Распахнув глаза, Тарварра не увидела перед собой ничего. Потому что в ее комнате еще властвовала ночная темнота, и из-за облаков не видно было даже блеклого лунного света. Девушка уставилась в потолок, прислушиваясь к звукам вокруг нее. Ничего, абсолютная, мертвая тишина. Тогда что же ее разбудило?
Тарварра никогда не просыпалась просто так, хоть и всю жизнь, сколько она себя помнила, спала очень чутко. Может, это из-за той магии, что отныне была заключена в ее теле? Нет, это бред.
И все же девушка села на своем диване, придирчиво вглядываясь в темноту. По стенам ее комнаты сползали ночные тени от звездных отблесков, пробивающихся сквозь тучи, но они не двигались. Здесь никого не было — ни единой живой души, кроме нее самой. Тарварра хрипло вздохнула, снова ложась на прежнее место. Такой невероятно усталости, как с вечера, она уже не чувствовала, но это не значило, что ей стало лучше.
Теперь Тарварре было душно, она словно задыхалась, хоть и прекрасно понимала, что в замке не могло быть жарко — каменные стены обеспечивали постоянную прохладу. Девушка стерла со лба капли пота и сделала несколько хриплых вдохов. Тарварре казалось, что она стала рыбой, попавшей на берег. Девушка жадно хватала воздух ртом, но не могла надышаться. Ее легкие будто сдавило тисками, и воздух банально до них не доходил. Порывистые вздохи девушки походили на предсмертные хрипы, и она прекрасно это понимала.
Мысли о смерти ворвались в ее разум, как вода, попавшая в костер.
Неужели это и вправду случится?
Тарварра была готова рвать на себе волосы, причинить себе любую боль, лишь бы остаться в живых. Но она не могла дышать, и у нее оставалось все меньше времени, чтобы что-то придумать.
А потом все утихло. Так внезапно, что Тарварра было подумала, что уже умерла, оттого и испытала такое резкое облегчение. Но нет — перед ней все еще был потолок ее комнаты, а голова все еще чувствовала небольшую подушку из гладкого шелка.
И все же не все было так прекрасно — странное чувство жжения никуда не делось, просто теперь оно поселилось в груди девушки и будто сжимало ее сердце. И это было больно. Тарварра попробовала осторожно вздохнуть и сесть на постели. Когда у нее получилось сделать это почти безболезненно, она аккуратно прислонилась к спинке дивана и замерла, поняв, что с ней происходит.
Эта боль… ничто иное, как чистая магия. Магия, что сейчас превратилась в огненный шар внутри Тарварры и требовала выхода. Девушка приложила свою дрожащую руку к груди и почувствовала биение напуганного сердца.
Нет, она не могла почувствовать магию рукой, она могла ощутить ее лишь разумом, что Тарварра и сделала. Закрыв глаза, девушка попыталась отыскать внутри себя этот сгусток магии и отделить его от собственной души. Нужно было выпустить эту силу, попробовать освободить ее и дать ей то, чего она хотела.
Тарварра боялась, что ее может испепелить собственная магия. И все же она сделала это — распахнула ворота своей души и вытолкнула из них всю ту силу, что так настойчиво требовала свободы.
Ей было так страшно открывать глаза, что девушка наоборот еще сильнее зажмурилась и сразу же обозлилась на себя за эту трусость. Распахнув глаза, Тарварра не увидела никакого ослепляющего света, поглотившего ее комнату. Она вообще не увидела свою комнату.
Тарварра мгновенно сочла себя сумасшедшей, потому что перед ее взглядом простирался военный палаточный лагерь. Под покровом ночи в какой-то низине от порывов ветра хлопали брезентовые стены временных солдатских жилищ, но здесь царила такая тишина, словно не было ни одной живой души. Кроме Тарварры, наблюдающей за этой пустотой в ночной тьме, лишенной даже капли лунного света из-за непроглядных туч.
Это был сон? Но ведь Тарварра не спала. Нет, она точно сошла с ума.
Девушка захотела повернуть голову, чтобы посмотреть, что было позади нее, но не смогла. Если это было ее видение, то почему ее тело не подчинялось ей? В приступе какой-то паники девушка попыталась пошевелить рукой и снова тщетно. В своем видении она по-прежнему исступленно вглядывалась вдаль, но теперь Тарварра уже пыталась подмечать детали.
