Сергей вернулся из армии в отчий дом в девяностые, когда бандиты сюда еще не добрались, хотя места была живописные и относительно недалеко от крупного райцентра, всего километров пятьдесят. Полноводная река протекала мимо деревни, что приткнулась на ее берегу, раскинувшиеся бескрайние поля только и ждали, чтобы стальной плуг трактора коснулся ее и возделал вновь и вместо полевых трав заколосились бы крупные колосья пшеницы и других зерновых культур. Сергей помнил еще, как мальчишкой бегал по полям, играя с деревенскими ребятами и это четко отпечаталось в памяти, мечта звала и манила к себе и молодой человек твердо решил поступать в аграрный техникум, чтобы получить специальность агронома, но не успел - пришла пора отдать долг родине. Отдавать пришлось в горах Кавказа и Сергей сполна хлебнул солдатской доли, но выжил, приобретя жесткий взгляд и привычку резко реагировать на громкие звуки, над ним никто в селе не потешался - старики, прошедшие еще Великую Отечественную, хорошо понимали молодого парня, предлагая иногда выпить, но тот категорически отрицательно относился к алкоголю, хотя многие его товарищи спились, сломавшись психологически. Может быть Сергей сам был такой от природы, может еще что-то, но он, вернувшись в деревню, попытался вернуться к своей мечте выращивать хлеб для людей, как вдруг узнал, что техникум резко перепрофилировался на выпуск всевозможных менеджеров, а про агрономов там даже слышать не хотели, совхоз благополучно развалился, техника ржавела, стоя под открытым небом. Другой бы опустил руки и уехал бы из деревни, как поступали до него выросшие деревенские ребята, но Сергей был другим. Дураком, как его называли за спиной, но упертым дураком. Он пошел в сельсовет и взял землю в аренду с последующим выкупом, позанимав денег у знакомых, пообещав отдать, но тут грянул кризис и бумажки резко подешевели, превратившись в ничто, отдавать деньги было нужно и Сергею пришлось заложить построенный для него отцом дом. Он устроился дальнобойщиком, заработал неплохие деньги за три года, не заезжал домой месяцами, пока не умер батя и мать одна не справлялась с хозяйством. Средства были, договор аренды расторгнут не был и платить за него было нужно, все долги Сергей погасил и друзья снова стали друзьями, но деньги еще раз давать отказались и пришлось крутится самому. Парень не сдался, он поднял хозяйство, женился на соседской девушке, Катя оказалась не дуррой, не кричала по поводу нехватки денег, она всю жизнь прожила в селе и звезд с неба не хватала, понимая, что лучше синица в руках, а не журавль неизвестно где и не уехала как ее подружки за поиском лучшей жизни в Москву и другие крупные города. Она помогала мужу по хозяйству, тянула своих родителей, потому что родной брат забил на помощь и спился, но до этого пытался качать права, однако Сергей доступно ему объяснил, что он не прав и после этого брат исчез. Мать Кати затаила обиду на зятя, который обидел "ее дитятко", но ей простительно, все матери такие, даже в отморозке видят хорошего мальчика.
Они вдвоем поднимали хозяйство, обстановка в финансовом плане в стране стабилизировалась и семья взяла кредит. В это время умерла мать Сергея, муж тяжело пережил это, но не притронулся к бутылке, как сделали бы некоторые - у него перед глазами стояла четкая цель, в воображении колосился стебель пшеницы с крупными зернами. Семья работала, Сергей выкупил старый трактор, который отдали за бесценок, также как и землю - совхоз числился номинально и восстанавливать его председатель с бухгалтером вообще не собирались - они пытались жить на аренду, сдавая гаражи частникам, но это не возымело успеха - слишком далеко и предложение Сергея было им как раз кстати. А потом рядом с деревней стали строить дорогу и председателю неожиданно поступили многочисленные предложения от частников о строительстве кафе, сервисов и площадок для отдыха дальнобойщиков на территории его совхоза и он тут же согласился. Лишь земля была никому не нужна и это устраивало Сергея.
