Боцман
Поздним вечером в начале июня, когда ещё не наступило время удушающей южной жары, тёплый ветерок ласково перебирал длинные густые волосы женщины лет сорока. Она сидела на скамейке перед своим домом и равнодушно слушала по телефону мамин голос, пересказывающий свежие сплетни. Сплетни никогда её не интересовали. В очередной раз поток информации, не закрепляясь в сознании, плыл мимо. И вдруг:
-Ты знаешь, Боцман умер… Рак…
Пустой поток информации превратился в боль. Боцман умер. Это не укладывалось в голове и не могло быть правдой. Тоненькая ниточка, соединявшая взрослую разумную женщину с непосредственной пятнадцатилетней девчонкой, вдруг порвалась.
Боцман умер. Для этой женщины новость не имела значения. Для пятнадцатилетней девочки это было важно. Она вернула её в прошлое. Туда, где до сих пор жила возможность быть настоящей: верить, любить, смеяться и грустить.
Поскорее закончив ненужный разговор, женщина машинально положила телефон в карман и погрузилась в воспоминания. Она думала, что уже давно позабыла всё. И вдруг из прошлого начали всплывать образы людей и событий, они заполонили комнату и звали её туда. Всё вокруг наполнилось звуками и запахами. Ничего не исчезло, хотя и утекло много бессмысленных лет. Всё по-прежнему было внутри и, оказывается, бережно хранилось услужливой памятью.
То лето как-то выделялось из всех других. Она успешно окончила девятый класс. Впереди долгожданные каникулы. Впервые она проводила их не в маленьком военном городке, а в деревне, где не так давно жили бабушка и дедушка. Они, один за другим, умерли несколько лет назад. Родители решили использовать дом для летнего отдыха, и девочка впервые уехала из привычной обстановки. Быть может, поэтому лето казалось волшебным. Первая мечта сбылась – она отдыхала в новом месте.
Вторая мечта тоже имелась. Пятнадцать лет. О чём могла мечтать девчонка в пятнадцать лет? Конечно о любви. Новое место и новые знакомства – всё это наполняло душу радостным предвкушением. И всё сбылось…
Жаркое лето стремительно вступало в свои права. Огромное озеро, на берегу которого расположилась небольшая деревенька, грелось в лучах солнца и манило на пляж. В этом году девочку впервые повезли на рынок и позволили выбрать купальник, шорты и футболку. Всё было в диковинку: раньше мама сама покупала одежду, не интересуясь и не спрашивая мнения дочери. Её мнение вообще никогда не бралось в расчёт. А тут – поездка на рынок, новый купальник, шорты и футболка. Её собственные, выбранные, и уже такие любимые.
Сорокалетняя женщина быстро вошла в дом, подошла к шкафу и, порывшись в самом дальнем углу, бережно извлекла короткие кокетливые джинсовые шортики с цветочным рисунком по низу. Вздохнула. Она уже никогда не наденет их. А тогда…
Тогда она гордилась своей безупречной юной фигуркой и немудрёным гардеробом, чувствуя себя не принцессой даже, а королевой. На неё оборачивались. Она же гордо шагала туда, куда ей хотелось: хоть гулять, хоть купаться. Больше всего она любила плавать и плескалась в озере целыми днями. Весь мир был у её ног.
Бабушкин и дедушкин дом, теперь ставший наследством, в тот год поделили на две части: папину и тётину. Так у неё появилась своя летняя комната. За стенкой жила папина сестра, её тётя, с семьёй. Двоюродная сестра, Ольга, была старше на три года. Брат, Лёшка, младше на год. Не то, чтобы они дружили, но немного общались, иногда ходили вместе купаться.
Однажды сестра пригласила её погулять вечером. Сердце ухнуло и замерло. Ещё одна мечта сбылась. Она так хотела подружиться с кем-нибудь. Одиноко возвращаясь по вечерам с пляжа, она замечала, как собираются разные ребята и, весело смеясь, уходят по дороге на окраину деревни с гитарами наперевес. Потом вдалеке у темнеющего леса, где кончаются бескрайние колхозные поля, долго мигал весёлый огонёк костра.
Навязываться она не умела. Познакомиться не получалось. На неё смотрели, но никто не начинал разговор первым. Сестра тоже уходила по вечерам, не глядя ей в глаза, или тайком. Уходила украдкой, и она понимала, что три года разницы сейчас очень важны. Ей пятнадцать, она малявка для восемнадцатилетних взрослых ребят. Она ещё не знала, что сестра боится раскрывать свою «взрослую» вредную привычку.
И вдруг:
-Наташ, хочешь пойти со мной вечером гулять?
-Хочу, но… мама, наверное, не разрешит, - она с трудом подбирала слова, а сердце рвалось из груди.
-Со мной разрешит, не боись, - Ольга ушла договариваться к её маме.
Мама всегда была добра и приветлива с чужими и, конечно, не отказала сестре.
Долгие часы до вечера она не находила себе места: мечтала и боялась. Думала, что надеть и понимала, что кроме этих новых шорт ничего красивого у неё нет. Боялась выдать своё нетерпение и радостное волнение маме.