Только очень зря он забыл обо мне, вдобавок оставив меня позади.
В такой ситуации было уже не до игр в приличную леди или чистокровного человека. Я наклонилась, сгребла толстый змеиный хвост, благодаря которому наг держался вертикально, и как следует размахнулась.
Глаза внезапно взмывшего в воздух нага надо было видеть. Вряд ли он когда-нибудь мог подумать, что его запросто подкинет какая-то греладская девица. Я, по правде говоря, тоже от себя такого не ожидала. Наг-то, тем более в доспехах, весит побольше обычного человеческого мужчины… Наверное, страх придал мне сил.
Описав дугу, убийца врезался головой в стену и мгновенно обмяк. Я не стала удерживать его хвост в руках, так что наг брякнулся на пол, распластав руки.
Глаза воззрившегося на меня Шано, пожалуй, были даже круглее, чем у его внезапно научившегося летать противника.
– Ты что за магию использовала? – ошалело спросил он.
– Я просто растерялась, – честно ответила я.
– Что здесь… – раздалось за спиной.
Я резко обернулась, жалея, что любимая сковородка осталась в комнате и мне нечем встретить нового врага. Но это был всего лишь Элент, примчавшийся на шум из холла.
У него глаза не расширились. Они, конечно, были красивыми, такими голубыми-голубыми, какие встречаются только у эльфов, но немного раскосыми, опять же как у многих из этого волшебного народа. Умеют ли круглеть такие глаза-миндали? Фьёрт его знает. Жених, по-моему, вообще не удивился, узрев эту дикую сцену.
– Атака! – заорал он вместо того, чтобы поинтересоваться, цела ли его невеста. – Все к погребу!
Дом, до этого погруженный в мертвую тишину, вдруг наполнился грохотом и звоном металла. Наг, с которым мы столкнулись в коридоре, явно пришел не в одиночку.
Шано кинулся мимо меня, спеша на первый этаж. Единственный маг в отряде, он был необходим там, где горячее всего. Элент, обнажив меч, коротко мне бросил:
– Запрись в своей комнате, – и тоже умчался вниз.
С одной стороны, обидно немного за такое равнодушие к моей персоне. С другой… Что там сказал Шано? Что в погребе сидит кто-то очень страшный и вылезать ему оттуда не стоит?
Что ж, пришел тот момент, когда надо послушаться няни и предоставить мужчинам самим позаботиться о решении проблем. А пока они этим занимаются, самое время мне удрать из поместья, прихватив Минда и Даницу. В разгаре драки пропажи никто не хватится, а нам лучше оказаться как можно дальше от этого безумия.
Глава 4
Я рванула к своей спальне, игнорируя доносящиеся снизу вопли и ругательства на греладском и шипящем языке ханассцев. Дернула на себя дверь – и чуть не напоролась на вязальные спицы няни.
Ее глаза сверкали в темноте. Я сдавленно выбранилась, отступив на шаг назад, но она уже и сама убрала импровизированное оружие, затем втянула меня внутрь, захлопнула дверь и тут же подперла ее сундуком.
– Что за вопли? Нашествие осьминогов среди ночи? – мрачно поинтересовалась няня.
– Не поверишь. Нагов.
– Ох! Плохи наши дела.
– Дела Элента, – поправила я. – Мне удалось вырубить одного, ну а дальше его воины сами справятся. Не зря же королевский герб носят? Хватай самое важное, это наш шанс сбежать отсюда.
Однако нянюшка не торопилась.
– Что тут нагам-то делать? Их отродясь в степи не было!
– Сейчас притащу тебе одного, вот и будешь сидеть и выспрашивать у него за чашечкой чая, – не вытерпела я. – Вперед! Сколько их здесь, неизвестно. Если людей Элента перебьют, то и за нас примутся.
– А если наги окружили поместье и обстреляют нас из луков?
– Значит, умрем быстрой смертью вместо медленной! – огрызнулась я. – Ты идешь или нет?
– Ну и как мы отсюда выберемся? – Даница предприняла последнюю попытку меня образумить. – Весь шум снизу идет.
– Поэтому мы выйдем через окно, – отрезала я и, не желая тратить время на дальнейшие споры, сорвала с постели простыню.
Запастись веревками заранее мне в голову как-то не приходило, а прыгать с высоты второго этажа, учитывая высокие потолки, было опасно. Простыни тоже не хватало. Треска сдернутой занавески в шуме схватки все равно никто не услышал бы, поэтому я не стеснялась. Из двух полотен, связанных между собой и примотанных к старой, тяжелой кровати, получился вполне себе «канат».