Свой первый крупный урожай он получил в тот же год, когда запахал и засеял поле. Каково же было его удивление, когда выяснилось, что пшеница идет по три рубля за килограмм, а некоторые перекупы предлагали и того меньше. Фермера такое подход не устроил совершенно и он решил печь свой хлеб, а для этого нужно было оформить частное предпринимательство и платить налоги, ведь до этого он вроде как сеял и пахал от совхоза, а председатель потом подделывал документы, короче, химичил. Катя вздохнула, но ничего не сказал и муж отправил ее учиться налоговому учету и бухгалтерии, благо в свое время она была отличницей в школе и два плюс два могла сложить верно. Получив диплом, супруги, пройдя несколько кругов бюрократического ада, смогли получить долгожданный сертификат предпринимателя и занялись бизнесом. Сначала денег не хватало, банки требовали возврата кредита, налоговики тоже слали депеши, санэпиднадзор появился только раз и, запачкав свои новенькие туфли в деревенской грязи, спешно отбыл в райцентр и тоже слал депеши. Сергей держался, трудился в поте лица, пшеница колосилась, жена обзавелась интернетом и посоветовала поучаствовать в государственной программе поддержки фермерства, что семья и сделала. На время товарищи из органов отстали, но потом вернулись, совершенно не давая выплыть на поверхность малому предпринимателю, топя его по всем фронтам, но Сергей еще бултыхался. Он открыл свой магазин выпечки, нанял деревенских женщин, сидящих без работы, зарплата была небольшой, но лучше эта, чем жить впроголодь, он старался помочь и себе и другим. Предприятие развивалось, теперь у Сергея было уже три трактора, свой гараж, пекарня и два магазина, часть товара он реализовал на трассе. И еще были завистливые взгляды от пьянчуг, которые показывали пальцем в спину фермеру, заявляя, вот мол, богач, а нас на работу не берет и денег в долг дать не хочет, одно слово - жид. Сергею было пофиг на такие разговоры, главное чтобы не пакостили, на это у них ума хватит.
А потом кто-то из правительства райцентра решил, что надо на полях, где растет пшеница, на берегу реки, откуда открывается живописный вид, построить коттеджный поселок. Дорогу до города сделали ровную и хорошую, скоростная трасса позволяла преодолеть пятьдесят км за полчаса и желающих жить в экологически чистом районе оказалось очень много. И вот тут для деревни и Сергея начался натуральный Ад.
Всех пьянчуг быстро переселили из района, выдав им по конуре в специально для этих целей построенном доме, все же менеджеры подсчитали, что квадратные метры в одном доме для всей деревни будут дешевле, чем будущие построенные квадратные метры в коттеджах и прибыль превысит затраты многократно, так что мнение коренных жителей никого не интересовало. Только один Сергей, который вцепился в свое поле руками и ногами, никак не давал согласия на продажу земли, ведь она принадлежала ему. Сначала приехавшие молодые улыбчивые люди предлагали крупные суммы за продажу поля и бизнеса, но деревенский дурак уперся. Жена молчала, дети были маленькие и не понимали происходящего, а папа ничего не объяснял, но громко кричал на чужих дядек во дворе. Не получив согласия, власти применили административный ресурс - прислали множество комиссий, чтобы выявить недостатки в работе магазинов и пекарни. Сергей отбивался как мог, но если нужно до чего-то дое...тся, то власть это сделает обязательно - торговлю пришлось закрыть, персонал уволить, который тут же получил квартиры в том самом бомжатском доме и все соседи уехали, только семья дурака осталась в деревне на площади в два дома - своем и жены, у которой тоже родители умерли. Видя, что с фермером административными методами не справиться, так как он отказывался продавать землю, а пшенице дело не пришьешь, хотя наверное можно было его обвинить в неправильных методах выращивания, власть выдвинула свой последний аргумент - прессинг.
Почти каждый день стали приезжать джипы с хмурыми квадратными ребятами, которые однако за забор не лезли, но пакостить пытались. У Сергея была лицензия охотника и законно приобретенный карабин "Сайга", которым он и пугал бандитов, те вроде как кричали обидные слова, но потом уезжали и вот сейчас пожаловали вновь.