентстве с почасовой оплатой».
— Карина, вопрос с официантами должен быть решен немедленно, и, как ты догадываешься, решать его буду не я.
Она кивает. Снова молчит.
— Тебе непонятно? Имидж, Карина! Для клиентов красивая картинка — это главное. Наши девочки должны вписываться в атмосферу, радовать глаз. Эстетика, Карина! Мы не шаурмой торгуем!
«Да кому я объясняю?!» — В сердцах срываю с себя галстук.
— Я все поняла, Евгений Игоревич. Отправлю ее домой.
Карина разворачивается и быстрым шагом направляется к двери.
— Я жду свой кофе! — кричу ей в спину.
— Через минуту все будет, — услужливо откликается она.
Я бросаю галстук на стоящий у окна стул и, засунув руки в карманы брюк, смотрю в окно. Из него открывается прекрасный вид на двор, и сейчас я наблюдаю интересную картину, я бы даже сказал, фантастическую: пока клиенты в зале ждут обслуживания ребята весело и беззаботно проводят время на свежем воздухе.
— Официантов, говоришь, не хватает?
Мысленно фиксирую каждого, а потом, подумав, решаю не разбираться, а наказать всех. Поэтому, когда Карина приносит мне кофе, я киваю в сторону окна и озвучиваю свое решение:
— Без премии все! Если будут спрашивать, почему, назовешь имена вот этих троих перетрудившихся!
Карина ставит чашку на стол, прищуривается и чуть наклоняется, открывая чудесный вид на декольте. Пока она внимательно рассматривает троицу, продолжающую курить и хихикать, я стараюсь оторвать взгляд от ее груди.
— У них первый перерыв за три с половиной часа… — начинает администратор, но я одним взглядом заставляю ее замолчать.
— Без премии! — повторяю с нажимом.
Карина больше не пытается возражать. Кивает, разворачивается на своих тоненьких каблучках и покидает кабинет.
Вот теперь можно работать!
Я сажусь в огромное кожаное кресло на колесиках и, ухватившись за кромку стола подъезжаю ближе. Взгляд снова возвращается к мутной лаковой столешнице, и я придирчиво рассматриваю жирные пятна и следы от тряпки и пальцев.
— Бр-р-р! — брезгливо передергиваю плечами.
Надо будет вызвать уборщицу и устроить ей разнос. Тянусь к телефону, но в последний момент решаю не делать этого. Вдыхаю аромат свежесваренного кофе, любуюсь прозрачной дымкой, поднимающейся над белоснежным фарфором, и время словно замедляется.
«Не сейчас. Позже».
Аккуратно цепляю тоненькую дужку и подношу чашку к губам. Делаю всего один глоток и расслабляюсь. Опираюсь спиной на спинку кресла, запрокидываю голову и прикрываю глаза.
«Не надо было идти сегодня в парк. Лишнее это, лишнее!»
Глава 3
Женя
Постепенно моя жизнь возвращается в прежнее русло. Работа, посиделки с друзьями и встречи с Ингой. Привычно, спокойно, пресно, но я не жалуюсь: лучше так, чем тратить три дня своей жизни, заталкивая поглубже всплывшую в душе муть. Слишком дорого мне обходится общение с Полиной, надо обрывать связи. Письма и редкие созвоны по работе, пожалуй, максимум, на что я согласен в ближайшие год-два.