Мама отчего-то не любила её радости и, считая их глупыми, запрещала. Сейчас нарваться на запрет было страшнее всего. Поэтому она, делая вид, что ничего особенного вечером не произойдёт и эта прогулка вообще её не интересует, сходила с ума от невозможности с кем-нибудь поделиться противоречивыми чувствами.
Теперь, спустя столько лет, она до сих пор часто видит один и тот же сон. Она должна пойти на ту самую прогулку и никак не может собраться: то одежду не найти, то уборка в комнате не сделана, то мама не пускает, то сестра куда-то пропала и не зашла за ней, то она опоздала. Это чувство бессилия и невозможности вырваться из невидимой паутины чужих запретов преследует теперь её всю жизнь. А тогда…
Тогда всё получилось. За полчаса до назначенного времени мама достала припрятанные по обыкновению «на чёрный день» новые джинсы и куртку. Она, счастливая, под завистливые взгляды сестры, накинувшей бабушкину фуфайку, вышла «в свет»! И какой же это был «чёрный день»! Светлее и радостнее дня она не помнила до сих пор!
Деревенское «высшее общество» состояло из очень разных людей: это были и приезжие дачники и немногочисленные местные. Все расположились у костра, вели неспешные разговоры. Кто-то глубокомысленно молчал. Она же украдкой рассматривала и жадно впитывала новую и такую желанную информацию.
Вот нагловатая полная девица, с таким же, как у неё, именем, всё время крутится перед лицом и никак не усядется на одном месте. Как странно - имя ей совсем не подходит. Девица вызывающе посмотрела на неё, такую непохожую на всех, презрительно фыркнула и стала заигрывать с худым и неуверенным парнем, по имени Лёша.
Вот рыжий мальчик постарше её года на два, душа компании, рот не закрывается. Его приветливость располагала и воодушевляла, но и сильно пугала отчего-то. Звали его Женя, и он сразу понравился ей, только признать это тогда она не смогла. Его весёлость и непосредственность испугали тем, что в её семье такое поведение непременно осудили бы.
Потом она обратила внимание на молчаливого и угрюмого парня в военной форме, заметно старше остальных. Этот был похож на отца. Она стала наблюдать за ним. Впрочем, наблюдать было нечего: парень много курил, задумчиво сидел в стороне, охотно выпивал и за весь вечер не проронил ни слова. Только иногда посмеивался, в знак того, видимо, что присутствует и понимает происходящее.
Она влюбилась. Ей непременно захотелось отогреть и расколдовать этого грустного человека. Загадочный парень, имени которого она в тот вечер так и не узнала, вдруг крепко запал в душу.
Ещё долго шумела весёлая компания: играли на гитаре, болтали, смеялись. Она будто через стекло наблюдала за всем этим, не участвуя, то ли по малолетству, то ли её не приняли за свою.
Сестра вернула её домой, как обещала маме, в десять, а сама ушла «догуливать». На душе было хорошо, как в сказке. Однако, с этого момента и начались её страдания. Безмятежная жизнь маленькой девочки закончилась.
Сестра больше не приглашала погулять и вообще посматривала с неприязнью, причин которой она понять не могла. Вроде бы ничего плохого не делала и не говорила. Однако путь в компанию, к которой теперь ей очень хотелось присоединиться, закрылся. Она томилась и металась в поисках выхода, не имея возможности поделиться ни с одной живой душой.
Выход нашёлся в лице двоюродного брата Лёшки и… велосипеда.
Да, да выручил её велосипед. В том повторяющемся сне велосипед до сих пор всегда неожиданно пропадает и не позволяет ей поехать на прогулку, растворяется как карета Золушки.
Надо сказать, что в свои пятнадцать она до сих пор не умела ездить на двухколёсном велосипеде. Тревожная мама не позволяла ей ничего из того, что могло быть опасным. Но теперь…
Теперь вдруг всё изменилось. Брат предложил ей прокатиться. Может, чтобы посмеяться над её неуклюжестью, ведь он знал, что она никогда не ездила на велосипеде. Он был тот ещё шутник. А может у него случился приступ доброты. Однако важно другое: она вдруг почувствовала, что велосипед может стать пропуском в другой мир, и неожиданно легко поехала, не упав. Окрылённая, умчалась от брата и пронеслась по всей деревне не в силах, да и не умея тормозить. Вернувшись назад, просто спрыгнула на всём ходу. Ну а ход по кочкам да ухабам их деревенской дорожки был невелик. Потому спрыгнула она довольно изящно, как ей показалось. Брат быстро осознал, что шутка не удалась и велосипед отобрал.