Айвен пропустила сказанное им мимо ушей и сразу же решила перейти к делу:
— Мне нужна твоя помощь.
Кайрин вопросительно вздернул бровь, но его лицо приобрело задумчиво-невнимательный вид.
— Для тебя — все, что угодно, но я не летаю в дождь. — Покачал головой он.
Пару раз Айвен просила юношу доставить ее лечебные снадобья в деревню, до которой идти пешком было долго и бессмысленно, учитывая, что есть возможность использовать такого вот «посыльного». Раньше она всегда оставляла их в давно обговоренном тайнике, и теперь то, что их приносил гладко выбритый мужчина, способный обращаться угольно-черным соколом, бесспорно оставалось скрыто от посторонних глаз.
— Нет, я хотела попросить не об этом. — Сказала девушка, — Ты же слышал о принцессе, которую похитили по приказу моего отца и Харва?
— Ты мне сама же об этом и говорила. — Кивнул Кайрин, — Она что, уже здесь?
— Да. Умнус доставил ее за десять дней. Невиданная скорость.
— Представляю, как они ее напугали. — Протянул Кайрин, поднимаясь.
Он оказался так близко, что они с Айвен едва не касались друг друга плечами. Девушке захотелось приблизиться и отодвинуться одновременно. И все же она не сдвинулась с места, сосредоточившись на серых глазах Кайрина.
— Настолько, что она не хочет меня видеть и называет дикаркой. Я могла бы, конечно, это вытерпеть, но никто не знает, сколько еще мне предстоит жить с ней в одной палатке.
— И ты хочешь, чтобы я… — Принялся строить догадку юноша.
— Помоги мне наладить с ней общение. Или хотя бы сам влезь к ней в доверие. К тебе она точно будет благосклонней. — Выпалила Айвен.
— Если только из-за того, что я не выгляжу, как один из вас. А вообще-то с детьми я не слишком лажу.
— Покажи ей себя с хорошей стороны, и она доверится тебе. — Посоветовала Айвен.
— Была бы еще эта хорошая сторона… — Усмехнулся Кайрин, ища взглядом свой камзол.
Он сам догадался, что его стоило надеть, чтобы принцесса поверила в то, что Кайрин — не очередной житель Алага, которого просто так притащила с собой Айвен, пытаясь втереться к ней в доверие. Хоть по виду юноши и было понятно, что он родился и вырос не здесь, сейчас на нем была просторная рубашка из тех, которые носили все мужчины здесь. Она была сильно широка ему в плечах и сидела, как на корове седло. Айвен находила это забавным и каждый раз ухмылялась видя, как Кайрин мучается с ней, пытаясь хоть как-то подогнать под себя. Его собственную рубашку пришлось выкинуть из-за многочисленных дыр и давно засохших пятен крови.
А вот камзолы Кайрину шли. Сейчас он предстал перед Айвен во всей своей важности, хоть и на его лице светилась глупая улыбка. Парень застегнул его на все пуговицы, чтобы прикрыть чужую рубашку, и с озадаченным видом повернулся к Айвен:
— Я не гарантирую, что смогу наладить с ней контакт. Да и с чего мы взяли, что она станет общаться с кем-то из нас, после всего, что с ней сделал ваш Умнус?
— Вообще-то, он не причинил ей никакого вреда!
— Поверь мне, как человеку, не живущему здесь постоянно: девчонке причинил вред один только его вид!
Айвен стиснула челюсти, признавая, что в чем-то Кайрин был прав. Естественно, говорить об этом вслух она не собиралась.
— Ладно, веди меня к ней. — Кайрин откинул свою черную как смоль челку назад, проводя по ней пятерней.
Пока они бежали под дождем по деревне, Айвен подметила, что вид у Кайрина был довольно презентабельный. У нее сложилось впечатление, что его аристократичность нельзя было вытравить ничем — он с ней родился, с ней и умрет. Даже с намокшими волосами и забрызганными грязью сапогами он выглядел, как настоящий принц. Вот кому надо было становиться королем!
Айвен поскользнулась в грязи и замахала руками, чтобы удержать равновесие. Опять ее чертовы мысли! Снова она отвлеклась, и снова на Кайрина, и теперь возможность растянуться на земле, да еще и в грязной луже, была вполне реальной.
