После появления гравиков деревни вздохнули свободнее. Город сам приезжал к ним за продуктами и делал это регулярно. Ходили слухи, что мокрёнок из Бродяг дарит деревне помощника, работающего на энергии, если деревня сможет доказать, что они чего-то стоят. Какие используются руны никто не знал, но его можно было зарядить в городе возле тотема. Каждый населенный пункт приглашал к себе Малька и из кожи вон лез чтобы заслужить доверие. Они видели, что творит этот помощник дроид. Этот истукан точно и безостановочно выполнял любую работу в поле. Лето было в разгаре и работы всегда было много, только рук не хватало. Городские привезли зерно ещё зимой и деревни взяли его с запасом. А потом оказалось, что это вовсе не подарок и с них потребовали отчитаться сколько они собираются засеять. Пришлось говорить, что засеют всё, что взяли, как объяснить, что это был запас? Никто же не ожидал, что дадут именно столько сколько и запросили. И приходилось работать за себя и за того парня, что не вернулся из плена или погиб в бою. Так вот, этот помощник мог целый месяц не вылазить с поля. Потом пришлось бы везти его в город на целый день, но это того стоило.
Малёк пока никому не сказал, что реакторов для подзарядки ещё нет. Но пятерых дроидов уже подарил. Он не стал тратить время на поиск и демонтаж реакторов с кораблей. Найдя в каталоге, доступном для него, небольшую модель, используемую как резервный источник питания для небольшого поселка и посовещавшись с Буодин решил взяться за изготовление. Изучив базу, бытовой корабельный электрик первого ранга, он немного понял, что может дальше потребоваться от реактора и сразу включил в проект нужное количество выходов. Это было не сложно сделать, главное выбирать из малознакомых понятий те, в которых более-менее разобрался. Как он понял, модернизация не сложная штука. Первый генератор Буодин обещала закончить в течении двух месяцев, а пока можно заряжать дроидов-фермеров от катера. Главное, чтобы вовремя предупреждали о необходимости зарядки. Он знал, что придётся основательно помотаться.
Плюх заинтересовался фразой «мелкое производство» в описании отсека на одной из технических палуб линкора и вытянул оттуда несколько производственных линий. Одна из них – это десятиметровый станок полного цикла обработки материалов, принимал концентрат и гранулы, а на выходе давал любую деталь не сложнее двенадцатого уровня сложности и третьей размерности. Про уровень сложности и размерность Плюх пропустил мимо ушей. Ведь ещё были те самые заветные одиннадцать или даже двенадцать, вдруг они двенадцатый тоже имели ввиду. А про размер стало понятно, когда он верстак, ну или как он тут назывался, увидел. Так бы сразу и сказали, что не больше три на полтора. В итоге оказалось, что станок, хоть и медленно, но мог изготовить практически любую деталь. Куча инструментов крутилась вокруг детали и потихоньку ковыряла нужную конфигурацию. Волновой преобразователь структуры делал свою грязную работу и деталь получалась блестящей и где нужно закаленной. Сначала Плюх возмущался, что закаляется не вся деталь, а потом стал понимать, что это не совсем хорошо, как с мечами, в некоторых местах закалка даже вредна. Уж в кузнечном-то деле он понимал, не сразу сообразил, что это более продвинутая кузница, но потом в голове всё уложилось и стало проще. А в композитные материалы, он просто влюбился. И легче, и прочнее…
Плюх взялся за грандиозный проект восстановления линкора. Он совместил схему линкора, с объемной моделью сформированной по результатам обследования и пришел к выводу, что это возможно. Повреждения не более двадцати процентов, но это не особо важно. Из них на корпус приходилось всего шесть процентов, вот с корпуса он и хотел начать. Самое сложное было подогнать обломки и выставить их относительно друг друга, дальше в дело вступала педантичность подгорцев. Собрать корпус из кусков брони, повсюду разбросанных в неимоверном количестве, особого труда не требовало, нужна лишь усидчивость и куча свободного времени. И то, и другое у подгорца было в избытке.
Длина линкора класса защитник была чуть больше четырех километров и его развалили на три неравных куска внутренние взрывы очень большой мощности. Разнонаправленные силы разорвали уже мертвый корабль. Более мелкие попадания разворотили всё, что пыталось огрызаться автоматически. Мало кто пережил самые серьезные попадания и их в дальнейшем убило безвоздушное пространство или абордажная команда, методично зачищающая линкор. Обломкам не дали улететь далеко друг от друга, их просто сводили в кучу, чтобы не мешались. Так что всё, что принадлежало линкору, находилось на площади семи километров в округе.