Лагерь был жилым, просто сейчас все крепко спали, погасив все до единой лампы и свечи. Где-то вдалеке выл ветер, но Тарварра его не чувствовала — похоже, ее видение было не подразумевало никаких ощущений, кроме слуховых и зрительных.
И как раз сейчас девушка услышала еще что-то. Шаги. Кто-то подходил к ней сзади, шурша ногами по высокой траве. Подождав где-то с секунду, тело Тарварры повернулось к гостю, хотя девушка не отдавала ему такого приказа.
Только сейчас до Многоликой дошло — это была не она. Она видела то, что сейчас своими, настоящими глазами видел кто-то другой.
— Не поверю, что тебе не спится. — Сказал подошедший мужчина в доспехах.
Он был намного выше того человека, глазами которого Тарварра видела происходящее.
— Так и есть. — Ответил голос этой самой невысокой девушки.
Он был таким знакомым!
Это Данга, сомнений и быть не могло. Тарварра ни за что бы не забыла ее голос, тем более за такой непродолжительный срок, что прошел с того дня, как бывшая королева «пропала». Девушка не сомневалась, что эта мерзавка сбежала, замыслив что-то, чтобы пробраться к трону, и теперь она своими глазами видела доказательство своей правоты. Данга была на свободе и, уж точно — по своей воле.
— Не помню времен, чтобы тебе не спалось. — Мужчина остановился по правую руку от Данги и тоже устремил взгляд вдаль.
— А я не помню, когда в последний раз оказывалась в такой заднице! — Гневно передернула Данга.
Тарварра мысленно обрадовалась. Она и не сомневалась, что что бы не задумала эта пустышка, ее затея с треском провалится. Но Данга была из тех мелких собачонок, кто тявкает до последнего и пытается когтями выцарапать победу уже в давно проигранном бою. Уважать ли ее за это — вопрос, на который Тарварра не собиралась отвечать.
— Эта никчемная Многоликая облапошила меня, как глупую девчонку! — Продолжила Данга, — Хотя, похоже, я ей и являюсь, раз решила спрятать камень в сундук! И почему я такая дура!?
«Хороший вопрос» — усмехнулась Тарварра.
— Даже если камень у них, они до сих пор прокляты тобой. — Заверил мужчина. Возможно, он просто пытался успокоить Дангу, — Они не выберутся из Башни, если ты им этого не позволишь.
Данга сложила руки на груди и посмотрела на него:
— Это они. А эта сучка — выберется. Она не колдунья Башни.
В темноте не было видно лица мужчины, но Тарварре почему-то показалось, что он улыбается.
— Нет человека, на которого нельзя воздействовать.
— Похоже, есть. — Хмыкнула Данга, — И это она. Что с того, что она шлюха Ван Илара? Мы ему ничего не сделаем — он же чертов бессмертный!
— Забываешь о главном. — Мягко сказал мужчина. И как ему удавалось сохранять такое каменное спокойствие рядом с таким вулканом, как Данга? — Она не из Башни, а это значит, что где-то там у нее может быть еще кто-то, кроме Ван Илара.
— Давай-ка по делу, Эндин. — Данга полностью развернулась к нему, — Что ты пронюхал?
Как только бывшая королева назвала его, Тарварра сразу же вспомнила, что это за человек. Генерал Эндин — важная шишка при дворе, занимающая свою должность очень и очень давно. Дельный мужик. Говорят, его шпионские сети растянуты по всему королевству, поэтому этот человек знает все. Как он может удерживать такое количество информации в голове — загадка, но эта способность явно заслуживает уважения.
И как он связался с такой дурой, как Данга?
Мужчина усмехнулся:
— Эту девчонку звать Сеиттой Эваинес и все свое детство она провела в Грери, в бедном квартале. В общем, голодранка наподобие нашего любимого Вайна. То, как она попала к Ван Илару — долгая история, но нас с тобой она не интересует. Интересно вот что: родители ее мертвы, а вот младший брат, Крам…
— Предлагаешь шантажировать ее мальчишкой? — Предположила Данга.