Рука Кайрина стремительно схватила ее за запястье и потянула на себя, не давая девушке упасть. Вот только теперь, когда их лица были слишком близко, Айвен поняла, что лучше было бы упасть в грязь. Ее щеки вспыхнули от смущения, и, скорее всего, даже сквозь дождь было видно этот румянец, а вот заметил ли его Кайрин — это уже другой вопрос.
Он улыбнулся, отпуская ее руку, отчего девушка испытала неподдельное облегчение. По лицу Кайрина, словно слезы, катились дождевые капли, а волосы прилипли ко лбу.
— Тебе не идет быть таким прилизанным. — Желая смахнуть эту пелену смущения и неловкости, сказала Айвен, резким движением взъерошив парню волосы.
— Это из-за тебя я мокну здесь! — Недовольно заявил Кайрин.
Айвен оставила его позади и почти не слышала сказанных им слов, уже заходя в жилище принцессы.
Девочка все также вжималась в угол, только на этот раз ее испуганные глаза сразу же впились в Айвен, а не в стену.
— Ты же не думала, что я ушла насовсем? — Айвен нагло зашла в дом, вальяжно разглядывая пространство. Ей снова стало жарко, хоть и несколько мгновений назад под дождем было холодно.
Принцесса отвела взгляд, и теперь ее глаза сверлили земляной пол.
— Я привела человека, который очень хотел с тобой познакомиться. — Осторожно сообщила девушка, опасаясь даже звучания собственного голоса в этой напряженной тишине.
Не дожидаясь ответа девочки, она открыла тяжелую занавеску и впустила Кайрина внутрь, заметив, что его волосы снова были прилизаны, и теперь глаза принцессы вонзились уже в него. Даже от одного только отсутствия постоянного внимания девчонки Айвен уже стало легче.
Несколько мгновений Кайрин с принцессой изучали друг друга, и только потом неестественно бесцветный голос девочки вспорол тишину:
— Ты не из этих. — Кивком головы она указала на Айвен.
Девушке стало немного неприятно из-за такого отношения, но она не подала вида, да и вовсе решила отдать бразды правления этой «приятнейшей беседой» с принцессой в руки Кайрина.
— Правильно. — Согласился юноша, — Потому что я здесь на тех же правах, что и ты.
В душе Айвен что-то оборвалось, но она поспешила успокоить себя — Кайрин просто врет, чтобы втереться в доверие к девочке. Он же не может на самом деле считать себя заложником, его же никто не похищал!
«Глупая, глупая Айвен, забудь об этом! Да, он согласился ехать с тобой, но не из-за того, что ты его заставила, и не из-за того, что он любит тебя. Просто из благодарности» — убеждала она себя, но хотела ли она в это верить?
— Тебя не похитили. Ты врешь. — Заявила девчонка, отвернувшись.
Кайрин сделал несмелый шаг вперед.
— С чего ты взяла, что меня не могли похитить?
Принцесса снова одарила его своим уставшим взглядом. Она притянула колени к груди и обняла их руками, будто бы пытаясь уменьшиться и спрятаться ото всех проблем.
— Во-первых — кто ты такой, чтобы тебя похищать? — Принялась рассуждать она, — А во-вторых — ты, по-моему, в состоянии защититься.
— Тогда что, по-твоему, я делаю здесь, если меня не похитили? Это место не слишком напоминает курорт.
Эти слова звучали так убедительно, будто Кайрин и в самом деле просто озвучивал свои мысли. А вдруг ему действительно в тягость жить здесь, и он просто терпит и ждет подходящего момента, чтобы уехать и не обидеть Айвен?
Ох, как же она не хотела его отпускать! Без Кайрина жизнь Айвен будет просто бесцветным существованием и бесцельной борьбой с этими традициями и устоями. Она не сможет бороться вечно. Когда-то она сдастся натиску отца и остепенится, став такой же, как все остальные женщины в провинции — безропотной рабыней своего мужа.
Она должна была быть благодарной Кайрину уже за то, что он хотя бы подарил ей что-то, чего никогда не было у остальных девушек Алага — смелости мечтать о большем — но Айвен не могла. Она хотела, чтобы ее «мечта о большем» стала реальностью.
Как же она хотела, чтобы он любил ее!
Но разве он способен на это? Еще давно Кайрин признался, что всегда причинял людям только боль, и, похоже, Айвен была следующей в этой очереди. Да и как можно ее полюбить, даже если и способен на это? Ее — некрасивую мужеподобную дикарку с широченными плечами, резкими скулами, горбатым носом и извечными лохмами вместо волос?