Выбрать главу

— Как «крыша» решит проблемы?

Маша наивно хлопала ресницами. Павел усмехнулся: вроде современная девушка, а дитя дитем, далека от реальной жизни, словно улитка на грядке, прозябает в своей психбольнице, заглядывая в рот всяким Алешковским, несущим бред про Зло, Сеятеля и Бойца… Ох, Маша Маша!

— «Крыша» решает все просто. К бандитам звонят люди, которые с ними контактируют из органов, и говорят, чтобы те не рыпались. А если они опять не понимают, этих «крутых бандитов» быстренько отстреливает взвод СОБРа или опера из ФСБ и победно объявляют на всю страну, что уничтожены опасные террористы, планировавшие взрывы и все такое… противозаконное… Все просто. Все знают про это. Странно, что ты не знаешь.

— А-а… — протянула Маша озадаченно.

— Что значит твое «а-а»?

— Теперь я тоже знаю. Как все.

В холл переговорного пункта уверенной походкой вошел молодой мужчина в легких светлых летних брюках и модной рубашке навыпуск. Мускулистый, подтянутый, с уверенным взглядом. Маша сразу поняла, что это и есть Игорь Соболев.

Увидев Павла, мужчина, покачивая рукой с дорогой борсеткой, обнажил в улыбке зубы, такие ослепительно-белые, что походили на знаменитый голливудский бренд. Маша поняла, что Игорь не далее как дня два назад основательно отбелил их в стоматологической клинике — такой белизны обычными зубными пастами не добьешься. Но все это временно. Скоро блеск поблекнет, и зубы приобретут нормальный, чуть желтоватый цвет от кофе, чая, коньяка и курева…

— Пашка! — вскричал Соболев.

— Игорек! — Павел тоже просиял.

Они обнялись.

— Каким ветром у нас?

— Да вот, отдыхаю. — Павел кивнул на Машу.

— С тобой?

Соболев-старший дружелюбно окинул Машу взглядом, и она поняла, что понравилась ему.

— Игорь! — Он протянул ей руку для пожатия.

Маша сконфузилась — не принято обмениваться рукопожатиями женщине и мужчине.

— Маша. — Совсем застеснявшись, она пожала его сильную ладонь.

— Поехали, в парк прокатимся, — обернувшись к Павлу, сказал Соболев. Посмотрев на Машу, добавил: — Там пруд, прохлада, мороженое. — И завершил, снова глядя на Павла: — Там и поговорим.

Они вышли на улицу. У высокого ступенчатого крыльца переговорного пункта стоял с открытой дверцей черный «мерседес» старой модели. За рулем машины сидел бритоголовый малый с сердитой физиономией.

— Твоя? — спросил Павел.

— Моя. И шофер мой, — с долей гордости отозвался Соболев.

— Завидую. Я все пешком хожу, никак на машину не накоплю.

— Честный мент никогда не купит себе дорогой машины! — засмеявшись, сказал Игорь.

— А в кредит?

— Не бери машину в кредит. Сам кредитами не балуюсь и тебе не советую!

— Что ж, зная твоего брата, скажу, что в отношении кредитов ты прав. Но у наших в управлении почти у всех есть колеса, и машинки новые, с наворотами, из дорогих автосалонов.

— Разве они честные, коллеги с крутыми машинами? — спросил Соболев.

— Разве нет? — спросил в ответ Павел.

— Тебе знать. Ты с ними работаешь…

✽ ✽ ✽

Городской парк имел несколько обычных для всех российских парков отдыха «злачных мест»: тир, будку фотографа, аллею с лавочками, по которой приятно прогуляться, и несколько кафе с шашлыком, пиццей и пивом.

Кафе, которое рекомендовал Игорь Соболев, располагалось у живописного пруда. На этом пруду жили дикие утки — отдыхающие любили их подкармливать. Утки являлись местной достопримечательностью, и в местных теленовостях постоянно показывали, как юные горожане под присмотром счастливых родителей кормят птиц хлебом. Эдакий бренд респектабельной жизни местного разлива.

Машу оставили есть шоколадное мороженое и пить коктейль за столиком, под ветвями корявого клена, дающего прохладу, а Павел и Соболев-старший спустились к пруду. Людей сейчас на берегу не было из-за жары, а утки плескались и даже принялись кормиться, когда Игорь достал из своего кармана мятую булочку и начал кидать им кусочки в воду.

— На этом можно заработать, — сказал Павел.

— А? — не понял Игорь.

— Продавать в парке отдыхающим корм для уток…

— О-о… Х-хм… Ты же не об этом хотел поговорить.